"Известия Временного революционного комитета…", 16 марта 1921 г.
№ 30
СООБЩЕНИЕ О ПОХОРОНАХ ПОГИБШИХ КРОНШТАДТЦЕВ
Сегодня в 4 часа дня состоялось торжественное погребение первых жертв великой борьбы за освобождение трудящихся от гнета коммунистов.
Обитые красной материей гробы двадцати погибших товарищей, после отпевания, под звуки похоронного марша, были вынесены у морского собора на площади Свободы, где к тому времени уже были выстроены шпалерами прибывшие с красными знаменами войска и куда собрались члены революционного Комитета.
В соборе и затем на площади была масса народа, который, несмотря на усиленную стрельбу, сохранял полное спокойствие, окружая вниманием и любовью дорогие останки. Над толпою виднелся черный плакат с надписью: "Вечная память погибшим в борьбе за свободно избранные Советы".
Гробы были опущены в торжественной тишине в братскую могилу; войсками были даны три прощальных залпа.
На трибуну поднялись члены ревкома, и товарищем Кильгастом сказана была речь, в которой он охарактеризовал положение, призвал твердо держаться взятого курса: власть Советам, а не партиям, не поддаваясь ни вправо, ни влево, быть готовым, по примеру погибших товарищей, радостно отдать жизнь за свободу трудящихся.
Следующие ораторы, обвиняя большевиков в том, что они обманули народ, довели его до последней крайности и теперь расстреливают его только за то, что он потребовал свободного переизбрания Советов, посылали проклятия насильникам и призывали дать клятву у свежей могилы довести начатое дело до конца.
Речи были выслушаны с большим вниманием и сочувствием.
Отдав последний долг, войска и граждане спокойно разошлись по домам с твердым решением победить или умереть.
Так торжественно и тепло проводили кронштадтцы своих товарищей к месту вечного упокоения.
"Известия Временного революционного комитета…", 17 марта 1921 г.
№ 31
РАДИОГРАММА ВРЕМЕННОГО РЕВОЛЮЦИОННОГО КОМИТЕТА КРОНШТАДТА ПЕТРОГРАДСКОМУ СОВЕТУ
16 марта 1921 г.
16 марта Ораниенбаум начал обстреливать мирное население Кронштадта.
Несколько снарядов упало в районе госпиталя и контузило служащую в нем Елизавету Михайлову, убит гражданин Иван Ошанин и ранен рабочий Петр Теренков.
В ответ на это наше командование отдало приказ открыть огонь из тяжелых орудий по Ораниенбаумскому берегу.
Результаты нашего обстрела хорошо известны Петросовету: сожжен Ольгинский лесопильный завод, возникли большие пожары в Ижоре и Ораниенбауме, взорвана спасательная станция, подбит бронепоезд и пр.
Временный Революционный Комитет Кронштадта предупреждает Петросовет, что варварским расстрелом мирного населения — детей, женщин и рабочих — он не добьется никаких уступок, и если еще один только снаряд разорвется в городе, — Кронштадт снимает с себя ответственность за последствия, сумеет показать свою мощь в полной мере.
Настоящее радио просим огласить на общем собрании Петросовета.
Временный революционный комитет Кронштадта.
"Известия Временного революционного комитета…", 17марта 1921 г.
№ 32
ОБРАЩЕНИЕ КРОНШТАДТЦЕВ К КОМЕНДАНТУ КАРЕЛЬСКОГО ВОЕННОГО СЕКТОРА С ПРОСЬБОЙ ХОДАТАЙСТВОВАТЬ ПЕРЕД ПРАВИТЕЛЬСТВОМ ФИНЛЯНДИИ О ПРЕДОСТАВЛЕНИИ ИМ СТАТУСА ИНТЕРНИРОВАННЫХ ЛИЦ
Заявление начальника артиллерии Кронштадта А. Н. КОЗЛОВСКОГО Господину Коменданту Карельского Военного сектора
С самого начала захвата власти в России большевиками большинство населения России относилось [к большевикам] — частью не сочувственно, а [в] большей массе пассивно, веря большевикам в их обещаниях улучшить жизнь. Но так как такого улучшения не последовало, а наоборот, вся Россия обратилась в тюрьму с принудительными работами, отсутствием права на собственность, даже в самом минимальном размере, разного рода репрессиями до расстрела включительно, без правового суда, то пассивно относящиеся к большевистской власти постепенно переходили на сторону противников этой власти, но, боясь репрессий, редко выступали открыто. Свободное слово, свободная печать, свобода передвижения, свобода труда и другие свободы были заменены действиями Чрезвычайных комиссий и карательных отрядов. Одним словом, большевики всю Россию желали сделать насильственно коммунистами, а 180 миллионов — этого не желали.
