чьи-то сообщения. Коллизии же приводят к разным последствиям, и далеко не все из них реально устранить. Каналы достаточно широки, чтобы сообщения просто разминались там. Но если на пути информационного потока внезапно окажется человек… Его может захлестнуть с головой.
Я задумчиво кивнула. Все то, что рассказывал Себастьян, было невероятно интересным и открывало их мир с новой стороны.
А мужчина продолжал. Он рассказывал о заводах, о местной системе обучения, об университетах — в том числе о том, в который мечтал поступить сам, но не пошел, так как был избран божеством. Отыскал выключатель на стене комнаты, где мы находились, и я с удивлением обнаружила, что свет тут исходил от потолка.
— В старых домах богов работает та же система, что и в Канцелярии, только немного усовершенствованная, — пояснил Себастьян. — Чтобы можно было нормально жить. Обычное электричество выглядит иначе. Когда-нибудь увидишь, когда будем в современных зданиях. Но здесь постарались все обустроить так, чтобы оно казалось сравнительно современным. Но все равно боги выбирают новые квартиры.
— Разве тут плохо жить?
— Не знаю. Древние дома всем богам достаются, но никто не хочет в них жить. Понятия не имею, почему Эдита захотела. Может быть…
Закончить свое предположение Себастьян не успел — раздался странный звук, напоминающий звонок в дверь.
Судя по тому, как спокойно отреагировал Себастьян, в этом мире определенно считалось нормальным, когда кто-то царапает ножом по стеклу. По крайней мере, звук стал примерно таким же, а мужчина просто спокойно поднялся со своего места и направился к двери.
— Это еду привезли, я открою, — пояснил он.
— О, — только и успела отозваться я, прежде чем Себастьян выскользнул в коридор.
Я же осмотрелась, пытаясь придумать, где в этой комнате вообще можно поужинать. Столик казался подходящим местом, но на нем валялась такая куча всевозможных бесполезных мелочей… Моя предшественница умудрялась захламлять все места, где только пребывала. Я никогда не сталкивалась с тем, чтобы человек так уверенно и целенаправленно засорял жилое помещение, но она справилась с поставленной задачей просто на «ура».
Убрать на пол какие-то книжки, пузырьки и крохотные статуэтки, которые покрылись уже толстым слоем пыли, не составило труда. Пыль, правда, пришлось стирать потасканным, но в далеком прошлом кружевным пеньюаром. Теперь от кружев осталось то, что можно было назвать от силы паутинкой, а их некогда белый цвет после контакта с пылью окончательно утвердился в желании превратиться в серый.
Зато теперь стол приобрел божеский вид, и на него без зазрения совести можно было поставить еду. В захламленной комнате я даже отыскала два целых на вид стула и, надеясь, что все не зря, протестировала их, осторожно присев на краешек.
Не развалились, не подломились — уже отлично.
— А вот и наш ужин! — Себастьян осторожно приоткрыл дверь в комнату, стараясь не уронить коробки, из которых доносились просто потрясающие ароматы.
— Я не знаю, что там внутри, но запах просто божественный, — протянула я, с удовольствием втягивая носом воздух.
— Надеюсь, у нас с тобой совпадают вкусы, — улыбнулся бог смерти.
Он расставил коробки по столу, поставил несколько тарелок, привезенных вместе с доставкой, и довольно сообщил:
— Это чистые, у меня там есть знакомые, за дополнительную плату предоставили нам немного посуды.
— Ты заставляешь меня чувствовать себя просто отвратительной хозяйкой, — покраснела я. — Я видела в этой комнате по меньшей мере два сервиза…
— А в коридоре я встретил как минимум одну мышь, — пожал плечами Себастьян, но тут же опасливо уточнил: — Ты же не боишься мышей?
— Не боюсь, — успокоила я его, подтверждая, что никакие панические атаки в качестве реакции на сию замечательную новость не предвидятся. — Так что можешь не беспокоиться, ты не поверг меня в шок этой новостью, и я теперь не буду ночевать на террасе, устроившись где-то на поручнях… Благодаря тебе мне даже перелезать через них не придется, могу теперь использовать дверь. Только её надо будет как-то закрыть, конечно.
— Вообще, стоило бы сменить замки, — кивнул Себастьян. — Но тут обычно никто не ходит, так что если дом несколько дней просто оставлять открытым, ничего не произойдет. Ну, или запирать дверь на засов, там он есть.
— Это на ночь, а на день? — усмехнулась я. — Впрочем… Если даже отсюда что-то вынесут, я скажу этому человеку большое спасибо. Потому что самой мне точно не справиться за несколько вечеров. Такое впечатление, что Эдита собиралась создать здесь склад всяких ненужностей.
— Я помогу. А про нее просто забудь, — мягко промолвил Себастьян. — Приятного аппетита.
— Приятного аппетита.
На несколько минут мы умолкли, увлеченные пищей. Заказанная из ресторана еда и вправду оказалась очень вкусной, и я не могла не отметить отличный вкус бога смерти. Ну, или мы действительно настолько совпадали друг с другом в этом плане, или он выбрал самую лучшую пищу в мире…
В комнате было довольно светло — мы не гасили зажженный ранее свет, — но, посмотрев в окно, я внезапно обнаружила, что на улице совсем уж темнело. Недовольно топтались скелетоподобные кони, и я, взволновавшись, промолвила:
— Я не слишком тебя задержала?
— О, — Себастьян тоже посмотрел в окно. — Да нет, ничего страшного, меня-то дома никто не ждет, но… — он покосился на меня. — Наверное, мне действительно пора. В конце концов, я уж и надоел тебе за целый вечер…
— Не надоел! — излишне пылко воскликнула я, а потом, смутившись, добавила: — Может быть, задержишься? В этом доме точно есть где переночевать двоим. Если ты никуда не спешишь, конечно.
Себастьян опасливо покосился на меня, и я, перехватив его внимательный взгляд, мысленно назвала себя самой последней идиоткой на свете. Чем я только думала, когда предлагала постороннему мужчине переночевать со мной в одном доме? Может, в этом мире такое считается сверхнеприличным? И неудивительно, впрочем…
Я ещё раз взглянула на него и задержала дыхание, готовясь услышать какой-то невероятно грубый ответ. Но Себастьян, вместо того, чтобы смотреть на меня, как на сумасшедшую, казалось, проникся этим не в меру щедрым предложением и улыбался.
— Ты мне доверяешь, — уверенно промолвил он.
— Доверяю, — не стала спорить я. Это было бы глупо отрицать, учитывая то, что Себастьян оказался единственным на всем свете человеком, готовым мне помочь. — Ты меня не выдал. Ты говоришь о чувствах… И доказываешь свои намерения поступками. Почему я не должна тебе доверять?
Себастьян осторожно взял меня за руки. На его губах играла легкая, непринужденная улыбка, казалось бы, совершенно неподходящая для бога смерти.
— Я постараюсь сделать все, чтобы твое доверие не оказалось напрасным, — прошептал мужчина. — Я вижу человека чуть лучше,
