Читаем без скачивания Мстительница - Борис Седов

— Влаги она не пропускает, — небрежно заметил детектив и направил видеокамеру на раскинувшийся примерно в пятистах метрах от них сиротский комплекс. — Ложись же ты, черт побери! Принимайся за дело. Изучай стан врага, в который, возможно, в ближайшее время тебе предстоит нанести визит. Вон, кстати, смотри, гуляет Евгений Сергеевич.

…За четыре часа, что они провели на своем наблюдательном пункте, оборудованном на опушке густого ельника, позаниматься любовью им так и не довелось. Ни единого человека поблизости. Никакого ощущения, что за тобой ведут скрытое наблюдение.

«Может, и жаль», — несколько раз ловила себя на мысли Тамара и, не отрываясь от окуляров бинокля, пыталась представить, как Петр прижимает ее к своей обнаженной мускулистой груди.

Как скользит вниз молния на ее коричневой курточке, послушно распускается узел на спортивных штанах, и под них (жесткая и холодная) ныряет ладонь детектива.

Как его пальцы перебирают волосы на лобке, нежно касаются клитора, а потом подцепляют за резинку трусы и стягивают их (а заодно и штаны) на колени…

Нет! Даже ниже! Стягивают совсем. Надо только, чтоб не мешали избавиться от сапог.

…Как от прилива страсти перехватывает дыхание, и в этот момент!..

— Тамара.

— …А?

— Чего ты так дышишь?

— Как?

— Так, будто пробежала три мили по песчаному пляжу. У тебя, случайно, нет астмы? Или аритмии?

— Нет. Всё нормально, не беспокойся…

«…дурачок. Неужели не понимаешь, что не только от астмы или аритмии порой спирает дыхание?»

За четыре часа на территории «Простоквашина» несколько раз ненадолго появлялись и генеральный директор, и главный врач, и Игнатовская «подстилка» Оксана. Петр показал Тамаре врача-анестезиолога, главного бухгалтера и свою знакомую Катю, работающую на пищеблоке. Чем занимается добрая половина сотрудников комплекса и как их зовут он не знал. Так же, как не знал и имен двух мордатых секьюрити, безобидно дувшихся в нарды на скамеечке возле ворот.

— Да и откуда… да и зачем нам это знать? — прошептал Петр, отведя взор от дисплея видеокамеры. — Главное, что я почти точно определил круг посвященных — тех, кто имеет прямое отношение к торговле детскими трансплантантами, а потому подлежит уничтожению. Таких всего несколько человек. Остальные сотрудники даже не представляют, к чему они причастны, считают, что «Простоквашино» — это нечто вроде перевалочной базы для ребятишек, которым подыскивают приемных родителей за рубежом.

— И из скольких же мерзавцев состоит этот круг?

— На данный момент я точно определил девятерых. Конечно, их куда больше, но остальные в Питере, в Москве, за границей. До них не достать. А из тех, кто под рукой, кто постоянно крутится в этих местах, я знаю девятерых. Думаю, что с течением времени прибавлю к ним еще двух-трех человек.

— Не человек, — поправила Тамара, — а отмороженных гадов. Кого из этих девятерых посвященных я уже видела?

— Игнат в поле зрения пока так и не появлялся, — детектив положил видеокамеру на подстилку и принялся загибать на руках пальцы. — Толстая Задница со своим телохранителем тоже. Это трое, которых ты знаешь только по фотографиям. Сегодня воочию ты наблюдала обоих врачей — анестезиолога и хирурга, — старшую — она же и операционная — медсестру, генерального директора и главбуха. Итого, уже восемь. Девятый — Магистр. За всё время, что я здесь дежурю, некто, очень похожий на него, появлялся здесь всего один раз. Притом, выскочил из машины и скрылся в здании детского дома настолько стремительно, что я его не успел не только сфотографировать, но даже как следует разглядеть. А потом стемнело. Так что как выглядит Миша Магистр, я, к сожалению, не знаю. Хотя, это не страшно. Собрать досье на этого молдаванина не проблема.

— А какая у него была тачка?

— В тот раз он приезжал на «Рэйнж Ровере». Но это не существенно. Сегодня он уже может раскатывать на «Астон Мартине» или на «Вольво». У подобных ребят никогда нет постоянной машины.

Петр попробовал было вновь взяться за видеокамеру, но Тамара его остановила:

— Погоди. У меня еще есть вопросы. Ты перечислил девятерых. И сказал, что собираешься приплюсовать к ним еще двоих-троих. Кто кандидаты?

— В первую очередь, начальник службы охраны. Его, к сожалению, я пока так и не вычислил.

— Может быть, он сейчас в отпуске?

