Читаем без скачивания Полоса препятствий - Иван Стрельцов

В конце концов Гэба, получившего по суду двадцать лет за шпионаж, помиловал Президент России. А вот Френка Биглера никто миловать не собирался, он как руководитель операции оказался крайним.

И если освобожденного Джона Гэба отправили домой на заброшенное ранчо в бескрайних прериях Техаса, то к Френку Биглеру было совсем другое отношение. После провала операции его сделали «мальчиком на побегушках». Управление гоняло его по всем странам мира, где у ЦРУ возникали какие-либо проблемы. В случае провала появлялся повод уволить штрафника.

Война Америки против Ирака всколыхнула совсем, казалось бы, неподвижные слои мировой политики. Европейские гиганты Франция и Германия отказались поддерживать США, а это уже обозначало конфронтацию. Джона направили в Берлин тайно проанализировать действия агентурной сети в Германии.

Несмотря на внешнеполитические трения, немецкая контрразведка не вела активной борьбы против американских коллег. Обо всем этом Френк Биглер составил подробный доклад в штаб-»квартиру ЦРУ и уже в мыслях представлял себя на рождественских праздниках в Майами-Бич. Но желания рядового клерка редко совпадают с планами начальников.

Приказ отправиться в Стамбул для агента первого класса не стал неожиданностью. Война США против Ирака сделала Стамбул тем городом, каким в Первую мировую войну был Париж и во Вторую — Лиссабон, где вовсю шла борьба разведок. И от этой борьбы в будущем зависел передел мира…

Почти за полтора десятка лет службы в ЦРУ Френк Биглер не только прошел обучение в центрах разведки, но также дважды обучался в Форт-Бреге по программе «зеленых беретов». Дважды обучался и дважды провалил выпускные экзамены, все-таки он был яйцеголовым ученым, а не дуболомом-боевиком.

Впрочем, обучение в диверсионном центре не прошло для него зря. Френк неплохо стрелял, преодолевал препятствия и мог драться на уровне среднего бойца. (Конечно же, никакого сравнения с настоящими диверсантами, но дать сдачу хулиганам было вполне ему по силам.)

Интенсивное обучение в Форт-Бреге придало фигуре аспиранта спортивный рельеф. Однако после провала в России Биглер стал злоупотреблять жирной пищей и алкоголем, из-за чего его фигура снова расплылась, как квашня.

Последнее время Френк все больше и больше налегал на выпивку, в глубине души махнув на служебную карьеру. И только из-за пристрастия к выпивке он не стал лететь самолетом — в поезде время поездки можно скоротать в баре…

«Крайслер» выехал на побережье, впереди высилось суперсовременное здание, возведенное на сваях. Машина замедлила движение и остановилась у особняка.

В холле Биглера встретила черноволосая особа, точная копия певицы Шер.

— Вас ожидают на втором этаже, сэр, — прощебетала она.

Поднявшись на второй этаж особняка, оборудованный под один огромный кабинет, Френк услышал знакомый голос:

— Мне просто не верится, что сам мистер Умник пожаловал к нам. С ума сойти.

Эмиссар ЦРУ шагнул на мягкое ковровое покрытие и приблизился к массивному письменному столу, за которым сидел однокашник Френка по оперативным курсам ЦРУ Бари Колинз, теперь уже помощник резидента в Турции.

Колинз пришел в ЦРУ из воздушных десантников, особым умом не отличался, поэтому на самостоятельную работу его никто бы не поставил. Но заместителем он был золотым. За такого резидента должны были драться…

Мужчины обменялись крепкими рукопожатиями и несколько секунд разглядывали друг друга. Затем эмиссар спросил с усмешкой:

— Ну и зачем меня вызвали?

— Присаживайся, Френк, — Бари указал на широкое офисное кресло и сразу же перешел к делу: — В общем, ты сам знаешь, после нашего вторжения в Ирак здесь, на Среднем Востоке, все стало крайне нестабильным и шатким. Не буду углубляться в дебри, приведу всего один пример. Достаточно в Ираке позволить курдам создать свое государство, и пол-Азиатского континента (от Ирана до Сирии) взорвется. Поэтому нам, как саперам на минном поле, нужно быть особенно осторожными. Любой, даже самый малейший взрыв может вызвать цепную реакцию, которая будет нам очень дорого стоить. Очень дорого.

Френк Биглер произнес с усмешкой:

— Раз уж мы встретились на твоей территории, может, угостишь виски с содовой?

