Читаем без скачивания Сирийский эшафот - Александр Тамоников

— Жаль. Неплохие были ребята. Освобожденные разведчики все в таком состоянии?

— Командир взвода и связист Башар еще держатся, а остальные сами идти не смогут.

— Тогда сделаем так: каждый из вас хватает в охапку по одному парню и помогает ему идти. Валера, — кивнул он прапорщику, — ты берешь четвертого. Женька, прикрываешь группу с тыла и держишь связь с пилотами, я иду впереди.

В таком порядке двенадцать человек исчезли в ближайшем проулке и двинулись в сторону центральной площади…

Пара «Ми-24П» продолжала накручивать виражи над городком, изредка оглашая округу гулкими выстрелами из тридцатимиллиметровых пушек.

Транспортного «Ми-17» видно не было.

«Либо заходит на посадку, либо уже присел на площадь и ждет, — предположил Андреев. — Надо бы поторопиться, пока не подоспело подкрепление с дальней окраины. Но как с ними поторопишься?..»

Трое спецназовцев, изнемогая от усталости, тащили трех разведчиков. Грид был крепким мужиком, но ему достался тоже не юноша — прапорщик тяжело дышал и двигался довольно медленно. Да и двое других разведчиков, пытавшихся идти самостоятельно, едва переставляли ноги.

Предположение оказалось верным — замыкавший группу Суров крикнул:

— Паша, командир транспортной «вертушки» на связи!

— Я догадываюсь, чего он хочет. Но мы быстрее не можем.

— Вертолет молотит на площади. «Летун» интересуется нашим местоположением.

— Передай: двигаемся в его направлении. Осталось метров триста.

Эту цифру он назвал навскидку. Общее расстояние от штаба банды до городской площади не превышало полукилометра. Протопали чуть меньше половины, да и посвистывающих лопастей молотящей на малом газе «вертушки» пока никто не слышал. Значит, метров триста.

Старший лейтенант передал информацию экипажу и снова принялся озираться по сторонам…

Вокруг не было ни души. Вечером, когда группа пробиралась с окраины к штабу, отсутствие на улицах местных жителей объяснялось поздним временем и намазом. Сейчас все жители попрятались, услышав стрельбу и рокотавшие над городом боевые вертолеты.

Впрочем, всех бойцов — и спасенных пленников, и тех, кого послали их спасать, — это обстоятельство устраивало. Чем меньше людей знало о спешившем к площади немногочисленном отряде, тем лучше.

Но, как часто случается, катившаяся к счастливому финалу операция вдруг наскочила на препятствие.

«Препятствие» появилось в одном из узких проулков в виде десятка боевиков. По-видимому, они получили сигнал от руководства банды и спешили к штабу на помощь.

Заметил их шедший впереди Андреев.

Работая по боевикам с позиций, снайперы использовали магазины на десять патронов — с ними винтовка была мобильнее, легче и менее габаритна. А за минуту до выхода из заброшенного дома они поставили переводчики в положение «автоматический огонь» и примкнули к винтовкам магазины с увеличенной емкостью. В таком варианте «винторез» практически не отличался от автомата «Вал», если не считать деревянного нескладного приклада и оптического прицела.

Это и спасло. Увидев группу вооруженных боевиков, Павел вскинул ствол и, не раздумывая, выпустил по ним все двадцать пуль. После чего отпрыгнул в сторону, прижался спиной к забору и спешно заменил магазин.

Нескольких бандитов он определенно достал. Еще одного успел подстрелить лейтенант, после чего группы рассредоточились по проулку.

И снова началась перестрелка.

Встреча с боевиками совершенно не входила в планы Андреева. До площади, где вхолостую молотила винтами спасительная «вертушка», оставалось всего ничего. И вдруг получите-распишитесь.

Опустошив еще один магазин, капитан понял, что задерживаться в проулке дольше нельзя.

— Кармаз, забирай со своими парнями разведчиков и отходи назад! — скомандовал он.

— А вы?

— Мы прикроем и уйдем следом за вами.

— Как предлагаешь идти к площади?

— Отойдем на два квартала назад, крутанем до соседней улицы и двинемся по ней.

— Понял…

Пока лежащие под забором снайперы сдерживали боевиков, сирийцы начали отход в указанном направлении.

Прерывая стрельбу, Андреев периодически оглядывался на них. И когда те скрылись из виду, приказал Сурову:

— Вызови «летунов», пусть накроют этот квартал, иначе «духи» начнут нас преследовать и не дадут прорваться к площади.

— А мы сами успеем свалить из-под удара?

