К вечеру 7-я румынская пехотная дивизия все же смогла проникнуть в глубь советской обороны на 1–1,5 км, в то время как 11-я и 3-я пехотные дивизии продвинулись на 800–1000 м. Но дальнейшее продвижение румынских войск вперед натолкнулось на ожесточенное сопротивление советских войск.
37-й румынский пехотный полк «Доробанць» с боями достиг северной окраины Михайловки, но не смог продвинуться далее. 14-й и 16-й пехотные полки попали под перекрестный огонь со стороны Михайловки и Карпова и понесли тяжелые потери. Командиры обоих полков были ранены.
Около 25 подбитых и сожженных танков остались за линией траншей и на нейтральной полосе. Несколько подбитых танков перетащили ночью тягачами в более удобное для осмотра место. Были организованы экскурсии для бойцов и журналистов, где «у вражеских танков, выведенных накануне из строя, делились с товарищами своим боевым опытом те, кто их поразил, – лучшие артиллеристы противотанкового дивизиона, пехотинцы, умело применявшие бутылки с зажигательной жидкостью и гранаты».
В телеграмме Военного совета Приморской армии командованию 95-й стрелковой дивизии говорилось: «Поздравляем с новым успехом. Объявить благодарность бойцам-героям, особенно артиллеристам противотанковых пушек и бойцам, уничтожающим танки бутылками с горючим. Отличившихся представьте к правительственной награде. Боевые подвиги защитников Одессы войдут в историю Отечественной войны как подвиг истинных героев, верных сынов великого советского народа»[165].
На усиление Западного сектора командованием было послано 700 бойцов, выписанных из госпиталей или только что призванных, и небольшой отряд моряков из резерва Одесской военно-морской базы.
19 августа в Западном секторе части 95-й стрелковой дивизии в упорных боях удерживали рубежи обороны, даже, местами, продвигаясь несколько вперед. Однако над войсками этого сектора нависла серьезная угроза удара с фланга в связи с тем, что была оставлена Беляевка и образовалась большая брешь в нашей обороне. В силу этих обстоятельств к исходу дня был отдан приказ об отходе войск Южного и Западного секторов на новые рубежи. Для пополнения потерь в дивизию было направлено 500 бойцов, но у них не было оружия… Не было оружия и у штаба обороны… 95-я стрелковая дивизия с приданным ей бронепоездом отводилась на линию Палиево – Выгода – хутор Петровский – перекресток дороги севернее Карсталя.
Более благоприятно для румынских частей складывалась ситуация на правом фланге (Южный сектор советской обороны), где наступали части 1-го румынского корпуса (гвардейская и пограничная дивизия). Им противостояли части 25-й стрелковой дивизии и 90-й полк 95-й стрелковой дивизии.
Румынским войскам удалось вклиниться в глубь советской обороны на 7 км и занять позиции к востоку от Толмачева. 5-й румынский пограничный полк занял усадьбу Кагарлык и отбросил советские войска к востоку от речки Барабой. Румынская гвардейская дивизия атаковала в направлении Кагарлыка и Мангейма, но не смогла прорваться в эти села. Под Блонским 9-й румынский полк, без артиллерийской подготовки, в 3.00 атаковал советские позиции и завязал ожесточенный бой с 241-м стрелковым полком за высоту 110.
К востоку от Хаджибейского лимана румынское наступление началось в 10.00 после двадцатиминутной артиллерийской подготовки. Румынская тактическая группа «Полковник Поенару» (35-й пехотный полк при поддержке 25-го артиллерийского батальона и 3-го батальона 23-го артполка) прорвала оборону 1-го полка морской пехоты, разорвала полк на две части и наступала в направлении 2 км к востоку от Малого Буялыка, 2 км юго-восточнее Старой Дофиновки, а 1-я румынская кавбригада – в направлении Булдынка– Чебанка[166].
Часть бойцов еще недавно грозного полка Осипова была прижата к морю и к лиману у сел Старая и Новая Дофиновка, другая часть грудью закрыла поселок Чебанка, где находилась советская дальнобойная батарея. Командарм направил на поддержку поредевшего полка Осипова караульный батальон и батальон связи ТУРа, а также группу одесских коммунистов, собранных по партийной мобилизации.