Обрисовав общую картину настроения всей России, перехожу к описанию Кронштадтских событий предшествующего периода, так как историю таковой не знаю и предоставляю этот вопрос осветить Временному Революционному Комитету, который почти в целом составе перешел на территорию Финляндии.
1-го марта в Кронштадт прибыл Председатель [Всероссийского] Центрального Исполнительного Комитета Калинин и комиссар Балтфлота Кузьмин для присутствования на митинге моряков и красноармейцев в морском манеже. На этот митинг собралось также огромное количество рабочих и жителей Кронштадта, манеж оказался тесен, и вопреки желанию Калинина устроить митинг в манеже только для моряков и красноармейцев, по единодушному требованию толпы, митинг состоялся на Якорной площади в присутствии около 16-ти тысяч населения Кронштадта.
Все ораторы (Кузьмин, Калинин и др.), которые восхваляли прелести существующего режима и надежды светлого коммунистического рая, были прерываемы единодушными возгласами: "довольно, надоела эта канитель, мы уже ее 3 года слышали и больше слушать не желаем". Речь Кузьмина была бесцветна, наполнена не имеющими значения подробностями, говорилась весьма растянуто и была рассчитана, по-видимому, на то, чтобы не дать говорить прочим записавшимся нежелательным ораторам, а также истощить терпение слушателей, заставить их разойтись до окончания митинга, а резолюцию митинга вынести при составе, более благоприятном для коммунистов.
Военный моряк Перепелкин геройски выступил против существующего режима, огласил резолюцию общего собрания моряков 1-й и 2-й бригад линейных кораблей и предложил участникам митинга присоединиться к этой резолюции. Поднятием рук присутствующие на митинге присоединились к этой резолюции. Не подняли руки только коммунисты, которых оказалось очень незначительное количество.
В указанной резолюции главными пунктами, предъявленными правительству, были:
1) Управление государством не должно находиться в руках одной партии, а в руках всего народа, почему выборы в Советы должны производиться тайно.
2) Свобода труда, слова, печати и передвижений.
3) Уничтожение коммунистических боевых отрядов и заградительных отрядов.
4) Расформирование политических отделов и чрезвычайных комиссий.
5) Уничтожение правительственной поддержки пропаганде какой-либо партии и свобода пропаганды для всех социалистических партий за свой счет.
Перепелкин, заканчивая свою речь, предложил всем войсковым частям и организациям выбрать по 2 делегата для обсуждения вопроса по организации перевыборов в Кронштадтский Совет на новых указанных в резолюции основаниях.
2 марта, несмотря на противодействие комиссаров, вооружение всей коммунистической партии пулеметами, винтовками и огромным количеством патронов, во всех частях и организациях Кронштадта состоялись многолюдные собрания, которые почти единогласно (кроме коммунистов) присоединились к резолюции моряков и выбрали делегатов. Делегатское собрание состоялось в здании Инженерного училища, где и было решено вследствие оказываемого противодействия со стороны существующих властей провести повестку дня, образовать Временный Революционный Комитет, а существующую власть признать неправомочной.
Первые действия Временного Революционного Комитета были направлены на обезврежение существующей власти, что было достигнуто арестованием Комиссара Балтфлота Кузьмина, председателя Кронштадтского Совета Васильева, комиссаров кораблей и других видных деятелей коммунистической партии. Эти действия Врем[енного] Революционного] Комитета послужили сигналом для бегства в ночь со 2-го на 3-е марта из Кронштадта многих коммунистов, хотя к тому не было никаких оснований, так как Врем[енный] Революционный] Ком[итет] решил только арестовать некоторых коммунистов, но жизни их не угрожало никакой опасности. Эти-то бежавшие коммунисты и распространили нелепый слух, что в Кронштадте происходит восстание под влиянием белогвардейских офицеров и во главе всего движения стою я.
Действительно, после побега комиссаров и получения 3-го марта ультиматума от Правительства прекратить мятеж, освободить арестованных коммунистов, а также выдать главных зачинщиков Правительству, я и прочие офицеры гарнизона, не сговариваясь, решили принять участие в общем движении населения Кронштадта и помочь Врем[енному] Революционному] Ком[ите]ту в деле отстаивания прав народа своими знаниями и опытом.
