Читаем без скачивания Стоунхендж. Загадки мегалитов - Питер Браун

Камни, которые нашли под покровом земли в период между 1925 и 1939 годами, были установлены на прежних позициях, где это было возможно. Один из зарытых камней современные ему участники раскопок датировали началом XIV века. Этот камень, очевидно, соскользнул раньше времени в подготовленную для него яму и при этом раздавил брадобрея, который участвовал в разрушении этого камня, не осознавая связанной с этим опасности. Его скелет и был найден под камнем. На профессию погибшего указывали ножницы, а на дату смерти – монеты, найденные нетронутыми в его кошельке. Но гораздо более деструктивная фаза разрушения камней с использованием метода огня и воды началась уже позже, во времена Стакли. Самое раннее разрушение камней, несомненно, мотивировалось нападками ранней церкви на использование языческих святынь еще во времена англосаксов. Последующие разрушения были вызваны экономическими причинами. Поля очищали от камней для более эффективного ведения хозяйства, а менгиры оказались прекрасным источником строительных материалов. Стакли насчитал в авеню семьдесят два сарсена, но в 1920-х годах только девятнадцать из них оставались на своих местах.

Вторая авеню, известная как Бэкхемптон-авеню, по свидетельству Стакли, доходила до кругов сарсенов с юго-запада и была отмечена двумя камнями (известными как «Адам» и «Ева»). Позже было принято считать, что стоящие камни Бэкхемптона представляют собой остатки отдельного каменного круга с авеню. Стакли полагал, что они существовали прежде, и так описывал их: «Бэкхемптон-авеню тянется от города Эйвбери в западной точке и проходит по южной стороне погоста. Два камня лежат справа от дома приходского священника. Как отмечено на земляном плане Эйвбери, камни напротив них, на пастбище, были убраны в 1702 году. Рубен Хорсел помнит, как на пастбище стояли три камня. Один сейчас лежит на полу дома. Чуть дальше другой камень лежит на углу следующего дома справа, у тропинки, поворачивающей направо к мосту. Еще один был разбит на куски для строительства этого дома в 1714 году. Еще два камня лежат слева напротив. Затем авеню проходит мимо моста с южной стороны. Большинство тамошних камней было использовано для строительства моста и подходов к нему...»

В своей работе «Британские и римские древности Северного Вильтшира» (1884) Смит, дополняя описание Бэкхемптона, пишет: «Более того, у нас есть свидетельства существования авеню, шедшей в этом направлении, о чем можно судить по фрагментам сарсенов, которые до сих пор можно там видеть, как писал преподобный Брайан Кинг в своих заметках на эту тему (Wiltshire Magazine, № 26)». Сам же Кинг пишет: «Начиная от стен погоста и церкви, а также от феодального поместья с его пристройками, на всем протяжении полумили от земляных сооружений у западной части Эйвбери, до угла большого поля, на котором сейчас стоят два больших камня у Бэкхемптона, осталось лишь небольшое число ярдов, не занятых дорогами, стенами или коттеджами, и все это построено из сарсеновых камней. Этого более чем достаточно, чтобы использовать все камни авеню Бэкхемптона».

После посещения Эйвбери Локьер заявлял, что так называемая Бэкхемптон-авеню и «Бухта» («Логово дьявола» внутри центрального, внутреннего круга сарсенов) – обе были ориентированы на Майский восход Солнца и Майские церемонии, в то время как Вест-Кеннет-авеню предназначалась для наблюдения за восходом альфы Центавра (Rigel Kent), утренней звезды, предвещающей ноябрьский восход Солнца.

В период современного восстановления монумента Кейллер исправил раннее ошибочное мнение о том, что сарсены, формировавшие Вест-Кеннет-авеню, представляли собой лишь простые грубые и неотесанные каменные блоки. Он доказал, что эти мегалиты были намеренно обработаны, чтобы придать им конкретные требуемые формы. На некоторых сарсенах высечены орнаментальные рисунки бронзового века, известные как «чашка и кольцо». Они состоят из нерегулярных двойных концентрических кругов, окружающих пару углублений. Для самых ранних таких рисунков, похоже, использовались естественные углубления, характерные для сарсеновых камней, а более поздние, предположительно, имеют полностью искусственное происхождение.

