Читаем без скачивания Акция "Ближний Восток" - Олег Шелонин

Гули помчались в сторону пальм чистить перышки.

— Так, — развернул ватман Махмуд, — здесь все на мази. Следующую ловушку будем ставить…

— Тсс… — прошептал Ахмед, зажимая рот шефу, — уши кругом! Болтун — находка для шпиона!

— Гмм… верно.

Не успели голубые личности с легким хлопком исчезнуть, как тут же раздался еще один хлопок, и на траву рухнули две не менее странные заиндевевшие личности в унтах и меховых парках, сквозь которые у одной из личностей торчали рога. Личность с рогами была с грузом. Она волокла за собой огромную белую шкуру.

— Я говорил тебе — пальчиками щелкнуть надо было, морда твоя бессмертная, му… пи-и-и[4]…

— Так какого ж… пи-и… ты не щелкал?

— Да у меня не то что пальцы, рога к заднице примерзли. Это тебе, боров жирный, минус пятьдесят по барабану…

— Я не жирный, я мускулистый!

— Да ты… пи-и-и… изобретатель хре… пи-и-и… если б не Петрович…

— А кто тебя до его станции за рога волок, а потом «Нескафе» отпаивал, рогатая ты… пи-и-и…?

— Да… пи-и-и… его «Нескафе»!!! Муть! Суррогат в кипяточке! Если б не спирт…

— Да… пи-и-и… этот спирт по сравнению с нашим экстра-эликсиром!!!

— До экстра-эликсира ему далеко, — вынужден был согласиться дьявол, и Кощей сразу расплылся.

— А не пора ли нам по маленькой? Чистый медицинский, конечно… пи-и-и…, однако за неимением лучшего…

— Гениально! Садитесь, Ваше Бессмертие.

Его Бессмертие плюхнулось на белую шкуру. Нечистый пристроился рядом и извлек из-под начавшей оттаивать парки литровую бутыль, которой их снабдили в дорожку гостеприимные полярники. Кощей не остался в долгу и выудил из воздуха граненые стаканы. Люцифер шустро разбулькал.

— Ну ты, скотина! — возмутился дьявол. — Два стакана в одну харю?

Кощей освидетельствовал свои пухленькие ручки. Стаканов действительно было два. По штуке на каждую. Перевел мутный взгляд на собутыльника и освидетельствовал его мохнатые лапы. У него было не меньше. Один стакан на целых 250 граммов в одной конечности и литровая бутылка, на дне которой плескалось не меньше, в другой.

— Ты кого напарить хочешь? — возмутилось Его Бессмертие. Уж в чем-чем, а тут он был специалист экстра-класса. Все было по-честному. Пришла очередь сравнивать Люциферу.

— Странно. Стакана три, а все поровну. Уникальный случай. Ну тогда за российскую науку, которую не берет никакая… пи-и-и… инфляция и… пи-и-и… стужа!

Только они приладились махнуть за это дело, раскрыв пошире рты (в одну глотку сразу две струи — это достаточно круто), как шкура, на которой они сидели, внезапно обиделась.

— Вот для кого третий-то! — обрадовался Люцифер, кувыркаясь по песку.

— Для кого? — потребовал объяснений Кощей, кувыркаясь с другой стороны шкуры.

— Для нее, — пояснил дьявол, поднимаясь на ноги.

Его Бессмертие поднялось с другой стороны. Они посмотрели друг на друга. Все три стакана, налитые до краев, не потеряли ни капли. Из бутылки тоже не пролилось.

— По справедливости?

— По справедливости.

Они подошли к шкуре и честно вылили каждый из своего стакана в ее раскрытую пасть. Медведь шмыгнул носом, тихо икнул и опять превратился в мягкую белую шкуру, рухнув под ноги отпускникам.

— Вот… пи-и-и…

— Он же нас… пи-и-и…

— В одну харю два стакана!

— А нам по одному оставил!

— А мне еще и из горла!!! Извольте жрать! — окончательно расстроился дьявол, потрясая бутылкой. — Какое бескультурье!!!

Нечистый сердито пнул копытом коварного собутыльника по белой шкуре и одним махом опорожнил свою емкость, со злости ею же и закусив. Кощей попытался было тоже закусить стеклом, но тут вновь заиграла музыка, и между пальмами замелькали фигурки гули. Строго следуя совету Махмуда, прелестницы еще больше обнажили свои плечики, оголили пупки и закатали повыше шаровары.

— Бабы… — ахнул Кощей, роняя опустевший стакан на песок.

— Бабы… — Глаза Люцифера заблестели.

