мелкими и собираются вместе только на большую охоту, для обмена женщинами или если нападают на других. Еще знаю, что они не сидят на одном месте, а каждый сезон ищут новые места охоты и им нельзя брать женщин в хижины.
Последнее поставило подруг в тупик.
— Как это для обмена? — Не поняла Софья и нахмурилась.
— Почему это не берут? — продублировала эмоцию подруги Мария и хмыкнула, — а зачем тогда этих в плен взяли? Да и размножаться то они как-то должны?
Харан только ухмыльнулся на такое слаженное выступление.
— Не берут постоянно, — уточнил он, — у них есть большие хижины для женщин, куда приходит мужчина и берет любую понравившуюся на ночь. По правилам их племени женщина в мужской хижине может находиться только тогда, пока светило не видит, иначе будут наказаны оба. Насколько я знаю, и вожди и шаманы следят за этим очень строго, а наказания в племени жестоки — вплоть до пыток, убийства в кругу при сражении с сильнейшими воинами или просто отправляют провинившегося без оружия сражаться с хищником. Как вы понимаете, выживших там не бывает, а поскольку наказания жестокие, то и спорить никто не хочет. В племени краснокожих все живут по правилам. Там даже дети общие. Мальчики, когда начинают ходить, идут учиться в хижину защитника или охотника, а девочки вырастают и их меняют на других в ближайшем к ним маленьком племени.
Теперь уже вся компания выглядела ошарашенной.
— Блин, да это секта какая то, сборище фанатиков, а не племя, — отмерла первой Софья, — и как мы Алекса там искать будем?
Все начали тревожно переглядываться и только Клео осталась сидеть, глядя в одну точку и не поднимая глаз.
— Я пойму, если вы не пойдете со мной, — выдавила она наконец глухо, — я понимаю, что это опасно и не буду больше просить. Наверно, это всё-таки моя ноша и нельзя ее на других перекладывать….
— Вот! — Тут же встрепенулся Харан, — так будет правильно! Теперь мы все сможем в долину вернуться.
Мария только вздохнула, перекинулась вопросительно — согласным взглядом с Софьей, зыркнула злобно на родственничка и подойдя ближе, обняла кошку за плечи.
— Мы с тобой, мы все будем аккуратны и у нас все получится, — сказала она просто, а потом снова обернулась к Харану, — завтра с утра берешь детей и вместе с другом идете в долину, — практически приказала она, — потом обернулась к Вэлу, — а ты что решил — уходишь или с нами остаешься?
Так получилось, что в результате долгих споров и перипетий было решено, что Харан с другом будут сопровождать детей, а потом как можно быстрее вернутся назад. Клео даже нарисовала на песке маршрут, по которому, как ей виделось предстоит идти.
— Похоже, это район той пещеры, что мы камнями заложили, — задумчиво прикинула Мария и обернувшись к мужчине начала объяснять, как можно пройти, чтобы сократить путь вдвое и разобрать заложенный ими выход, — только веревок еще возьмите если есть у твоих людей, или лиан потолще, — посоветовала она в конце, — там после Арена ни одного выступа не осталось — одна скала гладкая, просто так не спуститься.
Технические вопросы решили только когда ночь перевалила за середину.
Вэл подумав, вызвался идти с Хараном, — все равно без магии от меня толку не будет, — хмуро сказал он, — а тут маленьких детей куча — кому-то все равно нести их придется.
Женщины переглянулись и…. согласились. Сначала Мария хотела напомнить, что у шамана, тело которого Вэл занял, магия то была и не слабая, а потом махнула рукой — ждать, когда та проявится и обучать все равно некогда, а значит и голову пока морочить незачем.
31. Невесты
Утро снова началось со скандала.
Нет, сначала все было замечательно — споро собираясь, женщины сбегали за рыбой, чтобы запечь в дорогу, подняли детей, умыли их наскоро и накормили разваренным, практически разваливающимся на волокна, мясом с тягучим концентрированным бульоном. Кормить кстати, пришлось всех, поскольку на запахи запекающейся рыбы и мяса снова собралось все племя, а не только дети как планировалось.
В общем, пока готовили еду в дорогу, обсуждали детали с Хлаей и собирали по хижинам старые, протертые шкуры, чтобы было чем укрывать самых маленьких в дороге, собравшиеся и наевшиеся тетки снова устроили свару, возмущаясь, что более вкусные кусочки достаются не им, а детям, которых они выгнали.
— Зачем еду давать? Чужое потомство! — Громче всех возмущалась крупная, довольно молодая женщина, за шкуру которой держался малыш лет пяти, — выгнать надо!
Мария только скривилась, жалея, что еще не все готово и нельзя покинуть это племя вот сейчас сразу.
— Ты тоже чужая, — буркнула она недовольно, — уходи, не будем больше кормить тебя.
Тетка даже опешила от такой "несправедливости", а Мария вздохнула тяжело. Как-то так получилось, что хоть в современном, хоть в древнем мире, но любые морально — этические ценности, воспринимались людьми двояко. Одно и то же действие, которое по отношению к другим было нормой, в свой адрес воспринималось как обида великая и несправедливость безмерная.
— Я не чужая, — возмутилась отошедшая от шока тетка, а потом неприятно улыбнулась, — я в мужскую хижину пойду. Меня муж кормить будет.
Мария только плечами пожала равнодушно, намекая — иди куда хочешь, главное не отсвечивай, но тут она заметила плотоядные взгляды на мужчин их маленькой компании, нахмурилась и кивком головы подозвала суетившуюся неподалеку Софью.
— И в чью же хижину ты собралась, красавица? — Спросила она вкрадчиво и выразительно посмотрела в глаза Софьи.
Как и ожидалось, тётка иронии не заметила.
— К нему пойду, — ткнула она грязным пальцем в Рива, кормившего очередного ребенка и принесшего, вчера такую замечательную добычу, — скажу, чтобы выгнал всех других. Сама потомков рожать буду.
Софья даже задохнулась от такой наглости. Нет, она, конечно, не подпускала мужчину к себе, в ожидании пока тело сформируется, но отдать просто так того, кого уже привыкла мысленно считать своим? Вот же! Не бывать этому!
— Ага, щааассс, — прошипела она злобно, — это мой мужчина, его ты точно не получишь!
Тетка оторвалась от созерцания предполагаемого мужа, внимательно осмотрела соперницу и фыркнула недоуменно.
— Я красивее, — сказала она уверенно, — разрешу мужу взять вторую жену, и он тебя сразу выгонит. Зачем ему чужую некрасивую женщину кормить?
Наверно, если бы подруга не повисла на Софье, та точно кинулась бы на нахалку, как самая настоящая дворовая кошка на соседского пса недотепу. Это надо же мало того, что на чужого мужчину губу раскатала, так еще и ее саму оскорбляет, вытаскивая
