— Спасибо… — Аля наконец-то подняла глаза.
— Продюсера надо беречь, — усмехнулся Васька. Но это не разрушило очарования — он и дальше пошел рядом, страхуя ее во всех опасных местах.
Антон щелкал фотоаппаратом, ожесточенно споря с Лилей, а в основном с Надей по поводу чуть ли не каждого кадра. Василиса шла сзади, видимо, следила, чтобы никто не отстал.
Несмотря на двойной слой свитеров, Аля потихоньку начала замерзать, и даже сквозь Васькину перчатку перестало чувствоваться тепло. Однообразные обледенелые склоны уже нагоняли тоску, все сильнее хотелось есть и, как ни странно, спать.
— Привал! — словно угадав ее мысли, объявила Василиса.
Они расположились у покосившейся бетонной плиты, кое-как смахнув с нее снег с песком, и зашуршали пакетами, доставая припасы.
— А у меня вино есть, мне мама дала, — вдруг сказал Васька, доставая фляжку.
Аля привычно испугалась за их бестолкового режиссера, который вечно лепит что-то невпопад. Сейчас Василиса заклеймит позором и Ваську, и его вино. Однако ничего подобного не произошло, преподавательница просто кивнула:
— Очень хорошо, надо согреться. Давайте стаканчики.
— Я вино не пью, — быстро сказала Аля.
— А что пьешь? — заинтересовался Васька.
Девчонки захихикали.
— Ничего не пью, — с досадой ответила она.
— Даже шампанское на Новый год?
— Никто тебя пить не заставляет, — вмешалась Василиса. — Аля, это просто глоток, чтобы не заболеть.
— Не буду, — уперлась она.
— Ну смотри, сейчас мы все выпьем, — попытался убедить ее Антон, сделав глоток из крышечки от своего термоса.
Лиля с Надей, по-прежнему хихикая, последовали его примеру.
— Ладно, — нехотя согласилась Аля, подставила крошечный колпачок от термоса, зажмурилась и глотнула налитую жидкость, не почувствовав ровным счетом ничего.
— Ну как? — живо поинтересовался Васька.
Она пожала плечами.
— Может, еще?
— Нет! — испугалась девочка.
Обратный путь дался куда сложнее. Все устали, замерзли и еле тащили ноги. Никто больше не прикалывался, а Васька помогал Але уже нехотя, больно дергая за руку в скользких местах. Она все собиралась возмутиться и гордо отказаться от такой помощи, но так и дотянула до самой остановки. Короткий пасмурный день потихоньку переходил в вечер. Будка выглядела совершенно необитаемо.
— А тут вообще что-нибудь ходит? — капризно протянула Надя.
— Ну на чем-то же ты сюда приехала? — парировал Антон.
— И сколько мы тут будем стоять?
Вопрос остался без ответа. Остановка и правда казалась совершенно заброшенной, даже не верилось, что утром их привез сюда автобус. Але стало жалко Василису. Она ведь за них отвечает, переживает, наверно. Да еще эта Надя…
— Идем до следующей остановки, там уже несколько автобусов! — бодро постановила преподавательница.
Идти по обочине оказалось куда противнее, чем по карьеру: под ногами хлюпала жидкая грязь. Непонятно, здесь-то зачем, а, главное, кто солью посыпает?.. Васька ушел вперед, и стало совсем тоскливо.
— О, кадр интересный! — встрепенулась Надя и показала на непонятного назначения башню из красного кирпича, прямо из стены которой росла развесистая елка.
— Здравствуй… елка, Новый год! — мрачно съязвил Васька.
— Антон, сними! — подергала оператора за рукав Надя.
Тот нехотя вытащил фотоаппарат из чехла.
— Ну и куда нам эта елка приткнулась? — не отставал Васька. — Мы, кажется, ролик фирмы «Четыре ладьи» делаем…
— А майонез нам куда приткнулся? — не осталась в долгу Надя.
— Ты ничего не понимаешь, это были горы…
— Снимай, — неожиданно поддержала Надю Василиса. — Никогда не знаешь, что может пригодиться.
— А разве заказчик каждую страницу не подписывает? — возразил Васька.
— Ну хотелось бы надеяться, что это не последний ваш заказчик! А хорошая идея никогда не пропадет.
Наконец они дошли до следующей остановки, которая оказалась вполне обитаемой, и вскоре залезли в автобус. В тепле разморило даже железобетонную Василису. Она привалилась к Васькиному плечу и закрыла глаза. Аля посматривала на нее с плохо скрытой завистью. Впрочем, не она одна.
— Ну что, в колледж? — нарочито бодро спросил Васька, когда они доехали до «Пушкинской».
— Не, я пас, — устало откликнулся Антон.
Лиля и Надя просто покачали головами. На этот раз Аля даже была с ними солидарна. Хотелось выпить горячего чая и забраться под теплое одеяло, а ни в какой не в колледж.
