Читаем без скачивания Проклятие Усердия. Том 2 - Евгений Нетт

Благо, фамилия сильнейших магов королевства все перегибы сконцентрировала в другой плоскости, и имя ей — магия. Вот если в ней ребёнок был плох, то от стандартов обучения и воспитания отступали. Порой — отступали серьёзно. Но так как бесталанность в роду была явлением очень редким, и хоть какой-то маг мог получиться даже из полукровки, «уникумов» было совсем мало.

Тяжко вздохнув, Виктор поёжился под лучами не такого уж и дружелюбного весеннего солнца. Он лежал на ребристом скате крыши одного из строений, расположенных достаточно близко к совещательной зале, и до самого последнего момента внимал услышанному в её стенах. Не от скуки, а из нужды, ибо пребывать в неведении проклятый не хотел. Слишком уж много вокруг него началось подозрительных шевелений, начиная от попытки подсунуть в его «свиту» с десяток прибывших неведомо откуда, но «верных, опытных и готовых умереть за господина» рыцарей, и заканчивая предложением наладить переписку сразу с двумя старейшинами, которых Виктор ван Бельвиос раньше только издалека и видел.

И всё это навалилось на проклятого даже не за один день, а за пару часов, сразу после того, как он вместе с Артуром Наомом прибыл в поместье и провёл некоторое время за преинтереснейшей беседой. Паладин, несмотря на бога, ему благоволящего, оказался ответственным и серьёзным человеком, не побрезговавшим ввести «подопечного» в курс дела. До знакомства с наставниками, конечно, вчера не дошло — тех банально «закрутили» Бельвиосы, но вот просвятить «святого» касательно его нового статуса, прав и обязанностей Наом Виктора вполне себе смог.

Как в одном человеке сочеталась такая мания к совершенствованию искусства владения мечом и целый комплекс качеств, делающий из Артура переговорщика высшего уровня, проклятый искренне не понимал. Но по-доброму завидовал, и твёрдо намеревался докопаться до секрета паладина. Такая способность была нужна Виктору, как вода потерявшемуся в пустыне бедолаге, ибо от того, сможет ли он стать не просто рубакой, но и крупной рыбкой в местном болоте зависело очень и очень многое. Одним мечом многого не навоюешь, если ты, конечно, не в десятке сильнейших людей континента. И даже сотни, тысячи мечей было недостаточно для обретения и поддержания подлинной независимости. Нужно было уметь договариваться, для чего, конечно же, нелишними были сила и статус.

И если со статусом у Виктора всё было более-менее, то вот с силой пока возникал затык. Не был проклятый древним мастером боевых искусств, как не был и могучим магом, решившим переродиться в теле попроще, что б, значится, закалить свою волю и заново прочувствовать путь к вершине. Практик духовных искусств, о которых многие думали, как о сказке и выдумке, всего лишь хотел жить — и не более того. Все его усилия были направлены на выживание, и потому сейчас специфичные знания были, так скажем, не очень полезны. Даже воздействие на души, в перспективе эффективное в бою, нужно было отрабатывать на практике где-нибудь подальше от церкви. Кто знает, как служители пантеона девяти поведут себя с носителем таких способностей?

Вот Виктор и не рисковал, помня про возможность, но не торопясь заниматься претворением оной в жизнь.

Тем временем, — а прошло без малого четверть часа, — обсуждение в стенах совещательного зала резко перешло к другой теме, которую, вот уж неожиданность, поднял сам Артур Наом. И сделал он это явно не случайно, да и не по воле случая.

— Вы можете повторить? Возможно, мы вас не так поняли, глас?..

— Думаю, я выразился вполне однозначно, господа. Церкви необходим полный доступ к библиотекам и архивам рода Бельвиос. Естественно, без права на копирование каких-либо материалов. Только изучение и составление кратких заметок в том случае, если это потребуется. Но так как вопрос касается ещё и документов, вашей фамилии придётся выбрать хранителей тайны и проследить за установкой соответствующих печатей…

— Такие печати не отличаются большой надёжностью. — Тарос покачал головой. — Как можно рисковать раскрытием тайн нашего рода? Это попросту опасно, и не только для нас!

Артур Наом усмехнулся.

