— Летиция принуждает тебя к замужеству? — тихо спросил Тони.
— Да.
— Так выходи замуж за меня.
Джейн вскинула на него взгляд. Тони говорил так буднично, будто речь шла о самом обычном деле. Или словно он давно собирался сделать ей подобное предложение.
— Я бы с радостью, — печально произнесла она. — Но из этого ничего не получится. Мать не позволит мне стать женой человека, торгующего кормами для животных.
В глазах Тони промелькнуло странное выражение.
— А сама бы ты вышла замуж за такого человека? — тихо спросил он.
Джейн ответила не задумываясь.
— Да, если бы им был ты.
— Ну так давай поженимся. В конце концов, это твоя жизнь, значит, и решать тебе.
Она помрачнела.
— Если бы все было так просто! Проблема в том, что у моей матери резко ухудшилось здоровье. Она поминутно хватается за сердце, чем, признаться, очень пугает меня. Боюсь, скоро мне придется взять на себя все финансовые обязательства по содержанию дома, лечению матери и тому подобное. Но так как совершенно ясно, что я этого не осилю, то мне придется уступить и выйти замуж за человека, который решит все проблемы. То есть за мистера Майлоса — так зовут найденного для меня матерью жениха.
— М-да… — задумчиво протянул Тони. — За мистера Майлоса, значит?
Джейн повернула голову и поцеловала его в ключицу.
— Но люблю я тебя… и поэтому позвала сегодня к себе.
— Солнышко! — с чувством произнес Тони, крепче стиснув ее. Несколько минут он лежал молча, словно что-то обдумывая. Потом пристально посмотрел Джейн в глаза. — Я правильно понял, ты согласна стать моей женой?
Джейн даже рассмеялась.
— Глупый, разве ты не слышал, что я говорила? Конечно, согласна, только этого не будет. Как сказала моя мать, мне нужно готовиться к тому, что скоро я стану миссис Майлос.
Глаза Тони заблестели.
— Миссис Майлос, — медленно повторил он, словно пробуя эти слова на вкус. Затем нежно поцеловал Джейн в губы, поднялся с постели и стал быстро одеваться. — Сейчас я уйду, но ты ни о чем не беспокойся. Слышишь? Не волнуйся, все твои страхи не стоят выеденного яйца. Я обо всем позабочусь.
Джейн удрученно вздохнула.
— Не тешь себя иллюзиями, Тони. Тебе ничего не удастся сделать. Как это ни прискорбно, но придется смириться с нашим положением. Видно, не судьба нам быть вместе, хоть мне и горько это говорить. — Ее голос дрогнул, но она справилась с собой и натужно улыбнулась. — Скажу одно: я счастлива, что мы узнали друг друга и что сегодня между нами случилось… то, что случилось. — Слегка порозовев, Джейн опустила ресницы, но тут же подняла вновь. — Мне хочется, чтобы ты знал: я буду помнить это всю жизнь.
— Я тоже, солнышко.
Шагнув вперед, Тони наклонился и прижался губами к ее немного припухшим губам. Джейн обвила его плечи руками. Этот поцелуй был, наверное, самым нежным за все время встречи. Потом, неохотно отстранившись, Тони направился к выходу.
— Все будет хорошо, слышишь? Обещаю тебе. Скоро увидимся. — С этими словами он исчез за дверью. Затем на лестнице зазвучали его шаги. Вскоре со двора донесся звук захлопнувшейся калитки.
— Все, — подумала Джейн. В следующую минуту она порывисто повернулась на живот, обняла подушку и разрыдалась.
В воскресенье ею с утра овладело странное безразличие. Возможно, это была защитная реакция мозга на все последние события, но в голове Джейн не было ни единой мысли. Даже Летиция удивилась ее покладистости.
На работу Джейн сегодня не нужно было ехать, так как у нее вновь был выходной за отработанный вместо напарницы день, поэтому она проснулась поздно, а к завтраку спустилась в купальном халате и непричесанная.
— К вечеру приведи себя в порядок, дорогая. Мистер Майлос приедет, — сказала Летиция, окинув дочь критическим взглядом.
— Хорошо, мама, — безучастно произнесла Джейн.
— Волосы покрасивее уложи.
— Хорошо, мама.
— И поприветливей будь с мистером Майлосом, — с нажимом произнесла Летиция.
— Хорошо, мама.
Так они и переговаривались весь день. Когда начали сгущаться сумерки, Джейн поднялась к себе в комнату, чтобы переодеться к приезду важного гостя.
Тот должен был приехать в половине седьмого, а теперь только начало шестого, поэтому Джейн полагала, что у нее еще достаточно времени. Каково же было ее удивление, когда она услышала шум остановившегося у калитки автомобиля.
Подойдя к окну, Джейн увидела знакомый серебристый «даймлер» мистера Майлоса. А вскоре из автомобиля показался и он сам, держа в руке элегантно упакованный букет алых роз.
У Джейн упало сердце. Букет мог означать только одно — мистер Майлос собирается сделать ей предложение. Однако не успела она подумать об этом, как с изумлением увидела выходящего из другой дверцы «даймлера» очень знакомого человека.
Тони?! — вспыхнуло в мозгу Джейн. Как он оказался в одном автомобиле с мистером Майлосом?
Ей захотелось протереть глаза.
Между тем мистер Майлос преспокойно передал букет Тони, и они двинулись к крыльцу. Джейн, сердце которой едва не выскакивало из груди, быстро открыла окно и высунулась наружу — как раз вовремя, чтобы увидеть, как Тони встал к стене, чтобы его не было видно в глазок. В эту минуту в доме раздался дверной звонок.
Джейн услышала, как мать крикнула «иду!», и вскоре в прихожей зазвучали приглушенные расстоянием голоса. Затем все стихло — как обычно, Летиция повела мистера Майлоса в гостиную. А потом Джейн услыхала быстрые шаги на лестнице. Она знала, кто это. Разумеется, Тони! Вероятно, входя в дом, мистер Майлос неплотно закрыл за собой дверь.
Повернувшись спиной к окну, Джейн сплела пальцы и прижала руки к груди. Происходило нечто такое, что было выше ее понимания.
В следующее мгновение дверь распахнулась.
— Прости, что вхожу без стука, — сказал Тони, лучезарно улыбаясь, — но, думаю, у меня есть на это право: ведь скоро ты будешь моей женой… если не передумала. — Шагнув вперед, он галантно вручил Джейн цветы и нежно поцеловал ее в губы. — Так не передумала?
— Я… А как же?.. — Она ошалело указала взглядом вниз, в направлении гостиной.
Глядя на выражение ее лица, Тони рассмеялся.
— Говоришь, Летиция хочет, чтобы ты стала миссис Майлос? Ты ею и станешь!
— Как это? — захлопала ресницами Джейн. — Ведь ты минуту назад спросил, не передумала ли я становиться твоей женой?
— Верно, солнышко. Но дело в том, что я тоже Майлос!
Джейн только рот разинула. Однако, хотя она еще ничего не понимала, в ее душе уже возник радостный трепет надежды.