Раскопки Кейллера показали, что авеню пересекала границы полей, относящихся к комплексу раннего железного века, а также римские поля. Это было неоспоримым свидетельством того, что значение святилища Эйвбери и путь к нему или из него были забыты уже ко времени раннего железного века. Вот что отмечал сам Кейллер: «...современники друидов, насмотревшись на величественные процессии ярко украшенных белой омелой жрецов в белых одеяниях, шествовавших вдоль авеню, потом вспахивали свои поля, пересекая его линию, и откалывали куски от заброшенных упавших камней...»

Результаты исследования убедили Тома в том, что этот объект был создан с точностью приблизительно 1 к 1000. Это было весьма амбициозной задачей для человека времен мегалита. По заявлению Тома, такой точности сегодня могут добиться только опытные топографы, оснащенные хорошим оптическим оборудованием. Однако, судя по опыту самого автора, бригада современных топографов даже без оптического теодолита может достичь такой же метрической точности в замкнутом полигональном ходе, используя только металлическую цепь.

Высокое мнение Тома о возможностях мегалитического человека не ново в контексте истории – в этом случае сразу же всплывает в памяти пример пирамид. Проведенное Флиндерсом Питри точное топографическое исследование Великой пирамиды, построенной Хеопсом (с. –2500), показало, что она ориентирована примерно с таким же градусом точности, какой Том приписывал строителям Эйвбери. Никто не может точно назвать метод, который использовали египетские топографы в период Старого царства. Известно лишь, что в более позднее время при ориентировании храмов для определения истинного азимута использовались звезды. В египетских текстах упоминаются звезды в созвездии Передней Ноги Быка (или Вола) и линейное приспособление, известное как merket. Вместе с тем методы, использовавшиеся до династий Нового царства, вполне могли быть более точными, но нигде мы не можем найти упоминаний о фактической технологии планирования строительства Великой пирамиды.

При определении истинного азимута астрономическими способами невооруженный глаз может дать точность от 1' до 2' дуги, даже при довольно ограниченной линии наблюдения. В качестве топографа, ответственного за определение истинного азимута с помощью астрономического метода для станций глобальной связи армии США в болотистой местности Йоркшира и Шотландии, автор этой книги часто экспериментировал с очень длинными линиями наблюдения и обнаружил, что в таких случаях невооруженный взгляд может определить азимут в пределах 1' дуги (проверено по показаниям теодолита). Единственным ограничением большей точности является разрешающая способность человеческого глаза, а люди, обладающие исключительно острым зрением, могут добиваться еще лучших результатов.

Проведенные Томом исследования британского объекта позволили предположить, что, в частности, три сложных круга демонстрируют дизайны, составляющие сложную конструкцию Эйвбери. Он считал, что геометрические конструкции этих кругов свидетельствуют о «мастерской технике» подбора дизайнов, включающих в себя «элегантную симметрию и пропорции, и в то же время «скрытое значение» того, что их интегральные параметры определены кратным значением к 2 1/2 МЯ. Подобный произвольный выбор таких слов, как «скрытое значение», вызывает некоторое сомнение у тех, кто знаком с навязчивыми идеями Пьяцци Смита о метрическом «скрытом» значении размеров и пропорций пирамид.

Том приводит пример уэльского круга Майл-тай-Уча (рис. 25) и считает, что здесь строители предприняли что-то совершенно отличное от того, что ранее пытались сделать в других местах. По словам Тома, они начали с круга диаметром 14 МЯ и, следовательно: 3 1/7×14 = 44 МЯ в окружности. Это, заключает он, не отвечало их целям, так как они хотели сделать периметр кратным 2 1/2 МЯ. Тогда, предположил Том, они придумали метод строительства уплощенных секций круга, которые с минимальными отклонениями сократили его до окружности в 42 1/2. Для этого требовалось минимум два радиуса, каждый из которых должен был быть интегральным. В добавление законченный круг для соответствия остальным должен был иметь ось симметрии. Но и это еще не все. По мнению Тома, чтобы установить азимут точки восхода звезды Денеб (альфа Лебедя), требовалось соблюсти еще одно внешнее условие. В рассматриваемое время Денеб восходил в азимуте 17,3°. По предположению Тома, строители хотели отразить это в своей конструкции так, чтобы пересечение осей указывало как на восходящую звезду, так и на истинный север. Но вместо азимута в 17,3° строители получили 18°. Он утверждает, что этот угол дополняет 72°, одну пятую от 360°. Хотя поздние греческие геометры показали, как строить угол в 72°, мегалитические строители могли добиться этого только методом проб и ошибок. Том показал, как это можно сделать, вычерчивая дуги на земле.