ожидание, когда они понимают, что вскоре окажутся на планете Ларниз.
Корабль, несущий Анахиту и её потенциального жениха, мягко приземлился на поверхность планеты, и его величественная тишина вскоре была нарушена звуками нового мира. Как только герметичный люк открылся, их взглядам предстало чудо — лесная природа, завораживающая своей первозданной красотой.
Перед ними раскинулся лес, в котором древние деревья, с густой, переливающейся листвой, возвышались над землёй, как хранители древних тайн. Их стволы, покрытые вкраплениями мхов, искрились мягким светом, придавая лесу мистический оттенок. Листва была столь яркой, что напоминала сложную смесь зелёных и золотых оттенков, что играли на ветру, словно диковинный флаг.
Атмосфера вокруг была насыщена сладким ароматом неизвестных цветов и растительности, который напоминал о земных лугах, но с неповторимой экзотической ноткой. Лёгкий ветерок, скользящий между деревьями, приносил с собой лёгкие шорохи и шепоты листвы, создавая симфонию природы, сливающуюся с их собственными сердечными ритмами.
Свет Остелора струился сквозь ветви, отбрасывая узоры лучей света на мягкую землю, покрытую ковром из зелёного мха и ярких цветочных пятен. Словно затаив дыхание, природа встречала их, обнимая их своей зелёной стихией и насыщенным покоем.
Анахита и Тайвин, ступая по этому живому ковру, чувствовали, как их сердца наполняются трепетом перед красотой и загадочностью новой планеты. Ощущение единства с природой было столь глубоким, что, казалось, можно было почувствовать её жизненную силу. Они шли вдоль узкой тропинки, петляющей сквозь лес, и с каждым шагом всё больше погружались в сказочный мир.
Пока Анахита и её жених, обвороженные чарующими видами новой планеты, стояли под сенью гигантских деревьев и ждали команды, другой космический корабль, сверкающий в лучах чуждого солнца, медленно опускался на поверхность недалеко от их места. Его гладкий корпус, отражая свет, как зеркало, перемещался сквозь воздух с величественным спокойствием.
Тихое потрескивание и гул двигателей вскоре уступили место лёгкому шороху земли, когда корабль приземлился. Люк корабля открылся, и первым из него вышел Тристан. Его лицо было сосредоточено, и в каждом его движении ощущалась напряжённая решимость. Взгляд его был прикован к Анахите и Тайвину, которые, не подозревая о приближающемся прибытии, продолжали беседовать, их голоса сливались с тихим шёпотом леса.
Тристан, в своей белоснежной форме, выделялся на фоне зелёного ландшафта, и его присутствие стало заметным сразу. Его шаги были уверенными, но с каждым шагом всё яснее проступало беспокойство и недовольство на его лице. Когда он увидел их, беседующих и смеющихся, его лицо исказилось в гримасе ревности и негодования. Глаза Тристана, полные обжигающей боли, застыли на девушке, словно пытаясь запечатлеть её на этом фоне, как символ своей утраченной мечты.
Анахита не заметила сразу, как её друзья вышли из корабля и направились к ним, оживлённые и полные радости от встречи с новыми землями. В её глазах отражалась смесь восторга и ожидания, пока её жених рассказывал о своих планах на будущее. Она была поглощена этим волшебным моментом, и только когда Тристан подошёл ближе, её внимание привлекло его состояние.
Ревность Тристана была ощутима в каждом его движении. Его глаза метались между ней и её женихом, искры обиды и боли пронзали его взгляд. Он чувствовал, как его гордость, словно остриё меча, проникает в самое сердце, когда он видел, как хранительница, которую он когда-то любил и считал своей, теперь делит свою радость и планы с другим. Каждое её смех и каждый его взгляд к Тайвину будто вонзались ему в душу, напоминая о том, что он остался в прошлом.
Его шаги стали более тяжёлыми, и когда он приблизился, лёгкий налёт холодности окутал его присутствие. Он попытался скрыть своё волнение и ревность, но напряжение между ним и Анахитой было слишком очевидным. Встреча с её друзьями была затянута, и каждый момент в этом лесу, где радость и зависть переплелись, стал для Тристана тяжёлым испытанием.
Ощущение разрыва, которое он испытал, было едким и ярким, сливаясь с атмосферой леса, полным сказочной красоты, но скрывающим под собой тени ревности и утраченных надежд.
Тристан, излучавший напряжение и неудовлетворённость, вдруг прервал общую радость, потянув Анахиту в сторону, под предлогом необходимости обсудить важные детали. Её голубые глаза, полные недоумения, мгновенно обратились к нему, когда он повёл её в уединённое место среди зелёных деревьев, вдали от остальных.
Как только они оказались на некотором расстоянии от группы, Тристан остановился, его дыхание было учащённым, а голос изобиловал напряжением.
— Почему? — его слова прорезали тишину, как острые лезвия. В его голосе был явный упрёк, и каждое слово было пропитано горечью, — Почему после всего, что было между нами ты с легкостью решилась на это?
Анахита, вставая на защиту своих чувств, встретила его взгляд с твердостью.
— Ты никогда не понимал моих чувств. Я не могла оставаться в том месте, где чувствовала себя запертой, где мои мечты и желания не были услышаны. Я нуждалась в другом.
Её слова, хотя и спокойные, были наполнены глубокой болью и обидой.
— Ты всегда видел только то, что хотел видеть. Я не могла сказать тебе о своих истинных чувствах. Ты сделал свой выбор, Тристан. Ты оставил меня, как только ситуация со мной оказалась для тебя слишком сложной. И даже если бы я смогла понять свои чувства раньше, это ничего не изменило бы. Ты оставил меня в момент, когда я начала осознавать, что я чувствую на самом деле.
Тристан, почувствовав, как его гнев начинает утихать, попытался найти слова, чтобы выразить своё разочарование и боль, но это было бесполезно. Его лицо исказилось от эмоций, и он, осознавая всю глубину её слов, но не готовый признать свою вину, только более глубоко погружался в собственное замешательство. Девушка смотрела на него с состраданием, но и с твёрдой решимостью.
— Именно. Ты был слеп. Я искала свободу и поддержку, а не только привязанность. Это не про то, что ты был плох, Тристан. Это про то, что твое понимание любви заканчивается в словах и желании видеть друг-друга рядом.
— Я запрещаю тебе выходить за него замуж.
— Кто дал тебе такое право? Не забывайся, принц.
— Когда я стану императором, ты будешь обязана подчиняться мне.
— Буду с нетерпением ждать этого момента, чтобы показать тебе, что я никому ничем не обязана. Но, к тому моменту я уже буду замужем. Не смей говорить со мной в таком тоне даже после того, как получишь свой заветный трон. Я не потерплю ни малейшего неуважения к себе и если ты не хочешь познать моего гнева, прекрати сейчас же!
С этими словами
