Читаем без скачивания Схватка за Европу - Йен Дуглас

— Да?

— Извините, что отрываю от работы, сэр. У меня тут для вас сообщения.

— Замечательно. Заходи, Ски. Хватай какой-нибудь стул.

— Спасибо, сэр. — Усевшись, Фрэнк поставил ПАД на стол Джеффа. — Как себя чувствуете, сэр?

— Отставить дурацкие церемонии, главный сержант! — Джефф открыл свой собственный ПАД, прикоснулся к сенсору на экране, чтобы принять данные, поступающие из компьютера Камински, и откинулся назад. — У меня отличное самочувствие. Джонсон говорит, что я просто набил пару шишек. Вот и все.

— Рад слышать это, сэр!

— Ну, как наши парни и девчонки осваиваются на новом месте?

Камински бросил взгляд на одну из переборок, где на плоском экране виднелся густой туман темного сине-зеленого цвета.

— Никаких проблем, майор. Точно такой образ жизни мы ведем на борту корабля. — Фрэнк рассмеялся. — Черт побери, это ведь и есть корабль!

Это была сущая правда. Европейская глубоководная исследовательская станция, сокращенно именовавшаяся «ЕвроГИС», была создана на околоземной орбите, а затем с помощью АМ-двигателя малой тяги совершила перелет и достигла космического пространства возле Юпитера. Европейская атмосфера важной роли не играла, а поверхностная гравитация была меньше, чем на Луне, поэтому неуклюжему летательному аппарату почти не составило труда плавно снизиться с помощью маневровых двигателей. Затем эти же двигатели растопили лед, в результате чего образовалось отверстие диаметром двести пятьдесят метров. Так был открыт доступ к океану Европы. И, наконец, исследовательская станция совершила приводнение.

С этого момента «ЕвроГИС» превратилась из космического корабля в морской. Какое-то время научно-исследовательское судно оставалось на плаву. А затем его преднамеренно утопили.

Или, точнее, утопили наполовину.

Столетием ранее институт Скриппса и военно-морской флот США использовали для океанографических научных изысканий исследовательскую баржу, названную «Акробат». Отбуксированный на место вспомогательными кораблями, «Акробат» затопил балластные цистерны, чтобы погрузить под воду носовую часть. Баржа приняла вертикальное положение, а ее оставшаяся над водой корма и поверхность океана образовали почти прямой угол.

Комплекс «ЕвроГИС» был разработан по принципу старого «Акробата». Его длина равнялась ста двадцати трем метрам, но весил он всего лишь девятьсот тонн, так как главную часть конструкции составлял длинный и узкий, словно осиная талия, тоннель цилиндрической формы, соединявший носовую и кормовую части станции. В данный момент объект «ЕвроГИС» погрузился в Европейский океан на сто с лишним метров. Надежно экранированный АМ-двигатель размещался в кормовой секции, едва возвышавшейся над поверхностью. АМ-двигатель продолжал работать на малой мощности, поставляя энергию для систем жизнеобеспечения базы и тепло для нагревания поверхностной воды, которая затем перекачивалась на глубину. Постоянная подача горячей воды предохраняла Яму от замерзания. Лишь на самой поверхности прорубь покрывалась тонкой коркой льда. Кормовая секция была плотно пришвартована к вертикальной ледяной стене, окружавшей Яму. Снабженный перилами трап, похожий на пожарную лестницу, открывал доступ с ледяной поверхности в шлюз, находящийся в боковой части кормовой секции. Лифты соединяли корму с носом, где располагались исследовательские лаборатории, жилые отсеки, кабинеты, кают-компания и зоны отдыха. Все эти помещения были надежно защищены сотней метров льда и воды от кошмарного радиационного шторма, бушующего на поверхности.

К счастью для вновь прибывших, объект «ЕвроГИС» предназначался для расширения человеческого присутствия на Европе. На борту научно-исследовательской базы ВКГ находилось всего лишь двадцать пять ученых и техников, но полузатопленный корабль имел койки и жилые отсеки в количестве, достаточном для двухсот человек. Впервые после старта с Земли морские пехотинцы оказались в действительно просторных помещениях. К тому же не было никаких проблем с перегреванием, так как средняя температура в океане достигала 1,1 градусов ниже нуля.

Джефф бегло просмотрел несколько первых страниц, загруженных в его ПАД.

— Так, расскажи мне вкратце, как обстоят дела, — сказал он Фрэнку. — С чем нам придется работать?

— Все могло быть хуже, — ответил Камински, — но ничего слишком ужасного нам все равно не грозило. Мы можем поблагодарить СПРГ за то что не остались без чего-нибудь жизненно необходимо. Например, без продовольствия.

