аромат новой невероятно привлекательной тайны. Только хватит ли Руны Гавр на всё?
Всю дорогу до корпуса новой лаборатории мы молчали. Как такое могло быть, что госпожа Бэррис общается с Женталем? Злой и пугающий хаотик рядом с нашей безобидной птичкой Пирр! Немыслимо!
— И как наставница не боится, — Верика не выдержала и высказала наши общие мысли. — Он же не может дружить с ней!
— Рунологи хорошо принимают любую магию. Почему бы двум магистрам не общаться. Они занимаются общим делом.
Я так же захватывающе проводила время с Ди́аном, несмотря на его взрывной характер и попытки перейти к более близким отношениям. И с хаотиком Йоном, несмотря на постоянные недоразумения, мы пока ещё не слопали друг друга. Чем госпожа Бэррис и Женталь хуже? Вроде бы всё объяснялось, но никак не укладывалось в голове. Я продолжала недоумевать и чувствовала какой-то подвох.
— Где же искать Артикуса Дромера? — проворчала я себе под нос.
Миновав вход, мы некоторое время топтались в небольшом холле. Строгий серый камень и никаких излишеств. Совсем иначе, чем в учебном корпусе. Пол и стены сливались в однородную массу. Глазу не за что зацепиться.
— Заблудились, барышни?
Невысокая остроносая девица в серой мантии появилась внезапно. Напугала нас. Будто выскочила из-под плиток пола того же цвета. Она держала перед собой толстенную кипу бумаг, исписанных мелкими значками.
— Н-не совсем, — преодолев первое смущение, ответила я.
Верика скрылась за моей спиной. Она уже стала смелее, но нередко терялась перед чужаками.
— Вам ещё рано в лабораторию, девочки, — весело подмигнула магичка. — К опытам допускают на третьем курсе.
Вначале я приняла её за рунолога. Серая мантия — совсем как наша форма. Но в тёплых карих глазах девушки вспыхнул огненный дар, а аура отразила силу стихий. Это тебе не Олли, которая плохо контролировала магию. Работница лаборатории умела управлять собой.
— Давайте-давайте, — она махнула бумагами в нашу сторону, правда беззлобно и с улыбкой. — А то элементаль за пятки покусает.
Я видела, что Верика готова развернуться и уйти, но я точно не собиралась пасовать. Подумаешь, элементаль! От этих легенд, проклятий и тайн я сама скоро всех покусаю!
— Мне очень нужен магистр Артикус Дромер. Наставница госпожа Бэррис направила нас сюда, — я постаралась показать, что поручение важное. — И у моей подруги здесь работает тётя. Правда, Верика?
Вытащив покрасневшую подружку из-за спины, я выставила её точно доказательство или, скорее, щит.
— Лаборатория анимагов, — прошептала Верика. — Чибелла Табис, — тонкий голосок сорвался.
Какая же трусишка! Воспитывать её ещё и воспитывать!
— Анимаги. Чибелла Табис! — громко повторила я. — И магистр Дромер. Он был моим репетитором. Давно… До Академии.
Магичка почему-то перестала улыбаться и покрепче обхватила бумаги, прижав их к груди. Веселье растворилось и в потемневших карих глазах.
— Тётя? Хм…
Она осмотрелась, словно ища куда присесть, но в холле не обнаружилось ни одного диванчика.
— Подруга давно её не видела. Может быть, вы позовёте госпожу Табис?
Меня посетила неплохая мысль, что после встречи родственников проще будет попасть к старику Артикусу.
— Так ты ничего не знаешь? — стихийница оглянулась на дверь в другом конце залы.
Я сразу поняла, что нам нужно туда. Это был проход в недра корпуса. Магичка убедилась, что никого больше нет рядом.
— Говоришь, что племянница, а главного не знаешь.
— Тётя мало общалась с семьёй, — неожиданно Верика подняла голову. — Если вы её знаете, то должны понимать. Тётя Чибелла отличается особым нравом… У неё сложный характер. Вот!
Умница моя подружка!
Я незаметно взяла Верику за руку и сжала пальцы.
— О, не то слово! — невольно вырвалось у девушки. — Нехорошо так говорить, но мы поначалу даже радовались. Ох! Это неправильно! Госпожа Табис пропала. Никто не знает, что с ней случилось. А мы точно глупые дети отпраздновали это в «Весёлой лисице»! Стыдно!
— Пропала!? — воскликнули мы с Верикой.
Не Академия, а омут, где исчезают не только студентки, но и служащие. Как в этом разобраться?!
— Однажды утром она не пришла в лабораторию. Ректор приказал осмотреть каждый угол, каждую комнату, но госпожи Табис нигде не было. Она и домой не вернулась?
Верика неопределённо повела плечами. Откуда ей было знать, появлялась ли тётя в доме родичей. Им и дела не было до вдовы сына и внучки. Магичка с сочувствием смотрела на нас.
— Надеюсь, что Артикус Дромер никуда не пропал?
Я всё ещё рассчитывала попасть к учителю, поэтому жалобно заглянула в глаза работнице лаборатории.
— Ладно, — вздохнула она. — Проведу вас.
Она стала нашей путеводной звездой во время блужданий по пустым коридорам и глухим тупикам. В одиночку нам бы ни за что не удалось отыскать магистра. Все повороты, холлы и двери выглядели одинаково безлико. Изнутри доносились приглушённые голоса и звуки шагов. Я успевала читать надписи: «Хронометрия и трансдукция хаоса», «Артефактория и начертание», «Точные измерения элементов», «Магнетизм и слияние».
Невероятно загадочно и любопытно!
— Здесь.
Провожатая указала на дверь с табличкой «Архив рунологии» и убежала, размахивая кипой бумаг. Я не успела поблагодарить эту замечательную девушку. Предстояло собраться с духом и постучать.
— Он строгий, но знает меня. Не выгонит… Может быть…
Судя по лицу Верики после этих неуверенных слов, она сомневалась, что нам позволят задержаться в лабораторном корпусе надолго. Надеюсь, что мы не сильно нарушили правила. Неприятный и болезненный образ ректора снова замаячил передо мной. Сдаваться я не собиралась.
Я постучала в дверь. Следом донеслось сухое: «Войдите». Узнаю этот голос. Сколько раз магистр отчитывал меня за невыполненное задание или помарки при начертании.
Вперёд Руна!
Схватив подружку за руку, я переступила порог комнаты и немедленно наткнулась взглядом на мрачную физиономию Айгермара. Он поднял голову от раскрытой книги. Рядом лежал блокнот. И в молчании мага я слышала резкое: «Опять ты, дева рун?! Я же просил никуда не совать любопытный нос!».
— О, юная госпожа Гавр, — учитель Дромер отложил пухлую папку с пожелтевшими листами. — Вам удалось победить свой непоседливый нрав и поступить в Академию. Очень рад. Ваши способности весьма впечатляли. Если добавить к ним внимательности и самоконтроля Ларии Хермин, то…
— Никто не знает, где Лария! — зло слетело с моего языка. — И я — не она!
У меня вспыхнули уши. Не стоило Артикусу говорить при посторонних о недостатках той девочки, которую он учил когда-то. Не следовало восхвалять Ларию. Опять этот призрак портит мне жизнь!
Гадкий Айгермар остался внешне безразличен, но я-то видела, как приподнялись уголки губ в сдерживаемой улыбке. Почему-то горькой и с толикой сочувствия. Или он презирает меня? Я запуталась.
Он словно насмехался надо мной. Смеялся над
