Читаем без скачивания Титан - Фред Стюарт

К такой головокружительной и мгновенной славе Род был не готов. Он превратился в маньяка. Будучи убежденным в том, что все без исключения американские женщины жаждут его мускулистого литого тела грудь Род брил перед съемками, так как волосатость производила отталкивающее впечатление на зрителей, Род счел себя обязанным соблазнять всякую привлекательную женщину, которая попадалась на его пути. Эдвина же была не только одной из самых красивых женщин, которые когда-либо ему встречались, но являлась также и женой продюсера картины «Юность в огне». Отравленный алкоголем мозг Рода подсказывал ему, что это вызов, который он просто обязан принять. Когда же он прочел искрометный сценарий «Юности в огне», то подумал о том, что, принимая во внимание «плотность» множества любовных сцен с участием Бэка Рэндольфа и Лоры Харди, будь он даже горбуном из «Собора Парижской Богоматери», он не упустит свой шанс.

В первый же день основных съемок на первой съемочной площадке Род взялся за осуществление своего плана с присущей ему «тонкостью».

— Тебе нравится заниматься сексом? — спросил он Эдвину, пока они ждали установки декораций для первой сцены.

Она удивленно посмотрела на него.

— Да, нравится. Я считаю, что это прекрасно, — ответила она. — Мой муж очень хорош в постели. К тому же он невыносимо ревнив. Если ты станешь приставать ко мне, то я не удивлюсь, если он вышибет из тебя мозги. Знаешь, он постоянно носит с собой пистолет. Еще с войны. И потом он отличный стрелок. — С этими словами она очаровательно улыбнулась.

Род Норман с трудом сглотнул, думая о том, что, может быть, ему стоит пересмотреть свои ближайшие планы относительно любовных интриг.

Режиссером картины «Юность в огне» был бывший военный летчик Рэкс Симпсон. Рэкс и Род были собутыльниками и в тот вечер как раз посасывали контрабандное виски в подвале у Рэкса.

— У Флеминга ничего не выйдет с этой картиной, — кисло заметил Род.

— Почему это? — спросил Рэкс.

— Потому что она вся о сексе, а сексуальности в Эдвине Флеминг столько же, сколько в бревне.

Рэкс, трепавший свои усы, сделал удивленное лицо.

— А по мне она сексуальна, — сказал он. — Стоит мне лишь взглянуть на нее, и я уже готов. И грудь у нее будь здоров.

— Да, но это все только снаружи. Внутри в ней нет сексуальности. Может быть, это ее английское воспитание. Не знаю. Но если с такой партнершей мне-таки удастся сыграть мистера Жаркого Любовника, я буду считать, что достиг вершин актерского мастерства. Кстати, не знаешь, говорят, Флеминг все время таскает с собой пистолет?

— Я слышал об этом. В семнадцатом его чуть не угрохали в России. Думаю, это заставило его вооружиться.

— А что, будто бы он ревнив сильно?

— Говорят, что так.

— Ладно, у него не будет повода ревновать ко мне, — пьяным голосом кисло сказал Американская мечта. — Она меня сегодня полностью расхолодила. Конечно, мне не стоило, наверно, говорить такие вещи сразу.

— А что ты сказал?

— Я только спросил ее, нравится ли ей секс.

Рэкс Симпсон даже застонал.

— О Боже, идиот! Такие вещи не говорятся внучкам герцогов, неужели не ясно?!

— Да, теперь я тоже так думаю.

— Это ведь тебе не костюмерша!

Рэкс Симпсон был «приходящим-и-уходящим» режиссером, но «Юность в огне» была первой его крупной картиной. Он не мог допустить, чтобы она сорвалась.

Он решил, что лучше переговорить насчет Рода с Ником Флемингом.

В 1921 году в «Нью-Йорк таймс» появилась статья, в которой подтверждалась информация из России о том, что бывший военный министр последнего русского царя великий князь Кирилл зверски убит большевиками вместе со своей женой и дочерью великой княжной Татьяной. Это произошло летом 1918 года, на следующей неделе после убийства царской семьи в Екатеринбурге, когда почти все не успевшие покинуть страну родственники Романова были истреблены с поистине варварской жестокостью. Когда Ник прочитал об этом, он вспомнил симпатичную юную девушку, с которой познакомился в Петрограде, и проникся острой жалостью к ее печальной судьбе. Но перед ним возникла проблема: что делать с бриллиантами, некогда врученными ему великим князем, которые до сих пор лежали на счету Флеминга в сейфах «Английского банка»? Ник обратился за консультацией по этому поводу к сэру Десмонду Торникрофту, который являлся адвокатом его отчима. Сэр Десмонд сказал, что, поскольку русская революция отвергла царскую юридическую систему и сняла с себя ответственность за царские долги, бриллианты великого князя теперь по праву принадлежат ему, Нику Флемингу. Более того, если вдруг будут объявлены розыски оставшихся в живых родственников великого князя, нахлынет целая армия самозванцев, Ника затаскают по судам. А если и найдется действительный наследник, то по закону он будет иметь прав на бриллианты не больше, чем сам Ник.

