ночное время. А то кто-то курит за кустами сирени, а кто именно курит, разобрать совершенно невозможно.
Я поинтересовался, до скольки Кошель пел? Мне ответили, что заткнулся в начале первого. После этого я снова пообещал, что с ним разберусь. И само собой, обязательно разузнаю у коммунальных служб, когда будут ставить новые фонари и менять перегоревшие лампы.
После бабулек пришёл дёрганый гражданин в костюме и галстуке. Начал нервно жаловаться на жену, постоянно приходившую с работы очень поздно. После нескольких уточняющих вопросов выяснилось, что задерживается она на полчаса. А чтобы зайти в магазин ей и десяти минут вполне достаточно.
Ревнивец с видом вполне адекватного человека утверждал, что за 15–20 минут она может к кому-то зайти и ему изменить. А так как он сам приезжает с работы на автобусе всего за пять минут до прихода супруги, то не может проверить свою теорию, и вывести серийную изменщицу на чистую воду. Он назвал свой адрес прописки, паспортные данные жены и указал место её работы. После этого настоятельно потребовал у меня во всём разобраться.
Если честно, то в первые минуты беседы, я не знал, чем ему ответить. Ведь эту проблему без хорошего психотерапевта и ста грамм водки точно не разрулить. Но потом я сообразил, что его состояние может скатиться в банальный психоз, и решил провести разъяснительную беседу.
Сначала я посоветовал гражданину, ради сохранения семьи, несколько раз отпроситься пораньше с работы. Ни в коем случае не устраивать слежки, а встретить супругу на проходной комбината и проводить её до дома. Разумеется, с попутными заходами в магазины. И если этот маршрут займёт у них столько же времени или на пять минут меньше, то все его подозрения окажутся напрасными.
Гражданин согласился провести эксперимент, но ему не понравился предусмотренный мною люфт в пять минут. А мне не понравился его настрой. В результате я открыл Уголовный кодекс СССР и зачитал ему несколько статей, описывающих, что с ним будет в итоге, если он сделает что-то нехорошее со своей супругой.
А вслед за этим я коротко рассказал, как сидят на зоне те, кто попал на крючок правосудия по подобным статьям. Разумеется, я сгущал краски, но, как мне показалось, гражданина проняло, и он крепко призадумался.
Записав его данные, я решил на всякий случай встретиться с супругой и задать ей парочку вопросов.
Ушёл гражданин часов в восемь, после этого в опорнике стало тихо. Я же, разобрав оставленные бумаги, начал посматривать на часы. Вообще-то, дежурить надо до двенадцати, но кто проверит, ушёл участковый домой или же его вызвали на некое происшествие.
Ближе к десяти я практически уговорил себя отправиться домой, но был остановлен незнакомой женщиной прямо в дверях. Она с ходу пожаловалась на соседей. Дескать, часто пьют и ругаются. Я записал адрес и пообещал проверить. После этого вышел вместе с ней и заметил за аллейкой, на другой стороне улицы машину, с курившим за рулём водителем.
Мне показалось, что это следят за мной, и поэтому я, не подав виду, вернулся в опорник. Закрыв дверь изнутри, прошёл в архив, где свет был всегда выключен, и получше рассмотрел машину.
Сначала подумал, что это Зинкиному бывшему пришёл в голову гениальный план мести и он решил его реализовать, но потом проезжающие машины осветили легковушку затаившегося наблюдателя, и я сразу узнал бежевую «Волгу ГАЗ-21» старого образца, принадлежавшую майору Гамалееву.
Значит, он знает, что я сегодня дежурю допоздна, и решил проверить, нахожусь ли я до двенадцати в опорнике. А вот это точно неспроста. Видимо, тот зуб, что Гамалеев имеет на дядю Сашу, побольше, чем я думал. Сразу вспомнились его злопамятность и наша последняя встреча. Тогда полковнику Гамалееву не удалось меня сковырнуть чужими руками, и в результате он сам ушёл в закат, отправившись на пенсию.
Сейчас же он молод и полон сил. А ещё страшно амбициозен, жаден до денег и пытается продвинуться по партийной линии, не стесняясь ходить по головам.
Отлично понимая, что уходить никак нельзя, я просидел до двенадцати и ровно в полночь выключил свет. Правда, когда вышел из опорника, машины уже не было. Так что я отправился домой, при этом понимая, теперь надо быть готовым к любой подставе.
Глава 14
Второе дежурство, с отягчающими и не очень обстоятельствами
Второй день на службе снова начался с планёрки, проводимой начальником уголовного розыска. Ничего нового он не сказал, но меня, после того, как все начали расходиться, придержал. Расспросил по поводу найденных пальчиков и работы по контролю за криминальным элементом. В процессе я заметил, как он принюхивается, и невольно ухмыльнулся.
Разумеется, я не стал рассказывать о Мерседесе и обнаруженном пути движения жертвы. А потом и вовсе перевёл разговор на другую тему и принялся рассказывать о добровольном выдворении из Москвы криминального элемента.
— Товарищ майор, да они сами знают, что из-за олимпиады этим летом в Москву и пригороды лучше не соваться. Так что наши проблемы начнутся, когда игры закончатся, олимпийского медведя запустят в небо, и все силовые органы начнут ослаблять хватку.
— Саша, а на хрена медведя запускать в небо, он же символ Олимпиады? — не понял Лавренок и тут я осознал, что случайно сболтнул лишнего.
— Товарищ майор, да это я так, подумал, что было бы красиво, устроить подобное представление на закрытии.
— Ладно, потом по телевизору увидим, как это будет. А сейчас у нас майские на носу, надо готовиться. Кстати, видел списки. Первого ты сопровождаешь автоколонну демонстрантов, следующих от центральной проходной комбината в центр Москвы. Побываешь на красной площади.
Предупредив, майор отпустил меня, а я, стараясь по дороге, не встречается ни с кем, кто может меня припахать, улизнул из РОВД через гараж. Разумеется, сегодня пистолет получать не стал.
Добравшись домой, начал собирать всё необходимое для похода в катакомбы. Заодно ещё раз обыскал квартиру в поисках нагана. Судя по наличию кобуры, патронам и свежестрелянным гильзам, найденных в одной из курток, револьвер где-то спрятан, но где именно совершенно непонятно.
Целый день я провёл дома, разрабатывая планы дальнейших действий. Первым делом надо найти денег. С продажей заграничных пластинок решил повременить. Для этого надо ехать в центр, а пока идут майские это небезопасно.
А после обеда на пять минут для вида забежал в опорник. Старший участковых понимал, моё дежурство начнётся после пяти, так что попусту не донимал.
А едва я заступил на вахту в
