Проконсул бесстрастно покачал головой:
– Вряд ли следовало ожидать, что задача окажется вам по плечу. И должен с сожалением заметить – с ней не справился бы и сам чародей.
Ионфо имел в виду, что Распнекс был дварфом, а дварф мог бы всю жизнь прожить на те деньги, которые аристократ-имп тратит за неделю. Вероятно, Распнекс думал, что щедро снабдил их. Шанди же вовсе не разбирался в домашних расходах; обеспечение армии и всей Империи – вот в чем он поднаторел. Даже король Краснегара, который, правда, не имел непосредственного отношения к этому делу, вероятно, не слишком хорошо разбирался в экономике такого рода. Эшиала разозлилась на саму себя за то, что заранее не предусмотрела возможных проблем, но и она была виновата не больше остальных.
– Насмешка судьбы! – вздохнул граф. – Мы ускользнули от легиона волшебников и теперь оказались беспомощны перед простейшей задачей: как раздобыть презренный металл.
– Что толку рассуждать о том, что мы сделали или должны были сделать, – твердо сказала Эигейз. – Есть проблема, и мы должны найти решение.
Здравый смысл также был одним из ее достоинств.
Хардграа подождал, не захочет ли высказаться кто-нибудь еще, и предложил:
– А картины? Бронза? Посуда?
– Продать их можно, – согласился граф, – но станут шептаться слуги, прослышат соседи, да и кто возьмется торговать ими для нас? Если вы, центурион, нагрузите и привезете в Фэйнтаун воз с произведениями искусства, вас обвинят в воровстве. Можно заложить одну-другую безделушку в ломбард, но делать это слишком часто… При нормальном порядке вещей надо было бы вызвать посредника из Хаба… Но мы рискуем привлечь внимание и дать повод к сплетням. Вспомните, что у нас нет законного права находиться здесь. Я согласен с вашим предложением, но, как вы сами понимаете, это очень ограниченный источник.
Солдат бесстрастно кивнул:
– Мне нужно время, чтобы все хорошенько обдумать.
Начальник службы безопасности императора, должно быть, чувствовал себя не в своей тарелке, когда приходилось обсуждать ведение домашнего хозяйства.
Теперь настала очередь Эшиалы высказаться. Но как могла она решить проблему, поставившую в тупик изворотливого Ионфо и его практичную жену?
Переехать в усадьбу поменьше? Нет, конечно нет. Шанди и другие могут вернуться сюда, в Юдарк. Он предназначен послужить не только убежищем, но и штаб-квартирой.
– Ну а почему бы нам не отпустить слуг? – предложила она. – Пусть разносят слухи, будто в усадьбе обитают привидения. Мы-то знаем, что это не так, и впятером могли бы жить очень дешево, под охраной слухов о привидениях.
– Это была бы жизнь без всякого комфорта, – сказал граф.
– Непривычная скорее для вас, чем для меня. Моя мать никогда не держала больше трех служанок, а обычно только двух.
Ионфо молча и недовольно кивнул. Очевидно, он уже думал об этом решении.
Эигейз тоже кивнула, да так энергично, что задрожали многочисленные складки у нее на подбородке.
– Может быть, это единственный выход, дорогая. Конечно, в округе станут сплетничать, а мы так надеялись этого избежать… Впрочем, проблема ведь не очень срочная?
Ее муж отрицательно покачал головой:
– Не очень. Золота у нас хватит на несколько месяцев, а возможно даже, и на пару лет, если не тратить их ни на что, кроме еды. Но я не склонен нанимать легион садовников.
– Ах, если бы только мы могли послать весточку Тиффи! – вздохнула Эигейз.
– Давайте хорошенько все обдумаем, – сердито нахмурился Хардграа.
Возможно, он чувствовал себя виноватым в том, что подвел Шанди.
3
– Проснитесь! Проснитесь! Пронзительный голос проник в сознание спящей Эшиалы, как резкий скрип несмазанной телеги. Она изумленно открыла рот, пытаясь понять, откуда взялись кружащиеся во тьме над ее кроватью огни свечей. Кто здесь? В чем дело, ведь дверь была заперта. Она всегда запирала дверь, это было первое, чему она научилась при дворе.
– Он здесь!
Домоправительница Юкка размахивала канделябром в опасной близости от полога кровати.
– Кто? Кто здесь?
– Герцог! Он приехал!
Эшиала натянула одеяло до подбородка, пытаясь прогнать остатки сна и осознать происходящее.
– Какой герцог? Откуда вы знаете? Как вы попали в мою комнату?
– Пойдемте, леди! Он вернулся к вам, как обещали духи!
В своей кроватке в углу тревожно заворочалась Майа.
Герцог? Старая ведьма имеет в виду Ило? Но если Ило здесь, значит, с ним должен быть и Шанди?
– Выйдите из комнаты! – резко бросила Эшиала. – Сейчас же! Подождите в коридоре! Все хорошо, моя малышка, мамочка здесь.
Когда дверь закрылась, Майа уже опять спокойно посапывала во сне.
С бешено колотящимся сердцем императрица опустила ноги на холодный ковер. Лунный свет проникал в комнату. Ило вернулся? Хоть эта дряхлая старуха была безумнее мартовских зайцев, но прежде она никогда не позволяла себе подобных фокусов. Надо все хорошенько проверить.
Эшиала оделась потеплее и, убедившись, что дочь крепко спит, вышла в коридор. Там ее ждала Юкка – шаркающая куча тряпок, освещенная пятью мерцающими огоньками.
Должно быть, у нее имелись ключи от всех замков. в доме – никто ведь не думал спрашивать у нее отчета.
– Теперь говорите.
– Герцог…
– Это вы уже сказали. Где он?
– Снаружи. Пока не здесь, не в доме.
– Что? Откуда же вам тогда известно, что он приехал?
– Они сказали мне. Духи!
У Эшиалы отлегло от сердца. Бред, просто бред сумасшедшей старухи! Все-таки надо проверить как следует. Старая карга, возможно, имела в виду Ило, который как раз и был герцогом Иллипо.
– Сюда, леди! – взвизгнула Юкка.
– О нет! – Императрица пошла в другую сторону. – Сначала мы разбудим центуриона.
– Он не там! Он внизу! – пронзительно взвизгнула старуха у нее за спиной, однако побрела со свечами за ней следом.
– Откуда вы это знаете?
– Солдат нам не нужен. Он опасен.
– Нет, он-то нам как раз и нужен.
Дверь в комнату Хардграа была открыта, а постель центуриона пуста. Обернувшись, Эшиала потребовала, чтобы Юкка провела ее к нему. Старуха ворча прошла по галерее, затем стала спускаться по главной лестнице.
У подножия лестницы стоял Хардграа, с фонарем в одной руке и обнаженным мечом в другой.
– Она говорит, герцог вернулся, – объяснила Эшиала, опасливо покосившись на меч.
– Вокруг ни единой души, – уверенно сказал солдат.
– Где он? – спросила Эшиала старуху.
Та подняла свою закутанную в платки голову, всматриваясь в балки на потолке и словно к чему-то прислушиваясь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