— Вы можете считать иначе, но ваши тайны не чета знаниям о тёмной магии, которые вы, уважаемый Тарос, хотите получить. Но у меня, как у гласа Церкви, появилось предложение, которое могут согласовать в столице. — Виктор отчётливо ощутил, как магия Тароса вздрогнула, задрожала и побежала по линиям жизни значительно быстрее. Что ни говори, а сверхъестественное восприятие проклятого было неадекватно эффективным, и проникало куда угодно. Защититься можно было лишь с помощью полного экранирования, но во всём мире существовало не так много мест, где этим пользовались. Правда, существовали ещё специальные боевые заклинания, барьеры-ловушки вроде того, в котором проклятому пришлось драться с магами-наёмниками, но в «мирное время» ими так же не пользовались.

— Совет слушает вас, глас. — Казалось, что вот оно — маска на лице Тароса дрогнула… но не было ли это игрой, призванной внушить паладину ощущение успеха от захлопнувшейся логической ловушки? И не предсказали ли Бельвиосы ход этого разговора, не определили ли заранее то, чем готовы пожертвовать?

— Вы твёрдо намерены углубить и укрепить наш союз. Так почему бы не сделать ещё один шаг в этом направлении? — Артур Наом жестом подозвал одного из служек, стоящих позади него, и на трибуну перед паладином легла странного вида печать, формой напоминающая орис. Определённо, в церкви как организации любили такие вот диски, придавая подобную форму всему, чему только было можно. — Служители, которые получат доступ к архивам Бельвиосов, станут, в каком-то смысле, частью вашего рода, и останутся служить Тарбиллиану в стенах новой церкви. Вы сможете наблюдать за ними, и беспрепятственно проверять сохранность печатей тайны. В то же время ваши маги, которых вы выберете для посвящения в таинства борьбы с тьмой, покинут род Бельвиос и станут служителями в стенах всё той же новой церкви Тарбиллиана. Вы сможете пользоваться их навыками и спрашивать совета, но печати тайны не позволят им распространяться о том, чему церковь их обучит. Таким образом в выигрыше останутся обе стороны.

Закончив со своим небольшим монологом, Артур Наом опёрся ладонями на трибуну и выжидающе уставился на Тароса. Тот, казалось, глубоко задумался и ушёл в себя, даже не обращая внимания на шепотки «собратьев по должности». Члены совета явно пытались что-то донести до человека, которому было даровано право говорить от их имён, и лишь Деймос, восседая чуть в стороне и вовне внутреннего круга, — точно как того требовали правила, ибо мужчина пока ещё не был главой, — внешне никак не отреагировал на озвученное предложение.

Вот только ни от Артура Наома, цепкий взгляд которого, казалось, не мог упустить ни одной детали, ни от Виктора, восприятием охватившего всё и всех в черте залы, не ускользнул момент, когда Тарос бросил взгляд на Деймоса… и тот едва заметно кивнул.

— Этот вопрос будет поднят на внутреннем собрании, но я склонен считать, что ваше предложение примут. Считайте, что предварительное согласие рода Бельвиос у вас есть, глас.

— В таком случае я бы хотел обсудить личности кандидатов с одной и с другой стороны…

Дальнейшие слова Виктор слушал в пол-уха, размышляя о том, настолько, оказывается, глубока была власть Деймоса среди Бельвиосов. Весь совет доверил право решать Таросу, а тот, в свою очередь, действовал с оглядкой на мнение, теперь уже точно, будущего главы. И так было во всём: как бы не половина фамилии была на стороне Деймоса. Могло ли такое произойти, не начни тот готовиться к «воцарению» заранее? Едва ли. Слишком много сторонников для человека, который ещё пятнадцать лет назад решил стать «слугой-над-слугами». И то, что Дюран сам хотел, чтобы его брат унаследовал место главы в случае его смерти не меняло ровным счётом ничего. Слепое доверие к родственнику, не более.

По крайней мере, так это виделось Виктору. И кто виноват в том, что хроники тех лет были столь тщательно вычищены от грязи несвойственной Бельвиосам борьбе за «престол» внутри одного поколения?..

Глава 20

На следующий день долгожданные гости заявились прямиком на облюбованный Виктором полигон, и, что уж совсем за гранью, прямо под конец его тренировки. Проклятый как раз заканчивал отрабатывать взаимодействие с прототипом артефакта-«стреломёта», радуясь заметно возросшей скорости формирования снарядов, когда вдалеке, прямо за пока ещё не могущими похвастать обильной листвой кустами, показалась троица церковников. И если Артура Наома парень узнал по одному лишь облачению, весьма приметному и намекающему на принадлежность к Актиону, то следующие рядом с ним