— Вот что я называю стимулом к победе, — сказал он.
— Ты же не играл.
— Ну и что? — хрипло ответил он.
Ее глаза сделались темно-васильковыми. Спускающиеся зрители толкались, притискивая их друг к другу. У Молли захватило дыхание.
Толпа поредела лишь тогда, когда они добрались до машины. Правда, им пришлось еще некоторое время ждать, чтобы беспрепятственно выехать со стоянки.
Молли снова стала переживать из-за предстоящей встречи с семьей Луиджи. Он сказал, что его родственникам известно о договоре насчет «рекламного» романа, но Молли все равно хотелось произвести на родню Луиджи хорошее впечатление. Одновременно девушку беспокоила мысль, что ее станут лишь терпеть по необходимости, ведь она не принадлежит к их избранному обществу. Такой печальный опыт был для нее не в новинку.
Не в состоянии спокойно сидеть, девушка вытащила зеркальце.
— Почему ты не сказал, что у меня волосы растрепались?
— Потому что они в порядке.
Она покачала головой.
— Ты что, ослеп? — Молли покосилась на него. — Не смейся надо мной.
— А разве я смеюсь?
— Да. И я хочу знать, почему?
— Потому что я не разу не видел, чтобы ты беспокоилась по поводу своей прически. У тебя прекрасные волосы, и тебе очень идет, когда они немного взлохмачены.
— Но я выгляжу так, словно только что встала с постели, — простонала Молли.
— Здорово.
От удовлетворения, послышавшегося в его голосе, девушка вспыхнула и смутилась. Что он хотел от нее? Каждый день она убеждала себя, что все происходящее между ними — не более чем рекламный трюк. Но когда он делал замечания, они казались слишком интимными. Эта мысль так ее отвлекла, что она и думать забыла о встрече с матерью Луиджи. Вдруг машина остановилась. Дом его матери выглядел немногим лучше, чем жилище Молли.
— Это здесь? — удивленно спросила она, ожидая увидеть что-нибудь более солидное.
— Да. Мама не позволила мне купить ей жилье побольше. Она считает, что этот дом и так велик для нее, и с нетерпением ждет, когда же я подарю ей внуков, которые станут ее навешать. — Луиджи поведал об этом таким сердитым тоном, что Молли опять забыла о предстоящей встрече.
— Она хочет еще внуков?
— Мама любит детей.
Луиджи помог девушке выйти из машины, и она поправила выбившуюся рубашку. Окна старинного дома с широким удобным крыльцом перед входом были открыты настежь. Изнутри доносился звонкий смех.
— Понятно, уже все здесь, — прокомментировал Луиджи.
Молли потопталась на месте, стараясь унять волнение.
— Уверен, что мы как раз вовремя. Расслабься, они просто хотят познакомиться с девушкой, осмеливающейся мне во всем перечить.
— О, это меня очень успокаивает!
Бенелли улыбнулся и предложил взять его под руку.
— Даю гарантию, тебя все полюбят.
Они вошли внутрь. Их окружил звук голосов и приятный аромат еды. Как Молли и предполагала, вся семья Бенелли выглядела так же хорошо, как Луиджи и Анджелика. И была так же остроумна. Она чувствовала себя подавленной, даже когда мать Луиджи отвела ее на кухню и радостно обняла.
— Миссис Бенелли?
— Дорогая девочка, — сказала пожилая женщина, ласково улыбаясь. — Я еще не видела своего сына таким счастливым с того самого момента, как мы потеряли отца.
Молли охватила паника.
— Но мы не... Все не совсем так. Луиджи сказал, что вы в курсе нашего договора.
— Я все знаю. — София Бенелли хихикнула. Это была худощавая женщина с черными как у Луиджи глазами и вьющимися волосами, слегка тронутыми сединой. Даже в свои немалые годы она все еще была красива. — А еще я знаю своего сына. Ты вернула его к жизни, дитя мое! И если у него не хватит здравого смысла жениться на тебе, знай, что с этого момента ты все равно член нашей семьи.
Глаза Молли наполнились слезами.
— Очень мило с вашей стороны.
— Ничего тут нет милого. Я узнаю качество с первого взгляда. Теперь для тебя я мама, как и для всех остальных. Разве я не права, Луиджи?
Молли обернулась и увидела своего приятеля, стоящего в дверях с загадочным выражением лица. Глядя на него, она не могла понять, слышал ли он, что сказала его мать.
— Все правильно, мама. Анджелика послала меня узнать, нужна ли помощь.
— Только не помощь Анджелики, - всплеснула руками София. — Моя дочь очень талантлива, но навыки ведения домашнего хозяйства у нее отсутствуют.
— Да уж! Стоит сестренке только лишь заглянуть в кухню, как сразу включится пожарная тревога, — подтвердил Луиджи.
— А я все слышала, — сказала Анджелика, шлепая брата по спине. — Где твое уважение к женщине?
Луиджи улыбнулся, и они продолжали препираться, пока не перетащили в столовую приготовленные блюда. Члены семьи Бенелли, как успела заметить Молли, отличались поразительно красивой внешностью.
Роберто приехал в самый последний момент, поцеловал Софию и улыбнулся, приветствуя Молли. Он был очень похож на Луиджи.
— Приятно познакомиться с вами, мисс Хиггенз! Вы отлично помогли моему бизнесу, — произнес Роберто.
— Не я, а оригинальный приз в качестве миллионера Луиджи Бенелли поспособствовал этому, — парировала Молли. - Я же простая пешка в вашей игре.
— Совершенно невозможно разговаривать с этими людьми, — отмахнулся Роберто, помогая Молли сесть за стол. — Вы надоели мне оба.
Послышались смешки на его замечание, но никто не принял слова Роберто всерьез. Это была большая шумная семья, о которой всегда мечтала Молли Хиггенз. И все же она не знала, как себя здесь вести. Им всем так хорошо друг с другом, а у нее не было ни одного родственника.
Бенелли за столом говорили наперебой и все о разном, но самой излюбленной темой для всех оставалась тема холостого образа жизни Луиджи.
— Первым должен жениться твой сын, — убеждала мать Анджелика. - Это в конце концов традиция.
— Ты же не меня имеешь в виду, — отозвался Роберто. — Уверяю, что я убежденный холостяк. Но мне кажется, что из Молли получится замечательная невестка. - Он подмигнул девушке, которой от такого внимания захотелось спрятаться под стол.
— Не дразни ее! - пригрозила София.
Луиджи незаметно под скатертью сжал руку девушки.
— Это их представление о гостеприимстве. Не возражай ни на какую из их реплик.
Но Молли возражала, хоть и не явно. Как бы тепло здесь с ней не обращались, в этой семье она была чужим человеком. А шутки насчет свадьбы только подчеркивали это.
Жениться... Неужели никто здесь не понимает, что Луиджи никогда не назовет ее своей невестой?!
Но вдруг он каким-либо чудом все же решит сделать ей предложение? Казалось, она ему нравилась, его поцелуи были нежны и страстны. Может, просто ей самой не хотелось терять своего с таким трудом обретенного спокойствия, и она пряталась за надуманными проблемами? А настоящая проблема крылась в том, что Молли не верила, будто Луиджи мог искренне и надолго полюбить ее? Да-да, ей проще было внушить себе, что такое не может произойти...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
