тому же
талантливый, – сказала Матильда саркастично.
– Когда я это прочитал, – сказал рекламный агент, которого звали Роланд, – я тут же невольно подумал о Рипли. Ну, знаете…
Джейк почувствовал, что у него запылало лицо.
– В смысле? – сказал Алессандро.
– Том Рипли. Талантливый мистер Рипли. Знаете эту книгу?
– Я смотрел фильм, – сказал Алессандро, и Джейк медленно выдохнул.
Никто, похоже, не провел параллель с колледжем Рипли, где он преподавал пару лет писательское мастерство по третьесортной программе.
– Вообще, я считаю, это что-то стремное, – продолжал Роланд. – Типа, называя вас плагиатором, он как бы говорит: А я способен на кое-что похуже.
– Ну, про плагиат он говорит только изредка, – сказала Вэнди. – В других местах он обвиняет тебя просто в том, что ты украл историю. «Эта история не твоя». Что вообще это может значить?
– Люди не сознают, – снова вступил Алессандро, – что нельзя застолбить сюжет. Даже название не подпадает под авторское право, с чем было бы гораздо проще иметь дело.
– Если бы существовало авторское право на сюжеты, вообще бы не было литературы, – сказала Вэнди. – Представьте, что кто-то застолбил бы право на: Мальчик встречает девочку, мальчик теряет девочку, мальчик возвращает девочку. Или: Герой, выросший в безвестности, обнаруживает, что он имеет огромное значение для эпической борьбы за власть. То есть это же абсурд!
– Ну, это, надо признать, очень конкретный сюжет. Думаю, ты сама говорила, Вэнди, что никогда еще не встречала такого, не только среди рукописей, но и как читательница.
Вэнди кивнула.
– Это верно.
– А ты что скажешь, Джейк?
Еще один вздох, еще одна ложь.
– Тоже. Никогда ничего подобного не читал.
– И думаю, вы бы такое запомнили! – сказала Матильда. – Если бы мне попалась рукопись с таким сюжетом, хоть когда-то, я бы отреагировала так же, как когда Джейк прислал свою рукопись. Пусть бы даже такой автор прислал ее не мне, а другому агенту, любой агент был бы в восторге от книги с таким сюжетом. В конечном счете, я бы услышала о ней, как и все мы, из чего следует только одно – другой такой книги нет.
– Если только ненаписанная, – сказал Джейк неожиданно для себя.
Все посмотрели на него.
– Что вы имеете в виду? – сказал Алессандро.
– Ну, полагаю, существует вероятность, что у какого-то писателя могла быть такая идея для романа, но он его так и не написал.
– Куда деваться! – Матильда всплеснула руками. – Нам что теперь, принимать в расчет всех, у кого есть идея для романа, просто некогда было взять его и написать? Знаете, сколько людей ко мне обращаются и говорят, что у них потрясающий сюжет для романа?
– Представляю, – сказала Вэнди со вздохом.
– И знаете, что я им говорю? Я говорю: «Фантастика! Как только напишете, присылайте мне». И догадайтесь, сколько из них прислали?
«Ставлю на ноль», – подумал Джейк.
– Ни одного! Почти за двадцать лет, что я работаю агентом! Так что предположим, есть еще кто-то, у кого возникла такая идея. Просто предположим! Только у него не дошли руки написать свой паршивый роман, и теперь он вызверился на другого человека, настоящего писателя, который это сделал! И наверняка куда как лучше, чем смог бы он сам. Так что вот. В другой раз будет расторопнее.
– Матильда, – Вэнди снова вздохнула; несмотря на ее подавленное состояние, они были старыми подругами, – я с тобой совершенно согласна. За этим мы здесь и собрались – защитить Джейка.
– Но мы не можем запретить людям трепать языком в интернете, – сказал Джейк бодро. – Иначе не стало бы интернета. Не лучше ли просто проигнорировать это?
Адвокат пожал плечами.
– Мы до сих пор игнорировали, но этот тип не думает униматься. Может, лучше попробовать не игнорировать?
– Что ж, и на что это будет похоже – не игнорировать? – сказал Джейк довольно резко, словно сердился (еще бы он не сердился!) – То есть зачем нам злить медведя?
– Если это медведь. Чаще всего такие ребята больше похожи на баранов, вылезающих на дорогу перед машиной. Посигналь им погромче, и они убегут. Какой-нибудь неудачник может быть храбрецом по ту сторону экрана, но если он заявляет или подразумевает заведомо ложные сведения, это уже не просто частное мнение, а клевета. Они не хотят, чтобы их имена появлялись в СМИ и, конечно, не хотят повестки в суд. Так что просто умолкают.
Джейк уловил проблеск надежды.
– И как вы это сделаете?
– Напишем в комментариях что-нибудь в официальной манере. Клевета, вторжение в личную жизнь, очернение репутации – все это основания для судебного иска. В то же время свяжемся с главными серверами и провайдерами и попросим удалить эти посты.
– И они это сделают? – спросил Джейк взволнованно.
Алессандро покачал головой.
– Обычно не делают, нет. Акт о соблюдении приличий в СМИ от тысяча девятьсот девяносто шестого года гласит, что нельзя привлекать к ответственности за клевету со стороны третьих лиц. Имеется в виду, в техническом плане, право на свободу слова, так что не подкопаешься. Но все они придерживаются неких моральных стандартов, и никто не хочет пострадать, защищая какого-то безвестного придурка, который, скорее всего, ни гроша не платит за их услуги, поэтому нам иногда везет, и этого бывает достаточно. Мы стараемся, по возможности, заручиться поддержкой главного сервера, потому что нам нужно подчистить метаданные, а не только удалить посты. Если мы сейчас возьмем и загуглим «Джейкоб Финч-Боннер» плюс слово «вор», это сразу выскочит в первых строчках. Если загуглить имя Джейка и «плагиат», то же самое. Настройка оптимизации поисковой системы может уменьшить это, но будет гораздо проще, если мы заручимся поддержкой хозяина.
– Но погодите, – сказал Роланд, рекламщик. – Разве можно засудить кого-то, если вы не знаете, кто это?
– Подадим иск против Джона Доу[53]. Тем самым призовем его к ответственности. Можем также обратиться к провайдеру и попробовать получить регистрационные данные этого типа или даже сетевой адрес. Если это окажется общий компьютер, как в библиотеке, хорошего мало, но и такая информация может быть полезной. Если это исходит из жопы мира, может оказаться, что Джейк знает кого-то из жопы мира. Может, вы увели у него подружку в колледже или типа того.
Джейк попытался кивнуть. Он в жизни ни у кого не уводил подружку.
– А если это рабочий компьютер, тогда вообще прекрасно, потому что мы сможем указать в иске не только имя ответчика, но и имя его работодателя, а это уже довольно мощный рычаг. Этот малый храбрец, пока он невидимка, но, если он посчитает, что мы засудим его работодателей, можете мне поверить, он быстро заткнется и испарится.
– Я бы так и сделал! – сказал Роланд весело.
– Что ж, это… радует, –
