Алекс стоял на четвереньках посреди королевского ложа, слегка прогнувшись, выпятив упругую маленькую попку. И я даже не знаю, чего было в этой позе больше: развратной пошлости или милой беззащитности. Я осторожно опустился рядом с ним. Прошёлся руками по позвонкам, нежно лаская выступающие косточки. Прошёлся языком по ямочкам на пояснице, слегка прикусил белые ягодицы и, раздвинув их, приник к маленькому девственному входу.
- Ох, Люююсь, ох, - Алекс стонал, не сдерживаясь. Извиваясь всем телом, слегка подаваясь назад, самостоятельно насаживаясь на мой язык. А я продолжал ласкать его, прекрасно зная, какоё удовольствие он сейчас получает, и от этого всё сильнее возбуждаясь сам. Ал слегка опустился и потёрся об покрывало, я улыбнулся и перевернул его на спину.
- Зачем? – тихо выдохнул он мне в ухо, обнимая меня. – Ведь тебе бы так было удобнее.
- Хочу видеть тебя. Хочу видеть, как в твоих глазах полыхает желание, - я лёгкими поцелуями коснулся его глаз. - Хочу видеть, как алеют твои щёчки, - прошёлся губами по ним. – Как ты прикусываешь свои губы в порыве наслаждения, и они из розовых становятся красными. – Я приник к его губам, раздвигая их языком, проникая к нему в рот. Лаская и слегка прикусывая маленький юркий язычок. – Хочу видеть твою тонкую шейку, - прикусил на ней кожу и тут же оставил пламенеющий засос, как метку. Моё. – Хочу видеть тебя всего.
Мои руки заскользили по его телу, слегка запутались в мягких волосках в паху. Наконец, нашли то, к чему стремились. Я обхватил его возбуждение, почувствовав под руками горячую бархатистую кожу. Провёл по стволу вверх и вниз. Алекс слегка вскрикнул и толкнулся мне в кулак, а я с садистским удовлетворением оставил его плоть и отправился рукой ниже. Прогулялся пальцем по сжавшемуся анусу и вспомнил про смазку. Набрал её на пальцы и, наконец, скользнул внутрь. Погладил гладкие горячие стеночки и нашёл маленький бугорок. Провёл по нему и моя фея, хрипло закричав, выгнулась.
- Страстный, - прошептал я, целуя его живот и продолжая ласкать изнутри, добавив к первому пальцу второй, - маленький и страстный. Покричи для меня, Дюймовочка.
Я намеренно каждым движением пальцев задевал простату, заставляя Ала заходиться в крике. Он уже сам насаживался на мои пальцы, бесстыдно раздвинув ноги, как можно шире, облегчая мне доступ. В его глазах полыхала страсть, а руки вцепились в мои плечи с такой силой, что оставляли кровавые ранки. Но я не чувствовал боли, наслаждаясь его открытостью, его бушующей страстью. Наслаждаясь им.
- Пожалуйста, милый, пожалуйста. Сделай меня своим, - тихая мольба, слетевшая с его губ, послужила спусковым крючком.
Я, больше не сдерживаясь, отпустил себя, позволив себе не только дарить наслаждение, но и наслаждаться самому. Толкнулся в манящую глубину. Медленно, стараясь не причинить ненужной боли. Толчок и одинокая слеза вытекла из-под его сомкнутых ресниц. Я наклонился и слизал её:
- Потерпи, маленький. Потерпи совсем чуть-чуть.
Всё моё естество стремилось внутрь него. Заполнить, сделать своим. Навсегда. Ещё один толчок и я полностью погрузился в жаркое девственное тело, а Алекс с ещё большей силой вцепился в меня.
«Не торопиться», - мысль затмила все остальные. И я терпеливо ждал отклика с его стороны. Наконец, он всхлипнул и сделал движение мне на встречу. Я начал двигаться медленно, размеренно. Алекс подстраивался под мой ритм, но скоро ему стало не хватать его.
- Быстрее, - вскрик, - быстрее.
И я повиновался ангелу, бьющемуся подо мной. Он отдавался с такой страстной неудержимостью, что я потерялся в ощущениях. Наши эмоции смешались, мой разум уже не мог отделить, где мои, а где его. Он отдавал себя всего, без остатка. Так открыто и доверчиво. И я знал, что никогда не смогу обмануть его доверие.
Толчки становились всё быстрее, Ал уже кричал в полный голос, срывая его, но даже не замечая этого. Его тело горело, прижимаясь к моему. Я чувствовал, что долго не продержусь, ещё чуть-чуть и всё. Обхватил член моего мальчика, и начал ласкать его в такт своих движений. Алекс выгнулся, ещё сильнее прижимаясь ко мне. Прочертил ногтями кровавые полосы на моей спине и забился в оргазме. Его тело сотрясалось в судорогах, а сорванный голос шептал:
- Мой, ты мой. Никому не отдам. Никому. Люська!
И слушая этот хриплый страстный голос, я не выдержал, мир на секунду померк, а потом разлетелся искрящимися хрустальными гранями, в каждой их которых был осколок радуги.
- Люблю, - тихо выдохнул я. – Люблю.
Возвращение в реальность было медленным и ленивым. Алекс удобно устроился у меня на плече и, мурлыкая, выводил узоры на моей груди.
- Скажи, - его голос оставался хриплым.
- Что тебе сказать? - я нежно поцеловал его в висок.
- Скажи, что я был неотразим и великолепен и что тебе ни с кем не было так хорошо как со мной, - он слегка приподнялся и заглянул в мои глаза.
- Ни с кем, - подтвердил я. – Ты у меня уникальное создание.
- Ура! – выдал этот невозможный ребёнок. – Я – уникум! Поклоняйтесь мне. Я красивее Олега?
- Угу, - я кивнул головой.
- И Женьки?
- И Женьки.
- И этого твоего Егора? - Ал презрительно скривил губы.
- Это вообще не обсуждается, - категорично сказал я.
- И Родьки? И Серёжки? И…
Я засмеялся:
- Даже всех самых красивых голливудских артистов. Маленькая птичка колибри. Самый красивый! Для меня.
- А больше ни для кого и не надо, - серьёзно сказал он.
Глава 20
Алекс.
Я проснулся в тёплых уютных объятиях. Было на удивление хорошо и спокойно. Прислушался к своим ощущениям. Поясницу предсказуемо тянуло, задница так же предсказуемо болела. На душе было светло и спокойно, словно там распустились цветы. В голове пусто-пусто. Короче, было охренительно хорошо.