— На таких должностях не берут отпусков.

— Может быть, на больничном?

— Не берут ни отпусков, ни больничных.

— Может быть, никакого начальника службы охраны нет вообще?

— Исключено.

— А если его обязанности исполняет Магистр?

— Тем более, исключено! — Петр повернулся к Тамаре и сокрушенно покачал головой (мол, ну что за тупые вопросы ты задаешь!). — Во-первых, на хрена такая забота Магистру? Ему вполне достает своих собственных. Во-вторых, начальником службы охраны такого рассадника зла никакой бандит никогда быть не сможет. Здесь нужен специалист, поработавший в органах, имеющий опыт и связи. Заслуживший в определенных кругах репутацию если и не кристально честного, то хотя бы не склонного преступать рамки закона человека. И, наконец, в третьих: начальник службы охраны если и не обязан неотлучно находиться здесь, на объекте, то появляться в «Простоквашино» регулярно он должен. Магистра же… И то, еще неизвестно, его ли, — поспешил оговориться Петр. — Так вот, Магистра за ту неделю, что наблюдаю за комплексом, я видел всего один раз.

— Ты готов всё это как-нибудь объяснить?

— У меня есть одна версия. Скажем, если бы ты не знала про дядю Игната и не видела бы сегодня его фотографий, то даже в течение недели, наблюдая за невзрачным и суетливым стручком в мешковатом спортивном костюме, иногда появляющимся на территории комплекса, не посмела бы даже предположить, что именно он и есть один из заправил во всей этой игре. Так же и шеф местной секъюрити может косить под какого-нибудь кочегара или разнорабочего. Ни внешним видом, ни поведением не вызывать подозрения… Гляди, вот и дядюшка, — на полуслове вдруг прервался Петр и перевел взгляд на дисплей видеокамеры. Тамара прильнула к окулярам бинокля.

Куря на ходу, от одного из коттеджей (того, что с крыльцом и балконом) стремительным шагом направлялся тот, кого она уже видела сегодня на фотографиях. Живчик с растрепанными волосами и животиком, заметно обрисовывающимся даже сквозь мешковатый спортивный костюм. Ничего нового, ничего интересного, то же самое, что и на снимках.

— У него что, нет ничего, кроме этой синей хламиды? — прошептала Тамара.

— Наверное, есть, — хмыкнул Петр. — Но бывают люди, которым не помешало бы показаться не только к стилисту, но и к психологу. Или даже к психотерапевту. Игнат — из таких… Так вот, о чем я?

— О том, что шеф местной секъюрити маскируется под разнорабочего, — хихикнула Тамара. — Кстати, ты что-то писал в отчете о некой Кате. Через нее…

Детектив не дал договорить.

— …ни хрена не узнать. Она глупа. Нам нужен «язык», как на фронте. Притом, не простой рядовой, а офицер или хотя бы фельдфебель. Кто-нибудь из охранников. Кто-нибудь из администрации…

— И этого «языка» предстоит брать мне, — продолжила за Петра Тамара. — Потому что все кандидаты на роль «языка», если, конечно, не брать в расчет недоступных для нас Светлану Петровну или главную медсестру… короче, они все мужчины. Я женщина, притом, извини за нескромность, весьма аппетитная для кобелей любого калибра и обладающая достаточным умом и воображением, чтобы запудрить мозги…

Ее прервала многозначительная ухмылка Петра.

— …Ты чего?

— Да так, аппетитная, умная. Извиняю тебя за нескромность. — Детектив отключил видеокамеру и принялся упаковывать ее в чехол. — С первым твоим заключением я согласен на все сто процентов; во втором надеюсь убедиться в ближайшее время… А пока что, Тамара, у меня создалось впечатление, что последнее время мы в большей степени занимаемся болтовней, чем тем, зачем мы здесь, собственно, находимся. — Петр присел на корточки, сунул чехол с «Сони» в рюкзак. — Пожалуй, ты уже увидела всё, что было нужно. Или не всё?

— Самое интересное, — Тамара посмотрела на часики, — что за четыре часа я не видела в этом комплексе для сироток ни одного ребятенка.

— Ничего интересного. Главное то, что раньше их видел я. Приблизительно сорок детишек от трех до шести. Смотря какая погода, первый раз их выводят гулять часов в десять утра и второй раз, наверное, после полдника — в полпятого дня. С ними две воспитательницы. Ребятишки играют на детской площадке, за ее пределы никто ни ногой. Вот, пожалуй, и всё, что бы ты увидела, если бы состоялась утренняя прогулка.

— Сегодня утром, наверное, плохая погода, — непроизвольно поежилась Тамара. — Или воспитательницам лень одевать такую ораву.