В течение 16–18 августа натиск вражеских дивизий на флангах и в центре фронта Приморской армии усиливался. Особенно тяжелая обстановка сложилась в Западном секторе обороны. В Восточном секторе обороны немцы несколько раз врывались в деревню Булдынка, но каждый раз после артналета береговых батарей их выбивала оттуда морская пехота. 18 августа немецкие части под Одессой начали передавать позиции румынским войскам – 11-й немецкой армии предстояло совершить бросок через Днепр – к Крыму, Донбассу и Кавказу. Смена немецких дивизий румынскими облегчила положение обороняющихся на Одесском плацдарме советских войск.
После 17 августа обострился конфликт между командующим Приморской армией Г.П. Софроновым и командующим Одесской военно-морской базой Г.В. Жуковым, да и командованием всего Черноморского флота. 18 августа адмирал Ф.С. Октябрьский отдал приказ коменданту Одесской военно-морской базы:
«1. На все отходящие из Одессы и Очакова пароходы, как военные, так и гражданские, сажать только раненых, женщин, детей и стариков.
2. Категорически запрещено принимать на корабли и вывозить из Одессы и Очакова не только военных, но и гражданских лиц, способных носить оружие, от 18 до 55 лет.
3. Учитывая, что дезертирство идет под видом всяких командировок, никаких документов для данной категории лиц не признавать, за исключением тех, которые приезжают в Одесскую В МБ или Приморскую армию из высших штабов или центральных учреждений. Всех задержанных возвращать к месту своей службы.
4. Разрешить организованный выезд рабочим и служащим, эвакуируемым по решению Государственного комитета обороны вместе со своими предприятиями.
5. Для выполнения этих приказаний организовать в порту контрольно-комендантскую службу»[167].
Одновременно Военный совет ЧФ доложил командующему Южным фронтом (в копиях – маршалу Буденному, адмиралу Кузнецову, маршалу Шапошникову), что «Военный совет Приморской армии начал эвакуацию войск из Одессы с оружием на транспортах, предназначенных для перевозки женщин, детей и ценных грузов. 16 августа на транспортах «Днепр», «Пестель», «Азов» и «Восток» Военным советом армии было направлено больше двух тысяч человек бойцов и командиров. С огромными трудностями удалось высадить их с транспортов, но все же 600 человек начсостава и бойцов с пулеметами, винтовками, гранатами и боезапасом были задержаны в Севастополе.
В одесском порту царил хаос, был огромный наплыв войск. Они требовали посадки на транспорты, причем предъявляли документы, подписанные начальником тыла и прокурором армии, Военным советом. Военный совет Приморской армии не собирается защищать Одессу до послед – него бойца, так как большое количество оружия вывозилось. Имея это оружие, можно было сформировать новые части из местного населения и поставить их на защиту города»[168].
В заключение Военный совет ЧФ просил главкома Юго-Западным направлением С.М. Буденного принять решительные меры к нарушителям дисциплины и заставить Военный совет Приморской армии навести порядок в армии и городе или отстранить тех руководителей, которые не выполняют решений высшего командования.
Начальник штаба ЧФ от имени командующего ЧФ приказал старшим морским начальникам в Феодосии и Керчи, а также командиру Новороссийской ВМБ и командующему Азовской военной флотилией создать в портах заградительные отряды для осмотра пассажиров и арестовывать военнослужащих, прибывших из Одессы, как дезертиров независимо от наличия документов, а о задержанных «одесситах» доносить в штаб флота.
Впрочем, еще 16 августа С.М. Буденный в докладе Ставке о положении войск Юго-Западного и Южного фронтов отмечал, что в связи с тем, «что Приморская армия оставлена для обороны Одессы, возникли трудности с ее управлением, питанием и организацией взаимодействия с флотом, поэтому я прошу Приморскую армию переподчинить командующему ЧФ, назначив в помощь последнему грамотного командира по наземным войскам. Прошу Ставку Верховного Командования дать указание по затронутым вопросам»[169].
Противостояние флотских и армейских начальников закончилось передачей командования в руки военных моряков.
Утром 19 августа была получена директива Ставки Верховного главнокомандования о создании Одесского оборонительного района (OOP). В его состав включались силы Приморской армии, Одесской военно-морской базы и приданные ей корабли ЧФ. Одновременно все силы и средства OOP переподчинялись Военному совету ЧФ. Высшим и единым органом командования на Одесском плацдарме стал Военный совет Одесского оборонительного района. Командующим войсками оборонительного района был назначен командир Одесской военно-морской базы контр-адмирал Г.В. Жуков.
