отвлекался часа три, не больше. А на четвертый, перехватив задумчиво-жадный взгляд стража, направленный на живот Лисички, пока та копошилась в бумагах на столе бывшего вожака, Вольнов не выдержал и выволок-таки Клима за шиворот из дома.
– Мне объявить официальный запрет, страж?! – вкрадчиво пророкотал Волк. – Так я подам Верховному жалобу! Ты и на сотню километров не подойдешь к моей жене!
Клим оскалился, и на секунду Волк увидел во взоре стража странный огонь. Доля мгновения и взор приобрел привычный оттенок.
Радмир нахмурился.
– Это сильнее… меня…, – сипло и обреченно промолвил Клим. – Я слышу ее. Каждый удар сердца слышу. Она будто говорит со мной! Понимаешь?!
– Кто ты такой? Я чую твоего зверя, но, черт дери, это ведь не все. Так? – прищурился Радмир.
Признаться, увидев шквал эмоций, взрывных, ярких, осознав, что страж не так прост и не всегда держит чувства под контролем, Волк даже проникся к мужику сочувствием. Возможно, при других обстоятельствах и поддержал, если бы интерес Клима не был направлен на его, Радмира, дочь.
Страж, оскалившись, уже готов был ответить, но из дома выскочила Лисичка. Радмир моментально повернул голову, проверяя в порядке ли, не оступилась ли, нет ли угрозы рядом.
В руках Женя держала небольшую потрепанную книгу. При более внимательном рассмотрении оказалось, что это был ежедневник.
– Вот! Я нашла записи Олега. А еще там карта памяти! – сообщила Лисичка.
– Ну, пойдем, глянем, что там прятал Клымский, – хмыкнул Радмир, а стражу адресовал взгляд, четко утверждавший, что разговор не окончен. К нему еще вернутся. И очень скоро.
Клим едва заметно кивнул. Поправил пиджак и рукава рубашки.
– Кстати, поиск дал результаты. Человека нашли. Через пару часов привезут, – уже другим тоном проговорил Клим.
Радмир кивнул. Говорить Жене он не станет ничего, пока сам со всем не разберется. Человек, может быть, и не представлял опасности для Лисички, и не факт, что сам был в курсе о своем отцовстве. Но без доказательств Волк не собирался сообщать Жене о том, что много лет ее биологический отец был рядом.
* * *
Божена и сама не понимала, что пытается отыскать в вещах Олега. Чувствовала, разгадка близка. Но что именно – не знала. Потому и просматривала все, что попадалось на глаза.
И вот потрепанная записная книга привлекла взор. В первом порыве Женя хотела просто все сжечь, чтобы не было ни единого напоминания об Олеге. Однако девушка принялась листать ежедневник.
Ничего необычно. Но между страниц оказался припрятан небольшой носитель информации. Одна Женя не стала бы смотреть, что хранит карта памяти. Потому и позвала мужчин.
И очень вовремя. Потому что ее суровый и грозный Волк, кажется, намеревался откусить стражу голову. А в Климу, признаться, Женя испытывала благодарность. И еще, что-то такое необъяснимое, чему пока не могла подобрать слов.
Более того, ей казалось, что эти эмоции – принадлежат не ей. Потому что они накатывали странно, только в присутствии Клима. А потом вновь исчезали. Или же Радмир перебивал все, перетягивал внимание на себя.
Жене это нравилось. Нравилось, как ее Волк собой затмевает весь мир для нее.
По-другому Женя и не хотела бы жить. Только так.
Мужчины вошли в кабинет деда вслед за ней. Отыскав компьютер, Женя его включила и вставила флешку в порт.
Файлы загружались, а Женя смотрела на монитор. Радмир встал за ее спиной, поддерживая своим присутствием и твердым, но нежным прикосновением горячей ладони.
На экране всплыло видео, и Женя нажала на воспроизведение. Картинка была смазанной, становилось понятно, что запись делали на расстоянии, не исключено, что «прослушкой» занимался не профессионал. Однако звук был четким. К тому же действующих лиц Радмир узнал.
– Гребаный докторишка! – нахмурился Волк, а Женя внимательно слушала, стараясь не пропустить ни слова.
– Ты уверен, что подействует? – с нажимом и весьма агрессивно интересовался Антон Грознов.
– Твои таблетки ведь работают, – самонадеянно хмыкнул чокнутый профессор, который работал над экспериментами с кровью нимфы, – эта сыворотка сделает жажду невыносимой. Стоит ее принять, и зверь вырвется на свободу. И если я все правильно понял, Вольнов не позволит Федору пересечь границы его территории. Считай, что твой старший брат уже труп, Антоша.
Профессор хрипло рассмеялся. Убрал в карман толстый продолговатый конверт и продолжил беседу:
– Как и договаривались. Девчонку не тронешь, пока я не закончу с ней.
– Если не будешь тянуть, дядюшка, – хмыкнул Антон, – Сам понимаешь, держат только твои таблетки. А после того, как я стану вожаком, ждать не буду. Мне нужна сила, дарованная кровью девки.
Мужчины разговаривали, а Женя уже не слышала. В голове крутились обрывки фраз. И Женя никак не могла осознать, что именно обсуждал ее дядька и тот врач, который якобы лечил Зарету с юных лет, заглушая ее кровь медикаментами.
А осознав… стремительно повернулась к Радмиру…
– Это все Антон! Выходит, это он опоил, или вколол ту мерзость папе? Чтобы папа… Чтобы его…, – потерянно говорила Лисичка.
Радмир коротко кивнул.
– Федор выглядел дико, – негромко произнес Волк, понимая, что тема очень острая, но обсудить ее нужно, – когда я вырубил Дима, он отключился. А Грознов пер до конца, как под гипнозом, или под «дурью». У меня не оставалось выбора, Лисичка.
– Его отправили на смерть, – подтвердил Клим, вмешиваясь в разговор. – Сам Грознов вряд ли мог отравить Федора. Но Клымский на допросе говорил о помощи Геннадия, человека.
– Лисичка…, – начал было Радмир, но разговоры не его конек.
– Я все понимаю, – сглотнула Женя и потянулась к мужу, – значит, это все Антон? Он хотел занять место деда. И убрал папу, он ведь мешал. Был гораздо сильнее Антона. Заря говорила, что ее Зов привлек ментально слабых среди хищников, не связанных парой. И дядька знал, как повлияет на моего отца сыворотка. Усилит эффект!
– Хотел бы я удавить ублюдка собственными руками, – недовольно пробормотал Радмир.
– Я не верю, что Геннадий им помогал. Он ведь… он такой открытый и честный! Эти месяцы он всегда был рядом со мной, – сокрушительно покачала головой Женя.
* * *
Добромир Вольнов честно старался не рычать. По крайней мере, громко. Но даже сдерживаясь, вожак привлекал к себе внимание стаи.
Однако против правил не попрешь. В их клане было принято представлять истинную пару на официальном приеме.
Хотя, по большому счету, Дим мог бы плюнуть на этот негласный закон. В конце концов, вожак он, или нет!
А вот хотелось девочке сделать приятное, сводить ее в ресторан, потанцевать, поухаживать.
Все началось с выбора нового гардероба. Фаю никогда не баловали дорогой одеждой. И стоило девушке
