не так ли?
— Я же уже сказал, что мне было не из чего выбирать, Маэцца.
— Ты уверен, что причина в этом?
— Да.
Он подносит деревянную коробку Юстусу и говорит:
— Проглоти немного соли и повтори свой ответ.
Юстус сглатывает. Не сводя глаз с Данте, он берёт немного соли и съедает.
Данте тянет шею из стороны в сторону, издав серию щелчков.
— Почему ты выбрал этот наряд для Фэллон?
Юстус сглатывает, а я подползаю поближе к изголовью кровати и всматриваюсь в темноту между ним и стеной, пытаясь разглядеть, не блестит ли где лезвие.
— Чтобы отвлечь вас, Маэцца.
— И зачем ты решил меня отвлечь, генерали?
— Потому что если Фэллон будет носить вашего ребёнка, есть вероятность, что вы её не убьете.
Что за чёрт? Я пристально смотрю на Юстуса. Надеюсь, он тоже употребляет то вещество из Неббы, иначе… иначе нам будет, о чём поговорить после того, как я найду этот чёртов кинжал и отрежу Данте голову.
Я начинаю скользить пальцами по изголовью, как вдруг Данте спрашивает:
— Ищешь это, Фэл?
Я резко перевожу на него взгляд и замечаю кинжал, который он держит между пальцами.
Моё лицо, должно быть, сделалось таким же белым, как его униформа, потому что он цыкает.
— Кажется, у нас тут завёлся предатель. Кто бы…
И прежде, чем я успеваю сделать следующий вдох, Данте швыряет соль в оторопелое лицо Юстуса и протыкает его шею кинжалом.
— … это мог быть?
ГЛАВА 22
Я кричу, а Юстус… не издаёт ни единого звука. Как это возможно, когда из его трахеи торчит кинжал?
— Может быть, это вы, генерал Росси?
Данте проворачивает кинжал.
— Прекрати, Данте! Прекрати! Юстус ничего не сделал.
Я бросаюсь вперёд, хватаю Данте за бицепс, и мне удаётся опустить его руку.
Глаза Юстуса так широко раскрыты, что сделались белыми. А его шея… жилы на ней натянулись, а из раны хлещут алые потоки крови.
Пожалуйста, пусть он принимает эти добавки железа, или что там принимает Данте?
Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, не умирай.
Ты мне нужен.
— Не делай из меня дурака, Фэллон. Тот факт, что тебе вдруг стал небезразличен Юстус, и есть единственное доказательство, которое мне нужно. Что ещё ты от меня скрываешь, мойя?
Я бросаюсь к Юстусу и хватаюсь за рукоять кинжала, в то время как Данте хватает меня за талию. Я разворачиваюсь и делаю взмах рукой, целясь ему в горло, но поскальзываюсь на соли, и железный клинок врезается ему в глаз.
Он рычит и бьёт меня по лицу.
Я теряю равновесие и падаю. На секунду мир вокруг меркнет, но затем я снова вижу всё с идеальной чёткостью и начинаю ползти в сторону Юстуса.
— Вытащите нас отсюда, Юстус. Нарисуйте знак и вытащите нас.
Он медленно качает головой из стороны в сторону.
О боги, он всё ещё жив.
— Нарисуйте знак…
Он сплевывает и ещё больше крови изливается из его раны. Я пытаюсь оторвать кусок платья и затянуть рану, но это не работает. Чёрт, чёрт, чёрт.
Прижав ладонь к его шее, я пытаюсь найти кинжал, чтобы разрезать ткань, но Данте закинул его под кровать. Может быть, если я налью немного крови Мириам в его рану, я смогу его вылечить?
Я ощупываю воротник его рубашки, пытаясь найти кожаный ремешок, но не нахожу его. Ну, почему именно сегодня он решил не надевать медальон?
Дверь в помещение распахивается и ударяет Юстуса, отчего его тело откатывается в сторону, а мои пальцы отрываются от его шеи. Я уже готова захлопнуть дверь, но застываю на месте, когда замечаю мужчину, который пытается проникнуть внутрь через узкий проход.
Я моргаю, точно испуганный змей, после чего перевожу взгляд на мужчину, распластавшегося передо мной на полу.
— Маэцца! — ахает Юстус и пытается раскрыть дверь плечом, ударив своего двойника, истекающего кровью. — Фэллон, отойди!
Но я не могу пошевелиться.
Я едва могу дышать.
Юстус — тот, у которого не идёт кровь — приседает рядом со мной, обводит рану своего близнеца кончиками указательного и среднего пальцев, а затем разрывает его рубашку и рисует крест на его сердце. Ниже, на его животе, он рисует букву «М» странного вида, напоминающую пересекающиеся пики.
— Ты не ранена?
Когда я не отвечаю, он повторяет свой вопрос, отчётливо произнеся моё имя.
Я качаю головой и, раскрыв рот, смотрю на мокрый лоб мужчины, который лежит бездыханный перед нами.
Прерывисто дыша, Юстус проводит рукой по лбу своего двойника, словно пытается узнать, нет ли у него жара. Когда тот, наконец, замирает, я тоже замираю, потому что прямо на моих глазах на желтоватой плоти мужчины появляются кровавые линии в форме точно такой же буквы «М» странной формы. Юстус проводит пальцем по знаку, и труп превращается в другого человека — Дотторе Ванче.
Я откидываюсь на пятки.
Ещё больше солдат проникают в помещение. Я смотрю на них, но как будто их не вижу.
— Прошу прощения, Маэцца.
Юстус встает с корточек.
— Я не знал, что мой лекарь…
— Убейте его! — Данте указывает на Юстуса. — Стража, убейте его…
Никто не двигается. А точнее, их головы поворачиваются, но никто не спешит покончить с жизнью Юстуса.
Данте делает шаг назад и врезается в стул, отчего тот падает.
— Почему вы не выполняете мой приказ! Я ваш король! Вы не отвечаете перед генералом. Вы отвечаете передо мной!
Юстус поднимает руки.
— Маэцца, преступник убит. Вы его убили, — мой дед говорит медленно, точно разговаривает с ребёнком.
— Ты… ты…
Палец Данте дёргается, когда его глаз, не закрытый ладонью, смотрит на меня, а затем мимо меня на труп на полу.
— Я не…
Его губы вытягиваются, и на лице появляется страшная гримаса. Он снова переводит внимание на Юстуса.
— Простите, Маэцца. Мириам меня заколдовала и нарисовала магический знак на лбу лекаря, который не только свёл его с ума, но и сделал похожим на, — он проводит верхней губой по нижней губе, а затем морщит нос, точно его тошнит от вида трупа себя самого, — меня. Я уже наказал её.
— Наказал? — Данте усмехается. — Я убью ведьму. После того, как убью твою внучку.
Вот… чёрт. Я гляжу на дверь и прикидываю, как далеко я смогу убежать, прежде чем солдаты меня догонят. Я могла бы спрятаться, но что потом? Я поднимаю глаза к потолку, неожиданно вспомнив о том, как он недавно сотрясался. Что если… Что если я смогу заставить то, что находится снаружи, разрушить это место?
Я вскакиваю на ноги.
— Хватайте её! — рычит