— Мне надо, — вздохнула Василиса. — У меня еще урок.
— А у нас первая репетиция цирка, — вспомнил Васька.
— О, нет!.. — на разные голоса заныли остальные.
— Ладно, я съезжу, — решил он. — Должен же хоть кто-то из команды появиться! — и он выразительно посмотрел на Алю.
— А это не командное задание, — устало возразила она.
— Все равно.
Но у нее не осталось сил даже на споры.
— Ладно, мы поехали! — Василиса взяла Ваську под руку, и они медленно побрели к переходу.
Глава 7
Сестры Заскоковы
Следующая режиссура сразу началась в актовом зале.
— Будем репетировать цирк, — объявила Ирина Юрьевна.
Полет фантазии одноклассников впечатлял.
Никита, режиссер команды «Стелс», придумал «канатоходца» — положил на сцену веревку и балансировал на ней с веером.
— Неплохо, — сказала Ирина Юрьевна. — Только не хватает события, какой-нибудь яркой точки… Не знаю, пусть твой канатоходец упадет, что ли…
— Ну спасибо! — возмутился Никита.
— Нашего режиссера? — поддержал его Славик. — Не отдадим!
— Так это ж пародия! Упадет на пол лицом к зрителям, но будет цепляться за канат…
Никита с энтузиазмом проиллюстрировал ее слова. В зале засмеялись.
— Вот! — удовлетворенно заметила Ирина Юрьевна. — Видишь, сразу эффект виден! Кстати, всех касается!
Рома придумал какой-то хитроумный номер «Факир». Он босиком залезал в ящик со стеклом и топтался там. Потом он вылезал и раскланивался, а стекло продолжало хрустеть. И факир бежал за кулисы лупить нерадивого помощника.
Номер режиссерше понравился.
— Молодец, Рома! — похвалила она. — Сразу изюминку добавил!
Аля с нетерпением ждала Васькиного выхода. И дождалась! Он, Никита, Славик и Рома прицепили тигриные хвосты и бегали на четвереньках вокруг дрессировщицы, невысокой полненькой Оли — режиссера «Полянки-фильма».
— Ну как тебе? — Аля так засмотрелась, что даже не заметила, как к ней подсела Ира.
— Да ужас! — уныло отозвалась она.
— Что ужас?
— Парни ползают на коленках вокруг этой…
— Дочки директора, — подсказала Ира.
— Какой дочки? — удивилась Аля.
— Обыкновенной. Ты не знаешь, что ли? — в свою очередь удивилась она и еще раз популярно объяснила: — Это Оля, дочка Тамары Львовны!
— Что Оля — знала, что дочка — первый раз слышу…
— Ну ты даешь! Все знают…
— А мимо меня, как обычно, все пролетает… Недаром мама говорит: «Ты людьми не интересуешься»… Теперь понятно, чего ползают!
— Да ладно, это всего лишь номер! — стала сама себе противоречить Ира. — Может, ты бы придумала — и вокруг тебя бы ползали!
— Как же!
— Да и не все ползают, — оглянулась она.
— Ага, не все. Только лучшие парни класса!
— Антон вон не ползает, — перебила Ира и хитро прищурилась: — Или он, по твоей классификации, в число лучших парней класса не входит?
— Ну, Антон… — растерялась Аля. — Он странный какой-то. Я его вообще в расчет не беру.
— И напрасно. А вот некоторые очень даже берут!
— Кто? — удивилась Аля.
— Кошмар! — возмутилась подружка. — Права твоя мама: ты вообще ничем не интересуешься! В собственной команде не замечаешь, что под самым носом творится! Надя, вот кто!
— Знаешь, а мне и правда неинтересно: кто, с кем… — задумчиво протянула Аля. — А что интересно, я и так увижу.
— Ты про Ваську? — догадалась Ира.
Аля кивнула:
— Он вокруг Лили так увивается, только что ковровую дорожку ей не стелит!
— А ты? — живо поинтересовалась подружка.
— А что я… Со мной только какие-то дурацкие переглядывания и вождения за ручку!
— О-о-о! — живо заинтересовалась Ира. — С этого места поподробнее, пожалуйста!
— Да ничего особенного, — смутилась Аля. — Это он просто так, чтобы Лилю позлить, я потом поняла…
— Не скажи, — покачала головой Ира. — Просто так ничего не бывает!
— Ну опять то же самое! — сказала Ирина Юрьевна, когда «тигры» прыгнули через обруч, прошли по лежащей на сцене доске, видимо, изображавшей бревно, и смирно уселись рядком, а Оля приветственно подняла руку. — В номере должно быть событие, изюминка, а не просто тупое подражание. У нас же пародия на цирк! Это все? — без перехода спросила она. — Кто еще подготовил номера?
