Читаем без скачивания Пожиратель Богов. Часть 3 - Юрий Розин

— его слова прозвучали так, что казалось, будто сам воздух на мгновение застыл. Гегемоны, уже готовые друг друга растерзать, замедлились, обратив свои взгляды на него.

— Вы не видите, что происходит? — продолжил он, его глаза, словно две холодные звезды, окинули толпу. — Эти взрывы слишком синхронны, слишком точны. Это не акт агрессии, это диверсия!

Понтифик шагнул вперёд, к Варгату, его лицо было искажено гневом.

— Что значит диверсия? На что направленная? Взрывы повсюду в мирном городе — это не диверсия, это плевок в лицо нам всем! — его голос был похож на раскат грома, и я почувствовал, как энергия его ауры сгустилась вокруг него, как будто он собирался ударить.

Женщина со звёздами в глазах, представительница Спирали Арканы, тоже не осталась в стороне.

— А может быть это вы всё устроили? Я что-то не почувствовала ни одного взрыва с аурой Абсолютного Домена! — её слова были остры, как кинжал, и казалось, что она вот-вот бросится на Варгата.

Он лишь усмехнулся, его спокойствие явно раздражало окружающих.

— Если бы это был я, вы бы уже были мёртвы, — его голос был холоден, как лёд. — Я могу назвать десяток слабых мест в каждом из вас, которые можно было бы использовать, если бы я действительно хотел войны. Но всё это — лишь отвлекающий манёвр, чтобы мы уничтожили друг друга!

Гегемоны начали прислушиваться, хотя их лица ещё выражали сомнение. Их энергии, которые ещё секунду назад готовы были поглотить всё вокруг, начали успокаиваться, как будто Варгат и вправду смог до них достучаться.

Моя задача соответственно усложнялась. Варгат был не просто умен, он был хладнокровен и лишен главного греха большинства сильных мира сего — звездной болезни. Однако даже его слова не могли разрушить весь мой план. Нужно было лишь подождать.

Тем временем Варгат продолжил, его голос звучал всё увереннее.

— Мы должны объединиться, чтобы найти настоящую угрозу, а не уничтожать друг друга, как глупые дети!

В голове прозвучал голос Тириана.

«Взорвал всё, как и планировалось. Никто даже не заметил, пока не стало слишком поздно.»

Его слова сопровождались лёгкой усмешкой, и я представил, как он, вероятно, стоял где-то в тени, наблюдая за хаосом, который сам же и создал.

Затем включилась Эллиса, её голос был чуть напряжён, хоть она и старалась это скрыть.

«Моя часть выполнена. Взрывы на востоке прошли идеально — никаких случайных жертв.»

Я почувствовал, как она немного нервничала, но это было понятно — даже для неё, ветерана многих битв, такие операции требовали огромного напряжения.

Ариания лишь коротко сообщила:

«Запад чист. Никто не пострадал.»

Её мысли звучали устало. Я знал, что ей пришлось приложить немало сил, чтобы выполнить свою часть задачи помимо взрывов.

После них начали докладывать остальные, каждый кратко сообщая о своей части плана. Их мысли сливались в единый поток информации, и я внимательно слушал, анализируя каждое слово. Все прошло идеально, без ошибок. Я кивнул, хотя они и не могли этого видеть.

«Молодцы, все справились хорошо. Теперь следующий этап».

Их ответы были краткими и чёткими, без лишних слов. Они понимали, что каждая секунда сейчас на вес золота. Мысли о том, как всё идёт по плану, приносили мне удовлетворение.

Каждый из них был важной частью этой мозаики, и я знал, что без их слаженной работы ничего бы не получилось. Впрочем, что с участием Варгата, что без него, я изначально не думал, что спровоцировать всех этих древних монстров удастся так просто.

Они могли поорать друг на друга, могли потыкать пальцами, параллельно уничтожив несколько кварталов. Но они не были дураками и в конце концов пришли бы к тем же выводам, к каким их более быстро и аккуратно привел Варгат.

Вообще, манипулирование гегемонами Великих Душ было задачей почти невыполнимой. У них не было здесь близких, которым можно угрожать, их сила слишком велика для прямых угроз, и они слишком уверены в своей непобедимости.

Единственная слабость, которая у них была, — это их гордыня, раздутая до невероятных размеров. Каждый из них считает себя центром вселенной, вершиной эволюции, и это их делает предсказуемыми.

Их гордость была ключом ко всему. Именно она заставит их действовать так, как я хочу. Они не смогут просто отступить, потому что это будет выглядеть как поражение, а они никогда не признают себя побеждёнными.

Понтифик даже после того, как в целом успокоился и согласился с тем, что надо отнестись к происходящему более трезво, теперь начал вновь повышать голос, обвиняя Варгата в том, что он пытается манипулировать ситуацией.

Варгат сохранял спокойствие, но не мог полностью скрыть раздражение. Его холодный, расчётливый ум пытался успокоить их, но гордыня гегемонов была сильнее логики. Они не могли признать, что кто-то другой может быть прав.

А потом на планете фестиваля прогремело семнадцать новых взрывов.

Я наблюдал за происходящим через сеть магических зеркал, разбросанных по городам. Каждое из них было связано с моим сознанием, позволяя видеть всё одновременно.

Взрывы были синхронизированы с точностью до миллисекунды, как и планировалось. В каждом городе, предоставленном мировым скоплениям для обустройства здания штаб-квартир взлетали на воздух вместе с тысячами квадратных километров окружающего пространства.

Но не было ни криков, ни паники. Магия, которую мы встроили в устройства, сработала идеально. В момент взрыва все живые существа в радиусе поражения были мгновенно перенесены в духовный мир. Алистер постарался на славу.

В Божественном Царстве штаб-квартира представляла собой огромный храм, украшенный золотом и драгоценными камнями. Взрыв уничтожил его полностью, оставив только дымящиеся руины.

В Абсолютном Домене здание было построено из чёрного камня, поглощающего свет. Теперь от него осталась только воронка.

В Прекрасной Невозможности штаб-квартира была настоящим произведением искусства — парящий в воздухе замок из кристаллов. Взрыв превратил его в дождь осколков, сверкающих на солнце.

Каждый город, каждая штаб-квартира — всё было уничтожено с одинаковой точностью.

Я чувствовал, как энергия взрывов резонирует в моих костях. Это было не просто разрушение — это был символ. Мы атаковали не только здания, но и саму идею их власти.

Штаб-квартиры были не просто местами — они были символами силы мировых скоплений. И теперь эти символы лежали в руинах.

Но самое важное было в том, что никто не погиб. Это был ключевой момент. Если бы мы убили хоть одного невинного, это бы сразу настроило всех против нас. Но теперь, когда все живы, это выглядело как акт устрашения, а не террора.

Это