На лице Бари не дрогнул ни один мускул, не отразилась ни обида, ни разочарование. Выдержав короткую паузу, он заметил:

— Слишком серьезная ситуация, чтобы начинать разговор с выпивки.

— В таком случае попрошу начать с деталей, — подобрался Френк.

— А этого добра у нас сколько угодно, — обнажил Колинз сверкающие фарфоровые зубы. — Я не буду повторяться о международной обстановке последних нескольких месяцев и о том, какое место во всем этом занимает Турция.

— Я в курсе, — сухо заметил Френк, этот тупоголовый костолом его уже порядком раздражал.

— Тогда перехожу к делу. Неделю назад наши наблюдатели засекли активность российской агентуры в Стамбуле. В свете последних событий Россия не является нашим союзником, поэтому мы приготовились к любым активным действиям. Но, вопреки нашим ожиданиям, ничего не произошло, абсолютно ничего. И это настораживает. Что они хотели выявить? Нашу организацию в Турции? Или определить, насколько мобильна местная контрразведка? Этого мы не знаем, но необходимо установить в срочном порядке.

— Материалы все подготовили? — поинтересовался Биглер. На своей шкуре он знал, насколько активно работают местные резиденты.

— Не только подготовлены, но и классифицированы. И каждый эпизод имеет комментарии наших аналитиков.

— Ну, в таком случае виски пить действительно рано.

— О’кей, — кивнул Колинз. Больше говорить было не о чем. Освободив место за столом, он указал на свой ноутбук. — В компьютере вся информация, дерзай, Френк.

Работа с собранной агентурой информацией заняла около шести часов. В принципе Биглер ничего настораживающего не обнаружил, хотя, конечно, конкуренты из российской разведки проявили активность. Сотрудники посольской резидентуры снимали квартиры в разных районах Стамбула, брали в аренду автомобили. После чего всем этим пользовались совсем другие люди, прибывшие в Турцию из России на короткие сроки.

«Все это походит на сюжет романа Тома Клэнси «Охота за «Красным Октябрем». Возможно, у русских действительно решил сбежать на Запад какой-то секретоноситель или заигравшийся в богатые игры с олигархом офицер спецслужб. Сейчас это у них в моде. Но раз не было договоренности с правительством США, то, значит, нас это не касается», — сделал заключение Френк Биглер, ему оставалось только просмотреть кадры, снятые камерами слежения. Общая протяженность видеоматериала занимала полтора часа, можно было просмотр отложить на другой день, но агент первого класса Биглер привык всю работу выполнять сразу, если была такая возможность.

Едва агент просмотрел начало видеоматериала из центрального супермаркета, как тут же наткнулся на знакомую физиономию широкоплечего крепыша с бычьей шеей и настороженным умным взглядом.

Биглер быстро нажал на паузу, запечатлев на экране монитора типично славянское лицо. Ошибиться он не мог, фотографическая память агента навечно запечатлела образ его главного врага — полковника Христофорова.

Во время финальной части операции «Страна Оз», когда в Мытищах бывшему агенту ЦРУ Джону Гэбу должны были передать формулу микропроцессорных кристаллов, руководитель этой операции Френк Биглер появился там за несколько дней. Пользуясь «крышей» корреспондента «Вашингтон пост», он приготовил для себя подходящую «легенду», серию репортажей о русских бомжах. Когда операция провалилась и на руках неудачника Гэба защелкнулись браслеты наручников, Френк сидел в рваном плаще с перепачканным лицом в компании местных бездомных и хлебал из горлышка бормотуху. А заодно при помощи миниатюрной цифровой камеры снимал всех присутствующих при аресте Гэба. Тогда он впервые и увидел этого крепыша. Потом по посольским каналам он выяснил, что это был старший оперуполномоченный ФСБ полковник Христофоров Владимир Николаевич.

Френк даже предположить не мог, что когда-нибудь увидит его вновь, но судьба распорядилась иначе. Забыв о задании ЦРУ, агент первого класса больше ни о чем не мог думать, кроме как о реванше. Достав трубку сотового телефона, он набрал номер первого заместителя директора Центрального разведывательного управления, своего однокашника по оперативным курсам, но более удачливого.

— Слушаю, Розенблюм, — донесся глуховатый голос первого заместителя.

— Привет, Ной, — с наигранным смешком поздоровался с шефом Биглер.

— A-а, Френки, мой мальчик, ты в Стамбуле уже нашел занозу в нашей заднице, или вся шумиха, устроенная резидентом, не стоит выеденного яйца?