— Бабы!!! Пи-и-и-и-и-и-и-и-и… — завопили они дружно и ринулись в атаку, на бегу срывая с себя парки, унты и все, что под ними было…

31

Солнце поднималось все выше. Караван медленно, но верно двигался по раскаленной пустыне в сторону Багдада-101. Шухерман качался меж верблюжьих горбов в самом хвосте каравана, с любопытством изучая только что украденную у Папы карту. Маршрут, начертанный зелеными чернилами Веселого Али, вел к цели не по кратчайшей прямой, а замысловатыми зигзагами, в узловых точках которых находились колодцы и оазисы. Были на карте еще и другие отметки, но толку от них…

Вот, например, чуть правее по курсу — пещера. Судя по надписи, принадлежит сорока разбойникам, но на Сим-Сим уже не открывается.

— Если б ты еще показала пароли, коды доступа, — сердито попенял карте воришка. — Сколько золотишка душегубчики запасли…

Изображение пещеры на карте начало расти. Шухерман радостно подпрыгнул. Карта была не простая. На ней уже появлялась надпись.

«Балансовый отчет пещеры Сим-Сим.

За последние три года дебет разбойничьего общака составил три акра золота, не считая оружия, вина, тряпья и благовоний».

Багдадский вор зажал себе рот, чтобы не завопить от восторга, и силой воли заставил успокоиться бешено забившееся сердце. Как только это ему удалось, он принялся читать дальше.

«Кредит за тот же период составил два акра золота, не считая оружия, вина, тряпья и благовоний, которые сперли подчистую… почти. Сальдо. Ятаган — 1 шт. Хорошо намыленная веревка (10 м) — 1 шт. Метла — 1 шт. Золото — 1 акр и 3 монетки».

— Тьфу! — сразу расстроился Шухерман. — Кто-то уже поработал до меня. Ладно, давай пароли выкладывай. Как туда прорваться?

«Дополнительная информация за отдельную плату. Внесите 10 золотых…»

— Что? — возмутился Шухерман. — Чтоб я чего-нибудь куда-нибудь вносил?

Шумел он на карту больше для порядку. Вносить ему все равно было нечего. Воришка собрался было припугнуть чересчур меркантильную карту, но не успел.

— До ближайшего колодца еще далеко? — донесся до него голос Молоткова. Лейтенант ехал следом за Ильей, с тревогой поглядывая на Жасмин.

Причина тревоги была очевидна. Девушка в принципе чувствовала себя прекрасно в этом знойном аду, вот только подозрительно сильно раскачивалась меж горбов своего верблюда и неприлично громко хихикала. А все потому, что Шухерман по-своему понял распоряжение Папы облегчить караван и оставить только пищу и питье, в результате чего из питья у них остались одни бурдюки с вином из запасов Веселого Али, а из еды — сушеная рыба крутого посола.

— Сейчас посмотрю, — буркнул Илья, хлопая себя по карманам. Брови его удивленно поползли вверх. Он похлопал еще раз. Не помогло. Карты не было.

— Эй, дефективный! — сердито рявкнул подполковник на Багдадского вора, в рукаве которого за мгновение до этого исчезла пропажа. — Тпр-ру-у-у!!! — заорал он, тормозя своего верблюда. Караван встал.

— Это вы мне? — невинно спросил Шухерман.

— Тебе, тебе, — подтвердил Молотков.

Лапти Шухермана прошуршали по песку.

— Я весь к вашим услугам. Готов выполнить любое задание…

— Партии и правительства, — хмыкнул Олежка.

— Отдай карту, лишенец, — потребовал подполковник.

— Какую карту? — всплеснул руками воришка. — Аллахом клянусь, не брал! Вот те крест, не брал! — истово перекрестился он.

— Надо бы его ошмонать, — внес предложение Мурзик.

— Раздевайся, — коротко скомандовал Илья.

— Как можно! Тут дамы… — засмущался Багдадский вор.

— Они отвернутся, — успокоил его Олежка, снимая с верблюда пьяно хихикающую Жасмин и разворачивая ее тылом к воришке.

— Какой позор! — расстроился Шухерман, срывая с себя халат. — Меня, честного…

— Вора, — подсказал Илья, спрыгивая на песок.

— Нате! Возьмите! — со слезами на глазах воскликнул Шухерман. На песок полетела чалма, следом последовала вынырнувшая из-под нее ушанка. — Все возьмите! И порты возьмите и…

Поверх халата плюхнулись залатанные портки вора и не первой свежести лапти. Илья тщательно исследовал лежащую перед ним амуницию, но карты не обнаружил.

— Я бы и исподнее снял! — все больше распалялся Шухерман. — Да только срамиться перед вами не хочу!

— А придется, — сердито буркнул Илья. Ему было очень неудобно, но и миндальничать было некогда. — Мы тут не в бирюльки играем. Если прикажу — нагишом до Багдада бежать будешь!

Это подействовало. Однако карты не оказалось и в исподнем.

— В тюки запрятал, — сообразил Мурзик, развязывая свою безразмерную котомку. — Сейчас найдем.