Отбросив всю словесную шелуху адвоката, Ник понял, что настоящий наследник будет иметь, по крайней мере, моральное право на тот кисет с камнями. В Европе находилось очень много родственников Романова, сбежавших от революции, которые теперь были заняты тем, что торговались между собой из-за пресловутого состояния, которое царь вроде бы положил в «Английский банк», но которое до сих пор не было обнаружено. Поэтому Ник не сомневался в том, что, узнай они про бриллианты, ему от них будет не отбиться. Он мог либо разделить драгоценности между десятками двоюродных и троюродных братьев и племянников последнего русского императора, чтобы они прогуляли их на юге Франции, но он мог и оставить их при себе в качестве военного трофея. Он отдал их на оценку в «Гаррард и К°» и скоро узнал, что они стоят шестьсот тысяч фунтов, или три миллиона долларов.

Он медлил с окончательным решением до тех пор, пока не купил «Метрополитен пикчерз». Обстоятельства приняли это решение вместо него: производство фильмов стоило очень дорого, равно как и богемный образ жизни. Ник продал бриллианты в «Гаррард и К°» и поместил три миллиона в «Американский банк» в Лос-Анджелесе. И как раз вовремя: потребовалось сорок тысяч долларов на то, чтобы выкупить права на кинопостановку бестселлера «Юность в огне». Хэррит Спарроу заблуждалась: он не купил «Каса энкантада», а арендовал за три тысячи долларов в месяц, что являлось по тем временам ошеломляющей суммой. Содержание восьми слуг и садовников, оплата диких счетов Эдвины на ее гардероб, устройство нескольких приемов в неделю, чтобы лишний раз потрясти столицу мирового кинематографа, — на все это требовалось немало наличных. Самому себе как руководителю студии Ник платил тысячу в месяц, но делал огромные капиталовложения в студию, от которой ждал успеха. Никто лучше Ника не знал, насколько важно было для «Юности в огне» стать хитом.

Поэтому когда Рэкс Симпсон позвонил сказать ему, что Род Норман чувствует себя «отвергнутым» Эдвиной, что, в свою очередь, грозило правдоподобности любовных сцен в картине, реакция Ника была мгновенной и резкой. Он повесил трубку и стал подниматься по лестнице, размышляя над уникальной ситуацией, в которой он как муж сейчас оказался: надо будет убедить жену вести себя так, чтобы понравиться другому мужчине.

«Каса энкантада» действительно была выстроена в испанском стиле. Лестницы были оборудованы резными железными перилами, с потолка в холле свисал тяжеленный фонарь из железа и стекла, купленный у одного антиквара из Мехико, утверждавшего, что когда-то этот фонарь висел во дворце самого вице-короля. Ник поднялся до конца лестницы и вошел в длинный темный коридор, по стенам которого тут и там висели фотографии, изображавшие мадридскую жизнь в XIX веке, было также несколько картин, написанных маслом и изображавших бой быков. В конце коридора была деревянная дверь, богато украшенная инкрустацией в мексиканской манере, за которой располагалась хозяйская спальня. На окнах спальни были украшенные тонкой резьбой железные решетки, словно архитектор дома хотел уберечь жену Ника от любившего взбираться по виноградным лозам Зорро. Эдвина в обтягивающем черном трико как раз занималась пластическими и хореографическими упражнениями, составленными для нее ее сценической наставницей Вильгельминой ван Дейк, голландкой, бывшей актрисой, которая как-то снялась в одной картине с Бернхардтом. Она приехала в Голливуд уже в преклонном возрасте с целью сорвать с таких одержимых киноновичков, как Эдвина, столько денег, сколько сможет.

— Рэкс звонил только что, — начал Ник, прикрывая за собой дверь. — Он говорит, что Род с горя напился, когда ты отшила его сегодня на съемках. Что там у вас стряслось?

Она прекратила свои упражнения.

— Он позволил себе пошлость, и я предупредила, что, если он посмеет приставать ко мне, ты из него душу вытрясешь. Ты ведь это сделаешь при случае, правда?