Эпилог
- Девяносто пять свечей на торте, - раздраженно ворчал Каспар. - Достаточно, чтобы спалить весь дом!
Эмили Коулсон-Флеминг посмотрела на мужа с недовольством.
- Задувай свечи, Каспар, да поскорее, пожалуйста. - При взгляде на ребенка, которого держал на руках Аллан, ее суровое лицо смягчилось. - Маленький Пит хочет кусочек торта, не правда ли, лапочка?
Пит, шестнадцати месяцев от роду, выглядевший не хуже любого другого младенца, радостно запрыгал на руках у отца. Аллан поудобнее перехватил не такого уж легкого сына и сказал с напускной серьезностью:
- Вы его балуете, Эмили.
Эмили Флеминг наклонилась к своему сводному внуку, выпучила глаза, помахала ладонями за ушами и с шумом выдохнула воздух через надутые губы. Маленький Пит залился смехом.
- Неужели бабуся может сделать плохо своему дорогому мальчику? - прошепелявила она.
Взгляды Аллана и Каспара встретились поверх седой головы Эмили. Они улыбнулись друг друга, и Каспар, набрав полные легкие воздуха, наклонился и задул свечи.
- Ну вот, - сказал он, - готово, если только я сейчас не умру от сердечного приступа.
- Вечно ты жалуешься, - язвительно заметила его жена, но, отвернувшись от ребенка, наклонилась и звучно чмокнула мужа в губы. - С днем рождения тебя, старый грубиян, и многих, многих лет.
- Какая чушь, - пробурчал Каспар, но улыбнулся.
Крошка Пит, посчитавший, что им пренебрегли дольше, чем полагается, заливисто рассмеялся и запустил пухлую ручонку в шевелюру отца.
- Ох, - вздохнул Аллан. - Эй, парень, нужно же иметь хоть какое-то уважение к отцу.
- Пит, негодник! - Появившаяся в дверях с большой чашей домашнего мороженого в руках Маргарет Флеминг с трудом удержалась от смеха. - Что ты творишь со своим отцом?
- Хочет, чтобы я стал лысым раньше срока, - ответил Аллан, поморщившись. - Попробуй что-нибудь сделать, а не то мой сын скоро не оставит на моей голове ни одного волоска.
Маргарет поставила чашу и подошла к мужу.
- Нагнись немного, посмотрим, что я смогу сделать, - сказала она, улыбаясь.
Аллан наклонил голову к жене, которая начала осторожно освобождать его волосы из крепко сжатого кулачка сына. Она была красива, немыслимо красива! До сих пор, после восьми лет брака, при виде ее сердце Аллана каждый раз начинало биться сильнее.
- Все ворчите, миссис Флеминг? - сказал он с нежностью.
- Только когда ты этого заслуживаешь, - ответила она. - Ну вот, готово. Как ты?
- Больно, - солгал он, стиснув зубы. - И не пройдет, пока ты не поцелуешь меня.
Маргарет улыбнулась и заглянула в глаза мужа. Разве может женщина испытывать такие чувства после восьми лет замужества и рождения двоих детей? Но она испытывала их. Иногда при виде входящего в комнату Аллана она чувствовала, что сердце ее вот-вот выскочит из груди.
- Охотно, - прошептала она.
- Вот сюда, - попросил он, слегка постучав пальцем по губам. - И покрепче.
Она улыбнулась и чмокнула его в губы.
- Это не поцелуй, - пробормотал он.
- Эй, - раздался чей-то голос. - Какие же вы старомодные!
При виде ворвавшейся в комнату девочки с темными, как у Аллана, волосами и аметистовыми, как у Маргарет, глазами все рассмеялись.
- Закончили? - нетерпеливо спросила она. - А то папа обещал сходить со мной поискать лягушек.
Аллан передал младенца Маргарет и присел на корточки перед пятилетней дочерью. Волосы той были растрепаны, на щеке пятно грязи, и, взглянув на нее, он неожиданно понял, что она вырастет такой же красивой, как ее мать.
- Обязательно сходим, малышка. Но сейчас я хочу, чтобы ты вымыла лицо и руки.
Кейт Флеминг, названная так в честь бабушки со стороны Аллана, бросила на него недовольный взгляд.
- Зачем?
- Потому, что так надо, - рассудительно сказал Аллан, - особенно если ты хочешь получить кусок торта.
Дочь помедлила. Подчиняться явно не хотелось, но понимание того, что ни мать, ни отец не потерпят такого поведения, заставило Кейт капитулировать. Аллан с трудом удержался от улыбки. Его дочь была миниатюрной копией матери - задиристой, независимой и прелестной.
Кейт вздохнула.
- Ладно. - Лицо озарилось светлой улыбкой. - А можно мне будет торт с мороженым?
- Конечно, можно, радость моя, - вставила Эмили Флеминг, прежде чем Аллан успел открыть рот. Она протянула малышке руку. - Пойдем с бабушкой, дорогая. Я помогу тебе умыться, а потом ты сможешь решить, какое мороженое тебе больше по вкусу - ванильное или какое-нибудь другое.
Аллан поднялся на ноги и, глядя им вслед, театрально вздохнул.
- Дед, - сказал он, - ты встретил достойную партнершу.
Каспар хмыкнул.
- Потому-то я и женился на ней, мой мальчик. Нельзя же было упускать такой бриллиант.
Аллан улыбнулся и присел рядом со стариком.
- В следующем месяце приедет Дайана, - негромко сообщил он.
- Что ж, давненько мы ее не видели.
- Да. С того времени, как родился Пит.
Старик кивнул.
- Мэгги ждет визита матери?
- Это была ее идея. Но не думаю, что они когда-нибудь по-настоящему сблизятся. - Он слегка улыбнулся. - Вряд ли их отношения станут идиллическими, но они помирились.
Каспар похлопал Аллана по руке.
- Рад слышать это, мой мальчик. Чем старше становишься, тем глупее кажется таить в себе старые обиды.
- Привет всем!
Аллан, Каспар и Маргарет оглянулись. В дверях стоял нервно улыбающийся Брайан.
- Брайан! - радостно воскликнул Аллан, вскакивая на ноги с распростертыми объятиями устремляясь навстречу старому другу. - Рад, что ты смог приехать, старина. Как твои…
Увидев появившуюся из-за широкой спины Брайана симпатичную маленькую рыжеволосую девушку, Аллан замолк.
- Здравствуйте, - сказала она. - Надеюсь, не помешаю? Я говорила Брайану, что не стоит приводить с собой на вечеринку непрошеных гостей, но он настоял.
На мгновение воцарилось молчание, затем Маргарет, передав маленького Пита в надежные руки прадеда, устремилась вперед.
- Конечно, вы не помешаете. - Она протянула гостье руку. - Меня зовут Маргарет Флеминг. Это мой муж, Аллан, его дед, Каспар, а вот этот сгусток энергии - наш сын, Пит.
Рыжеволосая девушка улыбнулась всем и пожала руку Маргарет.
- Я так много о вас слышала! Мне кажется, что я всех вас знаю. Меня зовут Нора. Я… я… я…
- Она моя жена! - выпалил Брайан, отчаянно покраснев.
Аллан взглянул на старого друга, и по лицу его начала расплываться улыбка.
- Ну ты и хитрец! Держал все в тайне!
Румянец Брайана стал еще гуще.
- Видишь ли, я не хотел ничего тебе говорить, пока не уверился в ее согласии.
Нора скорчила гримаску.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
