Дернулся к лошадям, догнала мысль: и куда ты рванешь? На юг? Парень, ты на острове. Большом, протяженном, но все же острове, отделенном от земли людей широченным проливом. Но тебе даже не туда, ведь Южное море еще дальше — меж землей людей и черным континентом!
Какое-то время я метался рядом с землянкой не понимая, что делать. Но что-то надо, надо, надо!!! Учитывая, что я выскочил босиком и в одной рубашке, в которой обычно спал, быстро замерз, спустился в показавшееся с ночного холода теплым помещение. Завалился на свою охапку сена, между храпящим Фритьефом и Лейвом. Сон не шел, уставившись в потолок стал размышлять.
Так, Гера, ты же не импульсивное дитя природы, ты человек другого мира, в котором правит информация. А ты, между прочим, учился с этой информацией работать! Даже в проекторной группе был, стажером. Давай-ка прикинем, итак.
Цель.
Цель — вернуться домой, что еще?…
Нет, не так. Это слишком глобально, это не поддается систематизации и целеполаганию. Это вообще — конечный результат. Сейчас моя цель — найти этих долбанных «Странников». Просто найти, уговорить — будет следующая цель. Чтоб уговорить, нужны аргументы, нужны какие-то зацепочки, сомневаюсь, чтоб эти странники, встречали каждого, к ним пришедшего: «привет, чего хотел? — А отведите меня туда-то. — Ок! Пойдем!»
Значит цель — найти, цель «уговорить», будет потом.
Предполагаемое место — остров в Южном море. Что за море, что за остров? Как попасть? — это информация, которую надо выяснить.
Итак, задачи: первая — получить максимум информации, вопросы я сформулировал.
Далее… Что далее? Как там говорил наш тимлид, руководитель проекта? «Задачи — это ступеньки к цели!» Вот — мне полюбому нужно попасть за море, и поскольку самолетов, и прочих летающих ковриков здесь еще не придумали, вариант один — плыть.
Плыть по морю… Черт. После того, как я услышал, что орки тонут в воде как камень? Бр-р-р-р. Хорошо, что я не знал, когда на лодке выходили прах Брана топить. Усмехнулся про себя, то-то Йорген сидел бледный, в борта вцепившийся! А мужики-хирдманы ничего, привычные…
Задумался. Ведь все, кто ходит в набеги — ходят по морю. Блин, реально бесстрашные лю… орки. Лично я, в свете новых обстоятельств к воде теперь наверно побоюсь подойти. Хотя…
Другая мысль пришла в голову — ведь в Средние века, и даже раньше, как-то по морю ходили? У нас, на Земле. А окажись за бортом где-то посередь Атлантики… да тем более — Северной, где насколько помню всякие фильмы, человек в воде замерзал в считанные минуты… Да-а-а… Что камнем на дно, что в ледышку — разница небольшая. Кстати, вот! Подводники! Те вообще под водой ходят! В какую-нибудь Первую, да и во Вторую мировую — бах рядом глубинная бомба — и «ага» сказать не успеешь!
Блин, все равно как-то ссыкотно. С другой стороны… Покосился в сторону Фритьефа. Вот он, к примеру, ходил же в походы? И ничего, до сих пор не утоп. А Варди с Хроком, и в конце концов Бран, отец в смысле? Вообще-то я слышал только про одного за борт свалившегося…
Правда опять же — ошибка выжившего. Знаю я только о тех, кто выжил. А сколько потонуло?… Хм, но не должны же они тонуть через одного? При такой статистике вряд ли было бы много охочих в походы ходить…
Кстати… Слабая надежда мягкой лапкой поскреблась в сознание. Орки тонут, потому что у них очень прочные, сиречь плотные кости. Да и мышцы наверно плотнее, чем у остальных, что дает нам силу не сопоставимую. Сам удивлялся, какие грузы мне удавалось поднимать, и это я еще слабаком считаюсь. Но я-то… Но я-то — полукровка! Как все говорят — «щуплый»? «Кости тонкие»? А может?…
Блин, надо проверять, сам я тоже на дно кирпичом, или все ж смогу удержаться?
Итак, задача номер два — проверить теорию о том, что я смогу плавать. Все же умея плавать, в море идти куда как спокойнее.
А это — задача номер три: попасть на корабль.
