девушке от такого взгляда янтарных глаз стало не по себе.
Признаться, он сначала не думал даже ни о чем таком. Эта идея со спором ударила в голову слишком неожиданно, что он так и не успел придумать награды за выигрыш. Но, бросив взгляд на вздымающуюся грудь Фредерики и на ее искреннюю улыбку он внезапно вспомнил тот их разговор с Кейрой, который ему удалось подслушать. Ненамеренно, конечно. В нем еще не было полноценной уверенности в том, что Дера не даст ему отворот-поворот с такими-то просьбами лихими, но раз они наконец остались наедине, без вездесущей чародейки с ее неиссякаемыми советами, то почему бы не сделать несколько шагов на сближение? Эскель даже не старался придумать какой-то изящный эпитет, просто сказал, как пришло в голову:
— Если я выиграю, то… — он умолк, стараясь более точно и безобидно сформулировать свое желание. — Научу тебя кое-чему необычному, а ты — не будешь возражать и противиться. Обещаю, что ничего плохого не сделаю. Слово ведьмака.
— Ну… коль «слово ведьмака». А если выиграю я, — Фредерика не совсем поняла, что задумал Эскель, но не доверять ему причин не было, потому решила не возмущаться, а выдвинуть свои условия. — Тогда ты… — она призадумалась, пытаясь прикинуть, что бы такого попросить. — Будешь отвечать на все мои вопросы честно и в полной мере. И никаких запретных тем не будет.
— Идет, — серьезно кивнул он, понимая, что готов рассказать ей все что угодно, лишь бы провернуть свою весьма непристойную задумку.
Дера пожала его руку и кивнула в ответ. Не сказать, что Эскель не был не уверен в своих силах, но то, что у него может ничего не получиться с первого раза — не исключал. Он закатил едва подсохшие штанины, а затем осторожно, почти неслышно, вошел в воду. Травница двинулась следом, стараясь ничего не упустить из виду.
Комментарий к Часть 9. В путь
Бечено
Часть 10. Сомн или определение порога чувствительности(18+)
Эскель потер друг о друга ладони и всмотрелся в водную гладь. Рыба была небольшая, но она и впрямь мелькала между ног, двигаясь слишком быстро, даже несмотря на припекающее солнце. Дера стояла рядом и не шевелилась, надеясь соблюсти всю честность испытания. Даже дышала и то через раз. Перед ведьмаком и без того стояла непосильная задача, потому мешать ему было бы весьма подло с ее стороны. Она наклонилась, упираясь руками в чуть согнутые колени, и взглянула в его сосредоточенное лицо. Тот, даже не обращая и доли своего внимания на такие пристальные взгляды, напрягся, немного размял пальцы и, нахмурившись, принялся следить за мельтешащей рыбой.
Девушка с нескрываемым удивлением смотрела, как быстро бегают его узкие зрачки и как напрягаются мышцы при каждом намеке на шанс сделать рывок. Его тело будто само реагировало на любое движение; со стороны это выглядело немного жутко, но вместе с тем завораживающе. Травница сглотнула и глянула сквозь спокойную поверхность воды. Отсюда могло показаться, что рыба у дна двигалась медленно и даже лениво. Но это только на первый взгляд. Достаточно лишь протянуть к ней руку, и она тут же ускорялась и скрывалась в роголистнике.
Ведьмак осторожно опустил руки в воду и взбаламутил ее, поднимая песок со дна. Тогда Дера и вовсе перестала что-то видеть. Но Эскель, будто бы наоборот, добился желаемого результата, а через мгновение молниеносно дернулся, что-то шепнул и вытащил из-под воды совершенно обездвиженную тушку карася, держа ее одной рукой за голову, второй — за хвост.
— Раз, — не без победоносной, пусть и кривоватой, улыбки объявил он.
— Боги… — на выдохе шепнула Фредерика и, не задумываясь, протянула руки.
А когда в них легла холодная, упругая, но скользкая рыба она скривилась и чуть было не выронила ее обратно в воду. Стало до боли мерзко, что даже ком к горлу подступил. Она так и стояла бы, не зная куда деть несчастного карася, если бы не ведьмак, который достал из-за пояса сероватый отрез ткани и тут же развернул его: мужчина взглядом указал, чтобы она положила в него рыбу. Взяв в руку все четыре конца, стянул их вместе и протянул импровизированный «мешочек» травнице.
— Не зевай, — тихо заговорил он. — Я буду вытаскивать рыбу, а ты подставляй ткань.
Дера кивнула и, вытерев о штаны руки, взяла свернутый обрез.
Эскель усмехнулся и повторил манипуляцию со знаком. В этот раз попался пескарь. Но тем не менее за полноценную рыбу он тоже считался. Девушка только тихонько охала и ахала каждый раз, когда подставляла «мешок» для очередной рыбешки, а ведьмак думал о том, что Боги ему сегодня не абы как благоволят. Учитывая, что за все время случилось лишь два промаха.
— На самом деле, — начал он, когда они не торопясь шли вдоль берега обратно к лагерю с полным «мешком» рыбы, — никаких премудростей тут нет. Все дело в реакции и концентрации. А я в этом весьма неплох.
Фредерика молчала, то и дело тряся руками из-за неприятного ощущения, что подарил ей карась. Оно будто и вовсе въелось в кожу. И это не считая специфического запаха. Нет, она, безусловно, любила рыбу, но без чешуи и приготовленную, а не живую, скользкую и вонючую. Также, помимо сетований на рыбеху, в голове травница судорожно перебирала варианты, которые мог бы предложить ей Эскель. А если предложит что-то интимное? То как тогда быть? Она ведь еще совершенно к этому не готова. Да и вряд ли первый раз можно назвать приятным, судя по тому, что рассказывала ей Алисья. Кровь, боль, стыд и никакого удовлетворения. Нет, она не боялась ведьмака, а даже наоборот, была не прочь позажиматься с ним и боли не боялась, но с другой стороны: она воняет тиной, ее кожа липнет от пота, так как от водной глади отражались солнечные лучи и было очень жарко, а простояла она там добрых минут сорок, если не больше, а еще… а еще она не хотела разочарований. Вдруг они не подходят друг другу на том уровне, о котором говорила чародейка? Вдруг они не созданы друг для друга? Как тогда быть?
Ведьмак заметил ее встревоженное лицо и легонько ткнул локтем туда, куда удалось попасть.
— Что с тобой?
— Что? — она расфокусированно взглянула на него и потерла ладонью предплечье. Больно не было, скорее, неожиданно.
— Говорю, что с тобой?
— Все хорошо.
— Ты мух считаешь и меня совершенно не слушаешь.
— Слушаю. Концентрация и реакция.
Эскель удивленно вскинул брови и взял ткань с рыбой в
