разом взмыла в воздух. На миг они застыли — координация такой массы призрачных птиц требовала времени. А спустя пару секунд устремились вперёд. Настоящей волной сверкающих золотом, раскалённых болидов.
Если честно, я считал, что сигнальные артефакты сработают ещё на первом, самом укреплённом рубеже.
Но нет — птицы проскользнули, даже не заметив его. Точно так же легко преодолели второй. Тревога поднялась лишь на третьем — завыли сирены, вспыхнули разворачивающиеся барьеры, на стенах замелькали силуэты часовых.
А мои эйдосы прошли дальше, врезавшись в напичканные артефактами стены. И погрузившись в бетон, ринулись к компонентам защитной системы.
Артефактов оказалось куда больше, чем я предполагал первоначально. Те немногие птицы, у которых хватало энергии для передачи данных, позволили оценить ситуацию более точно. Предприятие было пронизано сетью, как минимум из нескольких тысяч узлов.
Признаю — надёжный подход. Основательный. Но только не против меня.
Внутри каждого отправленного мной вперёд эйдоса была лигата. Простенькая, примитивная и не требующая большого объёма силы.
Вспомнив болотного отшельника, который каким-то чудом завербовался в Корпус, став наставником для молодых офицеров, я усмехнулся. Услышав о «примитиве», тот наверняка выдал бы целую матерную тираду. И был бы прав — узор пусть и являлся простым, но его эффективность зашкаливала.
По крайней мере в тех случаях, когда противник не был готов к подобному формату атаки. И никак не мог обеспечить от неё защиту. Ввиду того, что его Пробуждённые попросу не располагали нужными знаниями.
Лигаты, которые я поместил внутрь эйдосов уже вступили в контакт с защитными артефактами. Начав действовать и «разогревая» их.
И нет, это не выглядело как разрушение структуры, внешнее воздействие или иное возмущение. Учитывая, сколько ресурсов Цурабовы потратили на создание настолько мощной защитной сети, там наверняка имелись собственные стабилизирующие узлы. Которые легко бы обнаружили нечто подобное. Даже если бы не смогли противодействовать, то банально отсекли бы условно заражённую часть.
Поэтому я выбрал абсолютно иной метод атаки. Каждая из призрачных птиц буквально слилась с выбранным ею артефактом. Обеспечив запуск взаимодействия с лигатой. Те же были нацелены на работу с самой энергией, запечатанной внутри артефактов.
Суть была проста. Если Пробуждённые оперировали Изначальной силой в её чистом и первозданном виде, то накопление подобной мощи внутри артефактов требовало иного подхода. Грубо говоря, энергию нужно было упаковать. Разделить на компоненты, сжать и заставить находиться в стабильном состоянии. Не самая простая задача, стоит признать.
Если говорить о первых артефакторах, про которых слагали настоящие мифы, процент выживаемости среди них был крайне низким. Пожалуй, даже ниже, чем у тех безумцев, что в одиночку отправлялись на озёра к русалам, рассчитывая соблазнить одну из них и вернуться домой с невестой.
Тем не менее, эту проблему решили. Пусть ценой многих тысяч жизней, но способ был найден. Вернее, если говорить о текущем моменте, таких способов имелось множество. Навскидку я мог бы перечислить не меньше тридцати вариантов хранения энергии внутри артефактов.
В данном случае я имел дело с самым простым из них. Наиболее распространённым во всех мирах Сопряжённой Вселенной и дешёвым.
Лигаты, которые я поместил внутрь эйдосов, работали с этими самыми компонентами энергии — крохотными кирпичиками яростной мощи, что содержалась в каждом артефакте. Они не пытались нарушить сдерживающие их узоры и символы и не трогали структуру. Вместо этого, печати запустили реакцию самой Изначальной силы, дотягиваясь до тех мельчайших элементов, из которых она состояла. Тончайших, сложно поддающихся анализу и невидимых даже для Пробуждённых. Как минимум для той их части, что не прошла нужного обучения
Пожалуй, это можно было бы сравнить с ядерной реакцией. Только крайне медленной.
Вслед за первой волной птиц, вперёд устремилась вторая. И вот здесь защита Цурабовых всё-таки показала, что деньги на неё тратились не зря. Практически все эйдосы сгорели, столкнувшись с барьерами внешнего оборонного периметра. Правда, это произошло отнюдь не из-за того, что его создатели предусматривали возможность подобной атаки. Ситуация была банальной и простой — концентрация мощи в тех барьерах, что сейчас рассекали воздух, оказалась слишком высокой. Настолько, что призрачные создания просто не смогли её преодолеть.
Впрочем, я на это и не рассчитывал. Задача второй волны эйдосов была куда более прозаичной — обозначить защитникам предприятия сам факт атаки. Прямо сейчас они были взбудоражены сигналом тревоги и не понимали, что происходит. Что, естественно, заставляло их командира ломать голову. Любой бы на его месте задумался — как быть, если артефакты сигналят о нападении, а самого нападения нет, да и врагов на горизонте не видно?
При таких обстоятельствах любой толковый офицер стал бы подозревать худшее и попытался задействовать абсолютно все системы, которые имелись в его распоряжении. А учитывая ту ценность, которую завод представлял для фамилии Цурабовых, уверен, командира охраны они подобрали опытного. Да и протоколы, где была описана реакция на те или иные события, скорее всего, тоже составили.
Теперь же противник видел всплески силы на внешнем периметре и мог выдохнуть, связав сигнал тревоги с попыткой разведки. После чего переключиться на самый простой из вариантов — отражение прямого нападения на объект.
Спустя несколько секунд в воздух поднялась ещё одна группа призрачных крылатых созданий. На этот раз небольшая — всего около двадцати. Для обозначения атаки этого вполне хватало. Ещё один удар должны были нанести совсем другие мои «воины» — несколько сотен мелких крыс, которые устремились к заводу под землёй.
Естественно, там он тоже был защищён. Но любая подземная защита имеет свою специфику. Одно дело — выстроить барьер в воздухе, и совсем другое — развернуть его под землёй, прямо в грунте. Ты не можешь просто взять и рассечь почву тем же по своей мощи покровом, который прикрывает от воздушных атак. Это невозможно. Вернее, технически это реализуется довольно легко. Но вот последствия от запуска такого контура могут быть фатальными для тебя самого. В лучшем случае, здание просядет. В худшем — провалится под землю.
Поэтому подземную защиту выстраивали более аккуратно, стараясь разместить множество специфических и крайне чувствительных щитов, которые тонкой плёнкой пронизывали почву. Но при этом были надёжны — в случае контакта с любым угрожающим объектом барьер усиливался именно в той точке, где произошло касание. Надёжно останавливая прорыв.
Естественно, крысы не прошли. Это было бы возможно в самом начале, когда защита работала в пассивном режиме. Сейчас, после того как её вывели на пиковую мощность, о подобном не стоило и мечтать. Впрочем, мне этого и не требовалось. Суть была в том, чтобы вражеский командир получил подтверждение того, что