Я вздохнул. Да уж. Я пока знаю только две категории плавсостава — походники и торговцы. Идти, тыкать железом в себе подобных? Ну уж нет, я — пацифист. А еще не люблю, когда мной командуют! Значит что? Значит — здравствуй-здравствуй торговый флот, жди в ближайшем будущем нового морячка!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я вспомнил грузовые когги. А что? На вид вполне себе мореходные лоханки: шире драккаров, высокие борта. Опять же — товары возить при высоких рисках утонуть не будет ни один здравомыслящий торгаш. Это ж какую наценку тогда надо делать, чтоб перекрыть риск потери большей части закупленного товара! Я улыбнулся — да и торговаться я оказывается могу не хуже местных, считаю быстро… Короче — буду торговцем.
Так, прикину-ка направление действий по попаданию в торговцы. Мне надо в Борг, а не торчать здесь на пастбище! Так что Фритьеф — обломись. Завтра я уезжаю с тобой! Надо будет напомнить Хруту, что он хотел меня к закупкам приставить. Помощником. Пускай и помощником, лишь бы поближе к торговым лавкам Борга…
Другая мысль пришла на ум как отрезвляющая оплеуха — ну вот доберешься ты до Борга, придешь в лавку и что? Дяденьки, возьмите меня на корабль?… Бред! С какого перепугу? «Дяденьки» посмеются как над юродивым, да прогонят. Не-е-ет, надо входить к ним равным партнером, опять же — на что я могу рассчитывать, нанимаясь кем-то типа юнги? Что меня отвезут туда, куда попрошу? Беззвучно рассмеялся — аж самому смешно! А что нужно, чтоб торговец взял тебя к себе равным партнером?
Ответ был очевиден — деньги. Которых у меня нет. Точка.
Блин, я заворочался. И что делать? Где взять деньги?
Но тут похоже запал моей проектной деятельности иссяк, веки стали тяжелеть, мысли путаться. Решив, что больше ничего сегодня не придумаю, я позволил Морфею унести себя в его царство.
***
На утро я легко попрощался с Фритьефом и Лейвом.
— Там я тебе оставил одежду, — гигант кивнул в сторону землянки, — на первое время. До снега все равно еще раз надо будет к Гунару ехать, тогда и зимнюю привезу.
— Кстати, Фритьеф, — я тормознул уже отъезжавшего ветерана, — передай Хруту, что я бы сопроводил его в Борг, если соберется.
— Зачем тебе?
— Ты просто, передай.
Фритьеф пожал плечами, что-то угукнул себе под нос, и небольшой караван, где теперь вместо меня на замыкающей лошади ехал сынишка Хрута тронулся в путь. Итун шел пешком сзади.
Против моих ожиданий средняя лошадь снова оказалась загружена — с пастбища увозили сыр и масло, которые как оказалось прямо здесь же делал Фроди из молока коз и овец.
— И что мне делать? — выжидательно повернулся я к Фроди, когда они скрылись за ближайшим холмом.
— А что хочешь!
Ни фига себе! Я удивленно уставился на легкомысленно пожимающего плечами пастуха. Наконец он снизошел до пояснений.
— Сейчас работы почитай никакой. Хотя… — взглянул внимательно, — Доить умеешь?
— Чего? — я даже не понял, что меня спрашивают
— Понятно, — вздохнул Фроди, — тогда действительно никакой.
— Но ты же говорил Фритьефу…
— Да мало ли что я ему говорил, — отмахнулся пастух, — я Итуна не хотел отпускать.
— Раба?
— Итуна, — с нажимом уточнил Фроди, — он, как бы тебе странно не показалось, тоже орк. Живой, думающий. Это для вас раб — вещь, а для меня, здесь, Итун прежде всего напарник, который если что спину будет прикрывать!
— Но ведь… — я замялся, вспоминая то, что мне рассказывали, — рабу же не положено оружие! Если раб возьмет в руки оружие, даже защищая хозяина — его потом убьют!
— Да, да, да, — закивал гривой старый пастух, — и даже если на его хозяина нападают, раб должен стоять в сторонке, дескать это разборки вольных, а кто победит, тот и будет новым… или старым хозяином… Все так. Только парень, — он взглянул мне в глаза, — те же волки или медведь не особо разбирают: раб ты, свободный, или вообще — высокородный. Схавают и раба и ярла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он хотел было пойти, сделал шаг, повернулся:
— И не слушай никого, парень — так боги распорядились, так на небе решили… Я думаю, все это чушь, отговорки и способ успокоить совесть.
