баб Мани, что мама передала, и что так некстати заканчивалось. Вдохновение захватило меня волной, и я сама не заметила, как блинчики уже стояли готовые на столе, а ароматный кофе варился на плите.
— Зачем вы девочки красивых любите, непостоянная у них любовь, — припевала, затем кофе в чашку налила, волосы поправила и счастливо выдохнула, любуясь проделанной работой.
Задумалась… Кофе для Морозова, а для себя любимой пожалуй поставлю чайник! Что незамедлительно и исполнила.
Однако, картина не укладывалась. Чего-то определенно не хватало…
Пойду-ка вереньице достану, решила я, и поплелась в коридор, где у меня в кладовке стояли закупорки.
Что ж, мы зря с мамкой эту вишню проклятую рвали, варили, закрывали… Думала концы отдам, покуда варенье-то закроем!
Однако, нынче мне хотелось накормить Морозова домашней вишенкой, не чета этой магазинной! Папка покуда дом нашел с вишневым садом, всю душу из нас и риэлтора вытряс! Я бороздила просторы интернета, мама спрашивала у всех знакомых, а риелтор объездила все ближайшие поселки! То вишня не та, то деревьев мало, то еще что-нибудь! Тьфу ты!
Поставив стул, принялась рыскать в поисках банки.
— Не то…это абрикос, это смородина, это красная смородина, — бурчала, отодвигая ненужные банки, — где ж ты проклятая? О, есть!
— Малая, ты что делаешь?
Подпрыгнула от неожиданности, баночку заветную к груди прижала и, настороженно улыбаясь, повернулась.
Морозов стоял без футболки в джинсах. С влажных темных волос стекали капли воды по шее… груди… прессу.
Зарделась, глаза отвела и, прикусив губу, шагнула вниз и… Полетела!
— А-а-а! — взвизгнула, от страха зажмурилась и прилетела на уже знакомые руки, которые едва ли поспели за моей тушей.
— На руки ко мне еще никто не падал, — усмехнулся Илья, держа меня за талию.
Как мои ноги оказались обернуты вокруг его торса, ума не приложу. Его тело было горячим, даже раскаленным или это мне стало так невыносимо жарко?!
Банку по-прежнему прижимала к груди, словно это последнее что у меня было.
— А я тут за вареньицем лазила, — пропищала, поднимая банку.
Глаза парня вспыхнули, отчего-то он сглотнул, украдкой бросил взгляд на мою грудь и, вздохнув, закрыл глаза, а после из себя выжал:
— Зачем?
Голос звучал приглушенно и хрипло. Он обволакивал. Казалось, что комната сузилась, а сама я видела лишь его глаза и губы. Обстановка вдруг стала совершенно другой. Я определенно точно понимала и ощущала, что Морозов мужчина.
— Там, — прошептала, и, прикусив губу, покачала головой, приказывая в уме взять себя в руки. В самом деле, сколько можно размазня?! Растеклась она тут лужицей, понимаешь-ли! — Там, — откашлялась, — завтрак стынет.
— Завтрак? — переспросил моргая, будто не понимая, о чем речь.
— Угу, — пропищала, между тем ставя одну, а после и вторую ногу на пол, практически сползая по парню, неприлично по нему елозя.
— Блинчики, кофе, варенье вишневое, — запнулась, когда Илья так и не сдвинулся с места. Спереди он, позади кладовка. — К-кофе будешь?
Ох, и не понравился мне его взгляд, которым он меня одарил. Голодный, но отнюдь не пищей, там было нечто иное.
— Кофе? — вновь переспросил, на что я несколько заторможено кивнула. — Буду, — но шаг в сторону не сделал, а вот на меня, как танк попер.
Отскочила, банку к себе поплотнее прижала, а он меня к стене наглец припер и жадно уставился. Руки по бокам от головы поставил, чем вызвал мой судорожный выдох.
И вот его омуты захватили меня в плен, и я покорная ему готова сдаться. Без боя, без лишних слов. Он будто ожившая фантазия. Словно из сна.
Уже знакомые на вкус губы, что такие сладкие и манящие, склонялись ко мне. Закрыла в предвкушении глаза и остался всего миг…
Как что-то оглушительно засвистело, прям будто в уши.
Тотчас же подскочила, глаза испуганно разлепила, будто попалась на горячем, а на меня Морозов такими же всполошенными глазищами хлопает, и взять в толк не может, что же это за звук такой противнючий.
— Чайник! — спохватилась, оттолкнула в сторону Илью и помчалась на кухню.
Выключив конфорку, облокотилась на столешницу, приводя дыхание в порядок. Оно было сбивчивое не то ли от заветного и неудавшегося поцелуя, не то ли бега. Впрочем, кого я обманывала?! Морозов запудрил мне мозги, вот она причина!
Трясущимися руками достала чашку, насыпала сахар, налила заварки. Все это делала чисто механически. Уши мои были востры, прислушиваясь к медленным шагам Илья.
Когда моя рука коснулась ручки чайника, он зашел на кухню. Не обернулась, вместо этого медленно стала наливать кипяток, чувствуя буравящий взгляд в спину, что пронзал до самых костей.
В самом деле, что за дуристика?! Взрослая девка, а вела себя как малолетка! От злости на саму себя со стуком опустила чайник, и тут-то моя решимость помахала мне ручкой. Однако не могла же я так стоять до скончания веков, верно?! Вот и пришлось повернуться.
Чай медленно помешивала, голову опустила и присела на стульчик. Илья стоял облокотившись на дверь и сложив руки на своей, не в меру красивой и мужественной, груди. Широкой, накаченной, что аж слюнки потекли.
— И что «доброе утро» не скажешь? — усмехнулся сверху на меня глядя.
— С добрым утром, — едва ли слышно пробормотала.
И с чего внезапно стало так неловко?! В прошлый раз стыдом и не пахло! А тут вдруг вспомнила про стеснительность!
— Не-а, — протянул, прошел дальше и плюхнулся на диванчик, — ты мне обычно не так желаешь.
Нахмурилась, застыв истуканом. О чем это он? Гадать на звездах и картах не пришлось, его ответ прозвучал тут же.
— Доброе утро, Илюша! Сегодня отличная погода, у меня все хорошо! Надеюсь у тебя тоже, хорошего дня! — писклявым голосом протараторил, вероятно пытаясь скопировать женский.
Однако, не это заставило в груди что-то екнуть, а то что это был текст моего последнего смс.
Подняв голову, встретила теплую улыбку. Внезапно все встало на свои места. Создалось ощущения, будто мы сидели и ворковали так каждое утро.
— Прости, но глупо слать смс, если ты тут, — рассмеялась и пожала плечами. — Вообще-то, у меня есть кое-что получше, — и встав, поставила перед ним кофе, — приятного аппетита!
Морозов нахмурил брови, и сморщил носик, как ребенок, а затем произнес:
— А варенье?
И глазки эти, как у кота состроил, головку набок склонил, а сам прятал лыбу хитрую. Но Варьку Цветкову не так-то просто обвести вокруг пальца! Ямочки его так и подрагивали, грозясь выдать хитрого котяру.
Со смешком взяла банку со столешницы и покрутила
