Читаем без скачивания Переносная дверь - Том Холт

— Простите, что вы сказали?

— Великанов, — повторил мистер Тэннер. — Каз Сусловиц — великан, разве вы не?.. Нет, очевидно, нет.

— Но он же...

— Низенький великан, — решительно ответил мистер Тэннер. — С Джуди Кастельбьянко должно быть ясно даже таким, как вы.

— Нет, не ясно, — опасным тоном возразила Софи.

— КФ — сокращенное от Королевы Фей. Вы ведь знаете, кто такие феи? Намек: они живут под растениями в вашем саду, и я имею в виду не трубы для полива. Рик Червеубивец — Ritter des Heiligen Grals, что в переводе означает "Рыцарь Святого Грааля", чтоб вы знали, а ЧИДДВиИ — Член Института Дипломированных Драконоборцев Великобритании и Ирландии. Воинское звание у него тоже неподдельное, если считать Всадников Рохана настоящей армией. Вот, собственно, и все.

— А как же вы? — нахмурилась Софи. — Что значит "ГГ"? Мистер Тэннер просиял, показав множество необычных зубов.

— Главный гоблин.

Мгновение царила мертвая тишина, а потом Пол спросил:

— Прошу прощения, но что все это значит?

— Будет вам, — прищелкнул языком мистер Тэннер. — Ладно, начнем сверху. Хамфри Уэлс — колдун, в последнее время занимается в основном коммерческими сделками и банковскими расчетами, но все равно не потерял навыков в вызывании духов — в основном для клиентов с Дальнего Востока и из Штатов. Тео Ваншпее — вероятно, лучший на сегодняшний день чародей, работающий в частном секторе: главным образом искривления пространства-времени, много консультирует и, конечно, держит ушки на макушке относительно всяких там информационных технологий. Каз Сусловиц — почти на сто процентов строительство и гражданская инженерия, как и следовало ожидать. Джуди... ну, вполне очевидно, что она управляет портфелями наших клиентов в индустрии развлечений. Рик Червеубивец — наш домашний герой, занимается уничтожением вредителей. В основном драконов...

— Драконов, — повторил Пол.

— Драконов. Даже вы про драконов слышали.

— Да, но он не...

— Драконы, — устало объяснил мистер Тэннер, — притягивают накопленные богатства. В наши дни это по большей части музеи, галереи и, разумеется, банки. На этой неделе он поехал расчищать массированное заражение сейфов Credit Lyonnais[18], там надеются, что он успеет прикончить этих тварей прежде, чем евро рухнет на Уолл-стрит. А я, — с ухмылочкой добавил он, — гоблин, впрочем, это вы уже знаете.

Пол понимал, что мистер Тэннер ждет, чтобы кто-нибудь задал вопрос — почему бы тогда не ему?

— М-м-м... а что делают гоблины?

— Ах это! — Затушив сигару о ножку стула, мистер Тэннер тут же раскурил новую. — Гоблины живут в недрах земли, выкапывают гигантские туннели, которые тянутся до самой магмовой коры. Иными словами, — продолжал он, — минералы. А для краев, откуда я родом — в Новом Южном Уэльсе, — бокситы. Вот зачем, — добавил он с особенно гадкой ухмылкой, — я нанял вас.

— Меня? — У Пола отвисла челюсть.

— Вас-вас. Вы прирожденный лозоискатель, как вы только что доказали. Девяносто процентов верных попаданий. На самом деле это очень даже хорошо.

Пол не знал, что сказать.

— То есть фотографии участков пустыни... Мистер Тэннер кивнул.

— Вы смотрели на них и инстинктивно угадывали, где находятся залежи бокситов. Впрочем, не задирайте нос, за это мы вам и платим. А вот вы, — он повернулся к Софи, — Тео Ваншпее считает, что у вас все задатки провидицы. Из его уст это истинный комплимент, так что не забывайте.

— Польщена, — буркнула Софи. — Но спасибо, боюсь, меня это не интересует.

— Иными словами, вы не хотите? — переспросил мистер Тэннер.

— Вот именно.

Лицо мистера Тэннера растянулось в огромной зубастой улыбке, и, глядя на него, как похолодевшая от ужаса мышь на кошку, Пол счел, что определенно замечает семейное сходство.

— Вот только это не вам решать.

— Не мне? — вскинулась Софи.

— Не вам. Вы подписали контракт. Софи рассмеялась:

— Отлично. Так подайте на меня в суд. У меня шестьдесят фунтов на банковском счету и пятнадцать фунтов и сколько-то пенни на счету в почтовой службе, ах да, есть еще "Облигации выигрышного займа". Забирайте все, если хотите, но ноги моей тут больше не будет.

Мистер Тэннер покачал головой.

— Никогда не подписывайте юридические документы, предварительно их не прочитав, — посоветовал он. — Пункт три, параграф пять. Точной формулировки я не помню, но общий смысл сводится к следующему: если вы попытаетесь уволиться, мы можем заставить вас на нас работать тем способом, каким только пожелаем. — Его глаза сверкнули красным, в точности как у матушки. — А вам, поверьте, не захочется выяснить, как мы этого добиваемся.

— Я вам не верю, — покачала головой Софи.

— Правда? — Мистер Тэннер пожал плечами. — Тогда, должен вам с радостью сказать, вы не оставляете мне выбора. Так вот. Когда я трижды щелкну пальцами, вы снимете всю свою одежду и станцуете нам "Умирающего лебедя". Готовы?