Служба поставки и распределения грузов превращала в кошмар жизнь офицеров, отвечающих за обеспечение космических кораблей морской пехоты всеми необходимыми припасами. Однако эта служба гарантировала, что каждое судно, совершающее посадку на поверхность враждебной планеты, имело на борту небольшое количество всего необходимого для выживания.

— Два «жука» благополучно приземлились на Европу. Следовательно, у нас имеется восемьдесят один морской пехотинец, один военврач, шестеро «котиков» и два флотских пилота за штурвалами «жуков», — продолжал Камински. — Если к этой команде прибавить двадцать пять штатских, уже находящихся на базе, то нам следует прокормить сто пятнадцать ртов. Хеллерман, здешний офицер службы снабжения, дал мне список инвентаря и продовольствия базы. Если объединить съестные припасы, имеющиеся на «ЕвроГИСе», и привезенную нами еду, то продовольствия хватит на четыре или пять недель. Но для этого нам придется сразу же ввести уменьшенный рацион. В противном случае, через три недели мы останемся без продовольствия.

— Я не собираюсь вводить уменьшенный паек именно сейчас, — сказал Джефф. — Сначала нужно поговорить с Землей и узнать, когда мы можем ожидать подкрепление. Кроме того, в последующие несколько дней людям придется чертовски напряженно работать. Без кормежки они быстро выбьются из сил. Потом будем действовать по обстановке.

— Так точно, сэр! — отчеканил Камински. И продолжал: — Конечно, у каждого морского пехотинца есть собственное оружие и персональное имущество. Мы имеем шесть портативных источников питания для лазерных М-580. Перезарядку сможем производить без проблем. Для нее подойдет система питания «ЕвроГИС». Все это относится и к четырем лазерным установкам, находящимся у нас на вооружении. Кроме того, у нас есть десять переносных ракетных установок «Крылатый дракон» и двенадцать зарядов на каждое огневое средство. Я рекомендую выбрать из роты трех или четырех лучших стрелков и снабдить их «Крылатыми драконами». Это будет наша мобильная артиллерия. Таким образом, ни один выстрел не пропадет зря.

— Безусловно. Именно так и поступайте.

— Есть, сэр! — Камински посмотрел на ПАД. — Еще у нас есть двенадцать установок ХМ-86, «Часовой». Но на каждый приходится лишь сорок тысяч выстрелов. С ними придется обращаться поэкономнее, а то все привыкли щелкать их, словно арахис. Средства связи… Запасные ПАДы… Всего два дополнительных скафандра, но множество заплат и запасных частей. Пятнадцать переносных радарно-лидарных установок, помимо тех, что вмонтированы в наши скафандры. Два «жука» плюс шесть хопперов для транспортировки грузов, которыми пользуются здесь, на базе. Возможно, удастся использовать хопперы для наших собственных целей. Мои люди занимаются этим вопросом.

— Хорошо. Что с медикаментами?

— Каждый морской пехотинец, как положено, имеет собственную походную аптечку. На базе есть хорошо оснащенный пункт первой медицинской помощи плюс гражданский доктор. Всего лишь две больничные койки, но нам вполне достаточно. Местные говорят, что у них в наличии только три литра искусственной крови. Мы привезли десять, но доктор Макколл готовится делать запасы донорской крови. На всякий случай. Потом он определит группы крови и иммунную совместимость.

Джефф поморщился:

— Это то, о чем я думаю?

— Да, сэр. Имеется возможность полного переливания крови и плазмы. Ведь мы по-прежнему можем производить кровь старомодным способом, в наших телах. А доктор может хранить ее в холодильниках медицинской лаборатории.

Джефф не слишком доверял идее о переливании крови одного человека другому… Но они находились дьявольски далеко от средств, производящих искусственный заменитель крови из фтора. В любом случае, с этим, вероятно, проблем не будет. Сраженье в космосе — или в вакуумной среде типа поверхности Европы — обычно представляло собой смертельную опасность. После такой битвы обычно вопрос о том, как найти останки погибших, даже не возникал.

— С водой проблем нет, — продолжал Камински. — База сама производит ее. То же касается воздуха. Кислород получают из воды, а азот при переработке отходов. Кроме того, на поверхности хранятся три килограмма сто граммов антивещества. Этого достаточно, чтобы, по крайней мере, на ближайшую пару лет полностью обеспечить объект энергией. Различные инструменты, всевозможное оборудование, запасные части для электрических и компьютерных систем. Полный список указан в моей информации. Еще на базе есть около ста девяноста метров двухсантиметрового сверхпроводящего кабеля. Он хранится в одном из ангаров на поверхности. Этот кабель ученые используют для телеуправляемых аппаратов, проводящих подледные исследования.