– Ну как, у вас что–то поменялось? – спрашивает меня Святослав, сделав глоток из чашечки и откинувшись на диване.
Вера захотела подняться и посмотреть на малыша.
– Да всё так же.
Свят вряд ли имел в виду наши с Линой отношения. Плюс, я сам не хочу про них распространяться. С другом говорим только об отцовстве.
– Не надумал их отселить?
Аверин интересуется по факту, без какой–то эмоциональной окраски. Мотаю головой.
– Нет. Но хочу еще раз все проверить.
– Снова тест? – Святослав поднимает брови.
Соглашаюсь.
– Да, нужна экспертиза. Но не в рядовой лаборатории.
– Ну ты знаешь, у меня есть связи.
Мы оба служили в спецподразделении. Были молодыми, да. Но и в особые группы нужна свежая кровь и сила. После могли бы сделать карьеру… Оба не захотели. Я вообще полностью порвал с этим прошлым, остался рядом только Свят. Еще Данилов, но тот друг семьи. Святослав же хоть от дел отошел, с людьми связь держит. Он более уравновешенный. Умеет сохранить отношения.
– Нужен спец по странным случаям, – говорю другу.
Аверин щурится.
– Думаешь, у вас такой?
Шумно выдыхаю. Вот и хотел без эмоций.
– Да.
Черт возьми, да! Мне все больше кажется, с этим тестом было что–то не так.
– Хорошо, разберемся.
Видимо, друг заметил мой мрачный тон. Больше не лезет в душу, рассказывает про их новоиспеченную семью. Его дочка Аля сейчас гуляет где–то по поселку с бабушкой. Здесь спокойно, безопасно. Хорошее озеленение. Красиво не только за частными заборами, но и на общей территории. Есть парк с беседками. Большая детская площадка.
Там когда–нибудь будет играть Лёвка?.. Мысль почему–то радует. Вообще мне сложно понять, что я чувствую к мелкому. Но мне однозначно хочется, чтобы он был под присмотром. Какая–то ответственность.
Раньше в ее поле был я сам, родители, близкие друзья. Сейчас там есть и малыш. И Элина? Да, наверное, тоже. Просто с ней мы все–таки должны прийти к взаимности. Она взрослый человек, и ей моя забота может стать не нужна в какой–то момент… С мелким в этом плане проще.
Нет, все–таки присматривать за Линой я тоже так просто бы не перестал. Хотя тут далеко, далеко не отеческое. Хмыкаю, и мы оба слышим шаги на лестнице.
– Свят, там маме стало плохо! Звонил сосед.
С первого этажа вернулась взволнованная Вера. Святослав тут же подскакивает.
Ребята выбегают, я тоже спешу за ними. Вдруг понадобится помощь.
Наши дома напротив друг друга. Я за Авериными выхожу из своих ворот. Друзья уже стоят возле незнакомого автомобиля. Видимо, он принадлежит соседу. Человек ехал мимо и проявил неравнодушие. Вот только бабушку с внучкой я чего–то не вижу. Зато наблюдаю, как Веру тянут в машину! Тачка трогается… Все происходит в секунды, Аверин срывается следом.
На языке одни маты. А тут еще замечаю у забора вдали девочку. Это же дочка Аверина! Я знаком с ней, меня Аля тоже знает. Так, надо ее забрать.
Черт, а еще нужно заводить машину и ехать на помощь к другу. Но не брать же четырехлетку с собой?! Хорошо, телефон болтался в руках. Набираю номер Лины.
Элина
Я была в шоке от такого продолжения вечера! Но конечно, не тратя ни секунды, побежала вниз. Увидела хорошенькую малышку рядом с Костей. Тот только махнул мне рукой и сорвался на авто. Мы остались с Алей вдвоем. Козырев успел сообщить мне только ее имя.
– Привет.
Ух, как бы она не расплакалась. Замечаю, как Аля похожа на отца – такая же сероглазая, с русыми волосами. А в маму у нее немного настороженный взгляд. И такой же добродушный.
– Привет. Ты Эл… Ил… Илина? Дружище сказал быть с тобой.
Улыбаюсь. У Козырева и маленькой, похоже, своеобразное общение.
– Можно просто Лина. Идем в дом?
– Да, я хочу пить.
Девочка деловитая. Это лучше, чем она тряслась бы от страха и плакала. Беру мягкую ручку и веду малышку к дому. Лёву тоже не стоит оставлять надолго.
Моем руки. Берем с Алей коробочку сока. Хорошо, что я достала из холодильника парочку детских. Лёвке их рано, но я помаленьку пью сама. Сказать честно, я расслабилась у Кости и перестала слишком экономить.
– Я люблю апельсиновый! – заявляет по дороге Аля.
Вздыхаю.
– В следующий раз купим его. А сейчас попьем с тобой яблочный.
– Ладно! – Алька хихикает.
А уж когда поднимаемся в нашу с Лёвой спальню, гостья просто задыхается от восторга.
– У тебя есть деточка! Настоящая?!
Теперь я сама не могу сдержать смех.
– Настоящий. Это мальчик. Его зовут Лев. Или по–другому Лёва.
Аля тоже смеется.
– Лёва!
Девочка крадется к кроватке. Там на новеньком матрасе спит наш Лев. Я не боюсь, что малышка его разбудит. Сон сытого мальчугана крепкий. Пусть посмотрит. Может, они – будущие друзья?
Ух, не знаю, где мы будем, когда самому Лёвке исполнится четыре. Хочется верить, что… здесь же? Или это слишком наивно?
Отбрасываю грустные мысли. Да и с Алькой не до печалей. Она рассказывает, что у нее тоже есть деточка. Кукла–пупс. А еще, что она теперь тоже выпросит у мамы с папой такого же Лёву! Ведь дружище где–то смог достать его. Пусть и им подскажет.
Слушаю и стараюсь не ухохотаться.
Проходит время, пока малышку у нас забирают. Надеюсь, Костя потом расскажет мне, что произошло. Поселок казался мне таким безопасным! Впрочем, мне кажется, там какая–то личная история Авериных. Когда–нибудь я ее узнаю.
Спускаюсь ужинать и хочется смеяться теперь над собой. Что за самомнение?! Будем жить здесь, близко познакомлюсь с друзьями… Кто я вообще такая? Еще неизвестно, какого мнения обо мне сам Аверин. Это не говоря про то, что
