Точнее – есть.
Грим открутил механический запор – электронный замок приветливо подмигивал зеленым, – поднял люк и выбрался на поверхность. И оказался на небольшом уступе. А до подножия скалы не меньше сорока ярдов…
«Какого черта?!»
Для чего нужен этот выход, если нельзя спуститься вниз?
Ответ наемник увидел через мгновение – вбитые в камень карабины. Спуститься можно, но нужна веревка…
А в следующий момент его сбила с ног угодившая в плечо пуля.
«Не беспокойся, тебя не убьют…»
Эти слова не запомнились. Потерялись в голове наемника, не привыкшего к милосердным врагам. Раз гонятся, раз стреляют, значит, хотят убить. И Грим ответил. Перекатился на спину и дважды выстрелил в появившегося на следующем уступе голема. Превозмогая боль, вскочил, послал две пули в высунувшуюся из люка голову, отступил на шаг и, нелепо взмахнув руками, полетел в пропасть – следующая пуля угодила Гриму точно в грудь.
– Что, облажался?
– Грим оказался лучше, чем я предполагал.
– Кто ему помог?
– Не знаю, – виновато вздохнул Схинки, стараясь не смотреть на с трудом сдерживающего гнев Яргу.
– Разве у нас нет видеокамер?
– Есть.
– Разве я не приказывал не спускать глаз с Катарины и Тео?
– Приказывали, господин.
– Разве вся эта свистопляска не была задумана для того, чтобы предатель проявил себя?
– Все правильно.
– И ты хочешь сказать, что меня обманули?
Спокойный голос не вводил в заблуждение – Ярга вне себя от злости, даже уши стали острыми. Дело принимало скверный оборот, а потому Схинки решил взять всю вину на себя:
– Меня, господин! Меня обманули.
Нерасторопный слуга вызовет у Ярги куда меньшую ярость, чем мысль, что вокруг пальца обвели его самого.
– Ты мой помощник, я тебе доверяю, ты исполняешь мои приказы, – медленно произнес нав. – И если кто-то обманул тебя, это означает, что обманул и меня. – Ярга холодно посмотрел на убитого горем Схинки, поморщился и приказал: – Оправдывайся!
Он хотел знать подробности.
– Предатель запустил в нашу сеть вирус, который отключил видеокамеры и открыл некоторые двери. Пока мы сообразили, что сеть атакована, пока поняли, что именно произошло, пока искали… время было упущено.
– Откуда у предателя вирус?
– Полагаю, он хранился в телефоне.
– А откуда у него телефон?
– Полагаю, оттуда же, откуда у Грима пистолет – скрытый артефакт.
– То есть мы обнаружим предателя по отсутствию уха? – зло пошутил Ярга.
Хороший признак, очень хороший – если нав шутит, значит, перестал злиться.
– Думаю, по отсутствию зуба, – вздохнул Схинки. – Но их мы при осмотре не пересчитывали.
– Напрасно!
Ярга задумался, рассеянно барабаня пальцами по столешнице.
Против ожидания, проигрыш его не столько разозлил, сколько раззадорил. Бороться с сильным и смелым противником куда интереснее, чем с плохо обученным. Ум, вот что ведет к победе. Ум, воля и храбрость.
– Мне кажется, следует принять крайние меры, – осторожно предложил Схинки. – Я предлагаю покинуть базу, а также уничтожить или обработать обоих подозреваемых.
– Нет, – коротко ответил Ярга.
То ли на оба предложения, то ли только на последнее.
– Могу я узнать, почему?
– Потому что мы не сможем постоянно использовать это оружие, – холодно ответил нав. – Его наличие должно помогать, а не расслаблять. Потому что мы должны знать все фокусы, имеющиеся в арсенале наших врагов.
А еще потому, что тем самым придется признать проигрыш. Причем проигрыш не Сантьяге и не тому клоуну, которого в Темном Дворе называют князем, а их наемникам, челу или масану. Этого Ярга допустить не мог.
– Гордость, – тихо произнес Схинки.
– Гордость всегда вела меня вперед. И приводила к победам.
В черных глазах нава полыхнули зарницы. Зарево пожаров, что окутывали крепости асуров. Зарево Первой Войны, выигранной им тысячи и тысячи лет назад.
Ярга поднялся с кресла и медленно прошелся по кабинету. Черный костюм, черная рубашка, черный галстук и черные ботинки. Черные волосы и черные глаза. Подвижное черное пятно среди черных стен и черной мебели кабинета. Когда-то Схинки смущало пристрастие повелителя к цвету Тьмы, однако по прошествии некоторого времени привык, стал воспринимать как должное.
– Произошедший инцидент не повод вносить изменения в план. Решение принято. Я хочу, чтобы все было сделано так, как задумано. Я хочу, чтобы Темный Двор получил сообщение в полном объеме. И если придется чем-то пожертвовать, я к этому готов.
Они останутся на базе и продолжат играть с подозреваемыми в кошки-мышки.
– Да, я понял. – Схинки почесал затылок. – Но все-таки хорошо, что Гриму не удалось позвонить…
* * *
– Этого ведь и не требовалось, так?
– Чего именно?
– Звонить. – Схинки внимательно посмотрел на комиссара: – Достаточно было вынести телефон на поверхность, да?
– Сейчас догадались?
– Пытался сделать вам комплимент.
– Не мне – человскому обществу, – скромно уточнил Сантьяга. – Вы смеетесь над челами, а они, между прочим, большие мастаки по части всевозможных устройств и приспособлений. У них отняли магию, они заменили ее технологиями и развивают их такими темпами, что скоро, вполне возможно, сумеют встать с нами на один уровень.
– Ода в честь обезьян?
– Я реалист.
– Тогда посмотрите на вещи реально: будь у меня сигарета, я бы рассказывал историю куда веселее. Возможно, с большими подробностями.
– Подробности вы спрашиваете у меня, – язвительно заметил Сантьяга. – Итак, мы установили, что Ярга недооценил челов. Что дальше?
Схинки помолчал.
– А что с телефоном?
– Когда Грим вынес его на поверхность, он автоматически нашел сеть и зарегистрировался в ней. Примерно через минуту наблюдатели определили координаты базы.
– Опять вездесущие «ласвегасы»?
На этот вопрос Сантьяга ответил не сразу. Выдержал паузу, насмешливо глядя на Схинки, после чего медленно произнес:
– Нет, не они. Наблюдатели кавалерии, что готовилась идти на помощь.
– Кавалерия не торопилась.
– Никто не собирался атаковать очертя голову. Планировался разгром, а не драка. – Сантьяга улыбнулся. – К тому же главные действующие лица были еще слишком далеко…
* * *
– Не, Сиракуза, я в натуре не врубаюсь на этих иноземцев, – робко пробормотал Копыто, разглядывая проносящийся за окнами чуждый московскому оку пейзаж. – Типа, что им, трудно тачку в «четыре на четыре» переделать? Колеса присобачить пошире, ось железную сковать – и всего делов-то, мля. А денег срубить можно стока, что можно всех местных челов от насморка вылечить, в натуре.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
