так пахнет? – проревело чудище. И бросилось на нас.
Плетение очистительного огня словно само легло в ладонь, и я ударил молотом. Но мощное заклинание под Усилением даже не остановило тварь. Оно взмахнуло лапой, и мне показалось, что ребра хрустнули. Я едва успел кинуть на себя Щит, в ушах засвистел воздух, и через секунду в спину что-то больно ударило, выбивая дух. Щит слетел, будто и не было его. Сознание помутилось. И я затряс головой, пытаясь прийти в себя.
Волков тем временем ловко отпрыгнул от атаки чудища, увернулся от лапы, поднырнул под нее и полоснул по открывшемуся боку когтями. Тварь взревела. И мне показалось, что затряслись толстые стволы деревьев. Брызнула зеленая кровь. А парень уже стоял за спиной болотного существа и вонзил когти в сутулую спину, вспарывая противника сверху вниз. Чудище взвыло, закрутилось на месте, пытаясь сбросить бойца. Взмахнуло рукой, сбивая его на мох. И припадая на правую ногу, быстро заковыляло к болоту.
– Эй, ты куда? – весело крикнул ей в спину встающий на ноги Волков. – Мы еще не закончили.
Но ответом ему были лишь пузыри, поднимающиеся над темной водой.
– Вот и поговорили, – просипел Волков. Развернулся и, пошатываясь, направился ко мне.
– Ты чем слушал? – спросил он, протягивая мне руку и помогая встать. – Плетения на них почти не действуют. Вернее, не на всех. И только ослабляют, но не убивают.
Я ухватился за ладонь. С трудом поднялся на ноги. Коснулся ладонью затылка, испачкав пальцы в чем-то липком. Поднес руку к глазам, растирая красное. В глазах двоилось, сознание мутилось, и я торопливо коснулся Плетения восстановления. Но Волков только хмыкнул:
– Тебя сильно притравило. Магия не поможет. Идем. У нас мало времени. Иначе яд свалит тебя с копыт.
Он потянул меня в сторону, и я, пошатываясь, последовал за однокурсником.
– Кто это был?
– Милая дева, – усмехнулся парень. – Да болотник это. Умеет, тварь, наводить морок и заманивать в трясину. И ядом травит, чтобы жертву подчинить. А потом топит и съедает. Ты зачем с тропы-то сошел?
Я только промычал что-то невразумительное. Покосился на бок парня. И обмер: из зеленой ткани торчал покрытый красным толстый сук. Который пробил тело насквозь. А вокруг быстро расплывалось темное пятно.
– Ну, ты чего? – переспросил парень и только сейчас заметил сук. – А, это.
Говорил он буднично. А затем схватился за палку, охнув, потянул на себя. Выдернул и отбросил в сторону:
– Зацепило, наверное, когда болотник меня с ног сбил. Не заметил, пока тварь не скрылась.
Я только кивнул и покачнулся, готовый вот-вот упасть в мох. И Волков поморщился:
– Так не дойдем. Эх, не люблю это дело. Но…
Он задрал голову к небу, забормотал что-то на непонятном языке. А затем, мне показалось, что парень меняется. Лицо вытянулось, покрылось серой шерстью. Плечи стали шире. А руки выгнулись. Миг, и передо мной стоял огромный, мне по грудь, серый волк.
– Ну, идем, Никита Святогоров, – пролаял он.
Пасть, полная длинных, как кинжалы, острых зубов, щелкнула, ухватив меня за ворот футболки. Я очутился на спине, вцепился в серую шерсть. А волк кинулся в чащу.
– Только не свались, Святогоров, – донеслось до меня. – И главное – сознание не теряй. А то унесут тебя гуси-лебеди на ту сторону. А оттуда дороги назад уже нет. Только в виде одержимого.
Где-то впереди послышался лай собак. А вскоре волк вынес меня к хижине. Той самой, которую еще недавно показывал нам Иванушка.
– Решил скормить меня дому? – усмехнулся я.
– Открой, хозяин. Мы заблудились и нам нужна помощь, – вместо ответа провыл волк.
Некоторое время царило молчание. А затем грубо сколоченная деревянная дверь со скрипом открылась. На пороге появился человек в длинном черном плаще и широкополой шляпе, поля которой скрывали лицо. На поясе висела смотанная ржавая цепь, к концу которой был приделан крюк. И на остро заточенном лезвии я увидел бурые пятна, будто от спекшейся крови. Он шагнул к нам. Раздался мелодичный звон колокольчиков. Или шпор. В правой руке он сжимал пять цепей. С которых к нам рвались, роняя из пастей пену, большие черные собаки.
Незнакомец взглянул на незваных гостей из-под полей шляпы и довольно усмехнулся. Коснулся ладонью висевшего на поясе крюка.
– Корм пожаловал. Я как раз собирался кормить своих псов.
Глава 16
Лихо
Пробуждение было резким. Будто бы кто-то наотмашь ударил меня по лицу.
Холод. Первое, что я ощутил, был холод. А еще свет. Настолько яркий, что пробивался даже сквозь плотно сжатые веки. Ну, и веселые голоса. Я лежал на чем-то теплом и мягком. Ноздри щекотал аромат свежезаваренного отвара. Я открыл глаза и, тяжело дыша, уставился в потолок, рассматривая серые от времени стропила. На одном из бревен, на тонкой нити-паутинке болтался мертвый паук. Потолок зиял дырами, в которых копошились летучие мыши. А еще здесь было очень холодно. Казалось, что выдыхаемый воздух поднимался паром. Нужно встать. А то так и почки застудить недолго. Я резко сел. Осмотрелся.
Прямо над моим топчаном свисала масляная лампа, которая на удивление ярко освещала единственную комнату лачуги.
Внутри изба была грязной. Словно здесь что-то горело, и стены с потолком закоптились до черноты. Пол оказался завален мусором, будто кто-то нарочно намел сюда всякого с улицы. Серые доски рассохлись, то тут, то там виднелись большие щели.
В углу потрескивала печь. Огонь облизывал крупно колотые поленья. А рядом с источником огня за столом сидели двое. Одним из них был Волков, мой однокурсник. Куртка полевой формы висела на спинке колченогого стула. А второй был широкоплечим бородатым мужчиной, которого я видел впервые. Они пили отвар и играли в карты. На грубо сколоченной столешнице стоял закопченый чайник.
Из угла послышалось ворчание и лай. А следом из темноты вышел огромный пес. Он подошел к лежанке и сел на пол, глядя на меня. Но не зло, а скорее, с интересом. Словно лаем он давал понять, что я очнулся. И заслышав знак, сидевшие за столом оторвались от игры и обернулись ко мне.
– О, пришел в себя, – добродушно пробасил мужик. – Быстро. Вот что значит белая Сила. Перемолола яд.
Волков только кивнул и сделал глоток исходящего паром чая из алюминиевой мятой кружки.
Лицо парня было чуточку бледным. Но он совсем не был похож на того, кому недавно распороло бок. Неужели мне все это привиделось?
Я замотал головой, пытаясь прогнать морок. Заметив мою реакцию, Волков усмехнулся. И мне показалось, будто клыки у него чуточку больше обычного.
– Эк сильно же тебя болотник притравил,
