свысока, потому что мы другие.
– Да, султанша. По правде говоря, мы в Рутении почитаем ведьм. Они дают нам жизнь, ведут нас по этому бренному миру. Говорят, моя прабабушка была ведьмой. Даже в самый голодный месяц она могла накормить все племя мясом, которое наколдовывала из костей. Говорят, она прожила больше ста лет.
Похоже, Вера испытывала меня. Нужно сделать то же самое.
– А если бы я была ведьмой, ты почитала бы меня?
Она проглотила цветную капусту, кивая при этом:
– Я бы поклонялась даже вашему запаху, султанша.
Я улыбнулась. Но такой девушке, скрывавшей множество ран за своим невинным, клубничным фасадом, нельзя доверять секреты.
– Доедай, дорогая. В эти трудные дни лучше быть сильной.
Правда в том, что, если Кярс войдет в город, он займет трон, и никто уже не сможет сместить его. Но если он не вернется, то власть Като, как и его эго, раздуется, и он станет султаном-регентом Аланьи. Ни то ни другое меня не устраивало. Значит, чтобы Кярс и Като уничтожили друг друга, мне нужно убедить Кярса, будто Като пытается захватить трон, а Като убедить в том, что Кярс хочет его повесить. Непростая задача, учитывая их долгое знакомство.
Но я могу посеять семена. Какая удача, что у Като множество врагов. Будет кстати, если один из них каким-то образом сбежит, доберется до Кярса и поведает, что Като упивается властью.
Другая правда: хотя я была осторожна, кровавые руны могли разоблачить меня. Так же как использование тела Сиры для убийства шаха. Вера задала хороший вопрос, несомненно приходивший в голову многим: зачем это делать Сире, только что получившей все, что только может пожелать женщина в Аланье? И потому мне нужно держаться в тени и стать еще осторожнее, хитрее и расчетливее, чтобы вопросов не задавали.
Я решила встретиться с Като в пустой комнате, которую он превратил в свой кабинет. Кажется, раньше в ней хранили белье, но теперь здесь имелся низкий столик для Като и несколько подушек для посетителей. Как предусмотрительно с его стороны не использовать
кабинет шаха или даже визиря. Вероятно, он хотел показать, что его регентство столь же временное, как этот кабинет. Умный ход, чтобы не нажить новых врагов.
Когда Вера вкатила меня внутрь, Като колол миндаль ножом.
– Я занят, – сказал он. – Выкладывай побыстрее.
– Чем именно занят?
– Поиском предателей. Губы Озара и Хадрита запечатаны, как хорошее вино, и я не могу открыть их силой, учитывая, что один – сын Великого визиря, а второй женат на тетке наследного принца. Точнее, шаха. Так что мне остаются менее прямые методы.
– Хочешь совет?
Он сунул миндальный орех в рот и положил кинжал.
– У тебя много идей, не так ли? Как получается, что каждый твой совет приносит золото?
Похоже, не одна Вера размышляла обо мне.
– Ты никогда раньше об этом не спрашивал. Почему сейчас?
– Потому что ты слишком умна для девушки, которая, когда я ее встретил, считала пулю большой блестящей бусиной. И, учитывая произошедшее, пока Кярс не сядет на трон, я ничего не принимаю за чистую монету.
– Я проницательна. Замечаю то, чего не видят другие. И я много читаю, можешь спросить Философов, сколько книг я брала в башне. Своей исключительностью я обязана только самой себе.
– Сколько добродетелей. Может, поэтому Кярс переспал с тобой больше двух раз. Но зачем приносить свои дары к скромному порогу Като, а? Что-то здесь не складывается.
Насколько он стал подозрительным по отношению ко мне? Раньше, когда я только задалась целью познакомиться с ним, он казался уступчивым и открытым для моих идей. Возможно, последние события насторожили его, и теперь сеять в его душе семена – все равно что возделывать море.
Хотя, несмотря на то, как высоко он поднялся, у него не было союзников в меджлисе. Он завоевал преданных сторонников на поле боя, но теперь находился совсем на другом поле.
– Я смотрела твое представление, Като, – сказала я. – Ты заблудился в открытом море. Если не изменишь курс, утонешь. И Аланья утонет, если ею не править. Это зависит от тебя.
Этот человек не привык, чтобы ему бросал вызов тот, кому нельзя дать в челюсть. Он уставился на меня, будто не зная, что ответить.
– Давай свой совет, женщина, и убирайся. Я занят.
Он взял кинжал и продолжил колоть миндаль.
– Лучники Ока уже разослали весть о смерти шаха во все города этого царства и за его пределы. Наместники приедут поклясться в верности шаху Кярсу, и Кярс, без сомнения, поспешит принять их присягу и сесть на трон. Вопрос в том, вернется ли Кярс один или со своей армией? Он придет с армией, если почувствует угрозу своему правлению. И придет один, и гораздо быстрее, если не почувствует. Понимаешь, к чему я клоню?
Като поднял руки:
– Нет, не понимаю.
– Отправь Кярсу сообщение, что изловил всех предателей, и объяви то же самое меджлису. Тогда Кярс приедет один, и оставшиеся предатели почувствуют себя свободно. Возможно, достаточно свободно, чтобы придумать новый план. Понимаешь, они крысы. Устрой пожар, и они спрячутся в норы, где ты их никогда не поймаешь. Но если разложить приманку…
Если Като сделает, что я прошу, это лишь пробудит в Кярсе подозрения. С одной стороны, Като скажет Кярсу, что тот в безопасности. С другой, кто-нибудь другой скажет Кярсу, что Като и есть опасность. Но проглотит ли Като наживку?
Като встал, подошел к моему креслу и наклонился.
– Хочешь, чтобы я использовал шаха как приманку для крыс? Ты в своем уме, женщина? – прошептал он.
Он хотел запугать меня. Но мне нужно было только напомнить ему:
– Тебе есть что терять, гулям. Твоя лысая голова будет замечательно блестеть на воротах дворца. Многим понравится такое зрелище.
Като открыл дверь, схватил мое кресло и выкатил в коридор, где Вера болтала с евнухом. Затем вернулся в кабинет и закрыл дверь.
Не существовало никаких предателей, кроме меня самой, так что я должна была создать их, чтобы Като начал опасаться за свою жизнь. И где же искать крыс, как не в подземелье?
Точнее, в темнице, где я поместила несколько рун. Руну перемещения души можно начертать любым типом крови, но она позволяет овладеть только человеком, который находится рядом с ней, не дальше двадцати шагов, и обладает этим же типом. Один из немногих сценариев, в которых мой собственный обычный тип мог быть полезен, – там, где подойдет любой тип.
Я повсюду чертила руны перемещения души кровью каждого типа и