Он щелкнул пальцами — раз, два, три. С третьим щелчком выражение лица Софи внезапно переменилось — от мрачного вызова к совершеннейшему и невыразимому ужасу. Ее пальцы растопырились, как морская звезда (так она силилась удержать руки по бокам), а потом поднялись к воротничку и медленно расстегнули верхнюю пуговицу.

— Не надо, — прошептала она. — Пожалуйста.

Мистер Тэннер рассмеялся. Для Пола это было уж слишком. Вскочив, он потянулся за степлером, но мистер Тэннер повернулся и поглядел на него. И тут же руку Пола прошила невыразимая боль, словно кто-то захватил ее раскаленными щипцами и потянул к лицу. Он смотрел, как его указательный палец выпрямился и начал неумолимо приближаться к его левой ноздре. Почувствовал, как он вонзился, и повернулся.

— Ладно, — выдохнул он, — ладно. Извините.

— Извинения приняты, — снисходительно буркнул мистер Тэннер и снова щелкнул пальцами, и тут же Пол и Софи почувствовали, как их руки расслабились и упали.

— И это я еще вас пожалел, — добавил мистер Тэннер. — Вам повезло, что у меня хорошее настроение. Иногда я бываю чертовски зол. Сомневаюсь, что вам это понравилось. Ах да, кстати! Если вам пришло в голову привлечь полицию или экономический суд, газеты или шоу Эстер Рэнтцен, я бы на вашем месте не беспокоился. Даже если бы вы сумели рассказать им о том, что, на ваш взгляд, тут сейчас произошло, вам никто не поверит. Но до этого не дойдет, потому что стоит вам открыть рот, попытаться отправить письмо — обычное или по электронной почте, — вы окажетесь на корточках на полу и, держа во рту большой палец, будете распевать "Передай привет Бродвею". Я придерживаюсь мнения, что быть распоследней сволочью это не просто работа, а призвание.

Если бы кто-нибудь до сего дня спросил Пола про ужас, он сказал бы, мол, и так прекрасно знает, что значит быть испуганным: он и без вас знает, что значит бояться собственной тени, мог бы даже написать на эту тему диплом: страх высоты, страх перед пауками, полетами, страх быть избитым, быть на чем-нибудь пойманным, страх опоздать, быть осмеянным, страх перед уховертками, громким шумом, страх почти перед всем на свете, что подвернется вам на язык, за исключением Мэри Поппинс и овсянки на завтрак. Но сидя на стойке секретаря и глядя на мистера Тэннера, он осознал, что о страхе знает ровно столько, сколько шмель о полетах на Андромеду. Быстрый косой взгляд сказал ему, что мысли Софи бегут приблизительно в том же направлении. В любых других обстоятельствах открытие, что их что-то связывает, бесконечно его бы обрадовало. Но в данном случае это как будто утратило всякое значение.

— И вообще, — продолжал мистер Тэннер, — вы, возможно, думаете, что хотите свалить, но ошибаетесь. Как только вы оправитесь от этого глупого потрясения — вам ведь годами вдалбливали, что магии не существует, — то поймете, как вам повезло: вам представился шанс самой фантастической карьеры, о какой только можно мечтать. Подумайте об этом, ладно? Вы станете чародеями, научитесь творить волшебство. Да ведь от Сайгона до Гренландии найдется сто миллионов детишек, которые свои "плей-стейшн" бы отдали ради такого шанса. Поэтому, — дружелюбно улыбаясь, сказал главный гоблин, — поменьше кислых рож, побольше веселого энтузиазма. Мы счастливы? Потому что, если нет, — добавил он, — то скоро будем. Ну?

— Счастливы, — хором промямлили Пол и Софи.

— Радуемся, что нас ждет целая галактика увлекательных новых возможностей?

Они кивнули.

— Вот и молодцы. — Мистер Тэннер встал. — Извините, что отнял у вас время после работы, но думаю, сегодняшние занятия пошли вам на пользу. А теперь бегите и ровно до девяти утра в понедельник на глаза мне не показывайтесь. — Подойдя к двери, он вынул связку ключей. — Ах да, — вспомнил он, — и последнее, особенно это касается вас, миссис Петтингел. Гоблины не так уж сильно отличаются от людей. Напугайте их до чертиков, и, сами понимаете: они запаникуют. Оставьте их в покое, и они вас тоже донимать не станут. Крайне важно, чтобы вы не поссорились с данной колонией, потому что, как я только что сказал, на самом деле они наши домовладельцы. Здание принадлежит им, а они сдают его нам за какой-то мизер при строгой договоренности, что мы заботимся о том, чтобы по окончании рабочего дня они могли выйти из туннелей, в которых живут, пошалить, повеселиться после того, как целый долгий день копали руду когтями, и чтобы никакие чертовы люди на них не напрыгивали и не пугали их до полусмерти. А еще так получилось, — мрачно добавил он, — что они члены семьи, и прошу вас, подумайте о том, что бы вы сами сказали, если бы огромные безобразные чужаки ворвались в гостиную ваших родителей и принялись толкать их и пихать. Честно говоря, это просто хороший тон и уважение к ближним. Понятно? — Отперев, он распахнул перед ними дверь. — Счастливого пути. Миссис Петтингсл, если вы пошевелитесь и не станете слоняться без дела, то увидите, что вполне успеваете на автобус в 6. 05 от Лондонского моста на Денмарк-хилл, потому что он как раз на двадцать минут опаздывает. А это означает, что в "Спаниель и Ступку" вы попадете как раз к тому моменту, когда отыграет разогревающая команда, и уверяю вас, вы ничего не потеряли. — Он усмехнулся и оскорбительно подмигнул. — Хороших вам выходных. Будьте умничками.