— У тебя есть другие предложения?

— Нет, Паша.

— Тогда вперед и без лишних разговоров.

Метнув в сторону боевиков последнюю гранату, Евгений ловким движением извлек из кармана радиостанцию и принялся вызывать летчиков…

Сообщение принял командир экипажа «Ми-17». Он тотчас перешел на другую частоту, связался с парой «полосатых» и обозначил цель для удара. Те начали строить заход…

Три снайпера неслись по проулку в обратном от площади направлении. Впереди только что маячил оранжевый балахон последнего спасенного разведчика, но лейтенант Кармаз торопливо увел его за угол.

Сзади слышалась стрельба. Уже не такая интенсивная, тем не менее, пули изредка пролетали в опасной близости, противно пели, шлепали по заборам и ошпаривали каменным крошевом.

Вот и спасительный угол! Троица завернула в смежную улочку — такую же узкую и безликую: заборы, калитки, стены строений из светлого камня вперемешку с серым булыжником. Под ногами то булыжная мостовая, то неровный пыльный грунт, «изъеденный» бараньими копытцами.

Воссоединившись с сирийцами, снайперы снова распределились: Андреев возглавил группу, Грид помогал передвигаться одному из разведчиков, Суров прикрывал тыл и слушал эфир.

— «Юнкер», приготовьтесь, сейчас «полосатые» начнут работать, — предупредил командир транспортного вертолета.

— Пусть начинают, — ответил Женька. — Мы отошли на безопасное расстояние. Не промахнитесь…

Стрельба поутихла, и вокруг стояла относительная тишина. Лишь где-то вдали на северо-западе слышался монотонный звук молотящей лопастями транспортной «вертушки». И вдруг послышался грохот с быстро нараставшим гулом. Пара «Ми-24» вынырнула с востока и прошлась над городом, поливая обозначенный квартал пушечными снарядами.

В сотне метров от группы — там, где приблизительно находились боевики — земля вздыбилась. В небо взметнулись пыльные облака, смешанные с черным дымом. Пилоты старались простреливать улицы, где могли быть «духи». Но тридцатимиллиметровые снаряды попадали и в заборы, и в нежилые строения, не оставляя от них ничего, кроме груды камней и пыли.

— Вот это по-нашему, — проворчал Грид. И поглядел на изможденного разведчика, которому помогал держаться на ногах: — Правильно я говорю? А, ты же не понимаешь! — махнул он свободной рукой. — Ну, и извини, твоего басурманского я не знаю…

До площади группа благополучно добралась через пару минут после обстрела, больше не заметив за собой погони.

Выскочив из переулка, Павел увидел вертолет, едва поместившийся на том, что называлось «городской площадью». По сути, это был свободный от строений стандартный квартал размером сорок на восемьдесят метров. С одной его стороны притулился рядок крытых торговых мест, с другой виднелся купол скромной мечети и десятиметровая башня минарета.

Осмотревшись по сторонам и не заметив опасности, капитан крикнул:

— Чисто, парни! Все к вертолету!

Группа рванула к открытой двери в грузовой отсек. Увидев бежавших людей, бортовой техник опустил трап и спрыгнул навстречу.

— Быстрее-быстрее, парни! — торопил он. — Мы тут на виду, как в аквариуме.

Андреев встал у трапа и помогал ослабленным разведчикам подниматься в чрево «вертушки». Сам он поднялся на борт последним.

Пассажиры даже не успели попадать на откидные кресла, а летчики уже приступили к взлету. Взметнув облако пыли, «Ми-17» тяжело оторвал шасси от грунта, качнулся и строго вертикально пошел вверх…

Это был самый опасный этап полета — в городе оставались боевики, и в любую секунду почти беззащитный транспортник мог получить в борт десяток-другой пуль или, что еще хуже, — заряд из гранатомета. Чтобы обезопасить взлет своего «коллеги», два «Ми-24» продолжали дежурить в воздухе, выписывая над городом виражи.

Набрав безопасную для разгона высоту, «Ми-17» наклонил нос и стал плавно набирать скорость…

Спустя минуту группа из трех вертолетов следовала на предельно малой высоте в юго-западном направлении — в Таиф, где располагался батальон майора Бадара.

Достав из нагрудного кармана платок, Андреев вытер лицо и оглядел сирийцев. Шестеро спасенных разместились на полу — кто сидел, кто лежал. Введенный бандитами наркотический препарат начал отпускать, и молодые ребята постепенно приходили в себя. Все они выглядели жутко уставшими, однако лица светились неподдельной радостью.