Рейф подмигнул ей и взял руку Пайпер в свою.
— Абдул будет в восторге. Он только и делал, что говорил о Тори с тех пор, как впервые увидел ее фотографию. Он сказал своим братьям, что ты неповторимая.
К сожалению, для нее ничего подобного не было. Даже если бы она могла получить троих, которых хотела, это недопустимо. Она не могла справиться со сложностями таких отношений так, как ее сестра справлялась.
Тори отошла и заняла свое место в конце группы.
— Тысяча евро за то, что сегодня вечером она не танцует ни с одним из них, — Талиб высокомерно ухмыльнулся своим братьям.
Они начали подниматься по лестнице. Впереди она заметила принцессу Алию и ее мужей, которых объявляли. Они вошли, Дейн впереди. По обе стороны от Алии ее окружили Лэндон и Купер. Она была защищена ими.
Мужья ее сестры войдут таким же построением, Талиб впереди.
И Тори будет замыкать тыл. Одна.
— Я принимаю ставку, — сказал Кейд.
— Не знаю. Кажется, Тал знает то, чего не знаем мы. Думаешь, наши гости будут проблемой? — Спросил Рейф когда они подошли к верхушке лестницы.
— Гости? — спросила Тори.
— У нас много гостей, — объяснил Тал. — Сегодня вечером мы будем праздновать основание Безакистана. Это должно быть прекрасным поводом. И очень занимательно. Пройдемте? Мальчики внизу с няней. Мы поприветствуем всех и позволим им ненадолго появиться.
Она так надеялась, что ее племянники нагадят на сановника. Или прессу. Это было бы весело. Может, теперь все ее клиенты должны быть младенцами. Они были милее большинства ее клиентов и редко устраивали такой большой беспорядок. Грязные попки Майкла и Сабира не имели ничего общего со скандалом Тарстон-Хьюзов.
Она последовала за своей семьей вверх по ступенькам. Наверху их представили гостям со всей подобающей пышностью и обстоятельностью. Когда они спустились в бальный зал, гости аплодировали и приветствовали королевскую семью. Тори надеялась, что никто не заметил, как она борется со своими туфлями. Пайпер выбрала великолепное платье без бретелек от Gucci сочного кремового цвета и потрясающие туфли от Charlotte Olympia, но платье было немного слишком длинным, а каблуки определенно были слишком высокими. И Тори пожалела, что у нее нет накидки. Ее декольте было гораздо более открытым, чем она бы хотела.
Дыши. Она старалась не смотреть на сверкающую толпу. В такие моменты она осознавала, как далеко зашла ее сестра. Пайпер была царственной, изящно управляя каждым шагом, улыбаясь и кивая толпе. Ей было не по себе от их внимания и трех мужчин, которые составляли ее мир. Тори готова поспорить, что ее сестра поступила бы иначе в ситуации с Оливером и Каллумом. Пайпер была сильной. Если бы ее застали в том конференц-зале с рукой Каллума на ее ха-ха, она бы не стояла там со стыдом. Она бы посоветовала Оливеру перестать ныть и присоединиться к ней или убираться к черту и позволить ей наслаждаться временем, проведенным с Каллумом. Пайпер, скорее всего, подошла бы прямо к Рори и поцеловала его, а затем диктовала бы правила всем троим.
Пайпер также могла выдержать бурю, которая последует.
Нет. Она решила. Она собиралась вернуться в Техас. Она согласится на работу в «Блэк Оук Ойл», которую ей предложили меньше часа назад. В конце концов, она найдет хорошего парня и будет жить спокойной жизнью. Таков был ее жизненный темп. Без камер. Без папарацци. Без сумасшедших заголовков. Только она, хороший мужчина и очень нормальные дети.
Она добралась до края последней ступеньки, сосредоточив внимание на задней части плеч Кадира, а не на ожидающем море лиц, когда отпустила край своего платья. Потом она как-то наступила на подол. Когда она потеряла равновесие и начала падать, она услышала вздохи толпы. Вспыхнули вспышки, и Тори увидела заголовок: «Королевский праздник испорчен неуклюжей сестрой». Она вот-вот сломает ногу. Она не могла смотреть. Ее лодыжка скручивалась, когда она падала.
Прямо перед тем, как она упала на пол, мускулистые руки окружили ее, удерживая от падения. Она открыла глаза, готовая поблагодарить брата аль-Муссада, который поймал ее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— С тобой все в порядке, милая? — взгляд Рори проник в ее.
Рори здесь? Или она спустилась головой вниз по лестнице и проломила себе череп? Видела ли она теперь потустороннее? Возможно, у нее сотрясение мозга. Может ли оно вызывать реалистичные видения?
— Любимая? — еще один знакомый голос раздался в ушах. Каллум.
Снова засверкали вспышки. Вокруг раздавались шепот и вздохи.
— Минди, что случилось? — Пайпер повернулась к ней, затем послала предупреждающий взгляд Рори и Каллуму. — Что вы двое здесь делаете?
По крайней мере, ее сестра не знала.
Тори попыталась встать на ноги, но руки Рори сжались вокруг нее.
— Они мои гости, — Талиб взял Пайпер за руку. — И они, похоже, держат ситуацию в своих руках. Джентльмены, я предлагаю вам отвести ее в уединенное место для беседы. Это воссоединение не требует зевак.
Талиб знал, черт его подери. Она вырвалась из рук Рори, пытаясь найти равновесие в тесном платье.
— Твои гости? Ты пригласил их?
— Тори, пожалуйста. Пресса, — прошептала Пайпер.
Она огляделась. Все смотрели. Оливер пробирался через толпу, нахмурившись. Вся банда здесь. Ура. Все они станут свидетелями ее унижения.
Оливер шагнул вперед и потянулся к ее лифу.
Она шлепнула по его руке.
— Что ты делаешь?
— Засовываю сосок обратно в платье. Думаю, у прессы более чем достаточно фотографий, — пояснил он как ни в чем не бывало.
— Боже, — когда она упала, часть ее правой груди выскочила наружу.
— Рафик, пожалуйста, пусть оркестр начинает как можно скорее, — пробормотал Талиб.
Пайпер пыталась отойти от него.
— Я нужна своей сестре.
Тал наклонился, его голос был тихим, но Тори могла его слышать.
— Репортеры последуют за тобой, дорогая. У твоей сестры есть помощник. Позволь ее мужчинам делать свою работу. Это просьба, хабиби. Не заставляй меня командовать тем, что, как ты знаешь, правильно.
Пайпер кивнула и слегка улыбнулась Тори.
— Все будет хорошо, — она повернулась к толпе. — Я думаю, пришло время собрать принцев для фотосессии.
Как только она махнула рукой, няня вывела двух принцев вперед. Конечно же, всеобщее внимание сразу же переключилось на очаровательных королевских детей. Ее сестра и Талиб держали мальчиков для фотографий, пока Рейф и Кадир приступили к устранению повреждений.
— Я постараюсь сохранить изображения, но не могу забрать каждую камеру, — Кейд направился к репортерам.
Она все испортила.
Тори повернулась, чтобы подняться по лестнице. Будь она тем человеком, на кого обычно работает, она бы приказала себе поправить платье, наклеить улыбку и танцевать с высоко поднятой головой. Лучше посмеяться над ошибкой, чем позволить публике увидеть, как ты плачешь. Возможно, она смогла бы это сделать, если бы у нее был личный опыт в этом, и никто не видел, какой неуклюжей и некрасивой она была.
Рори схватил ее за руку.
— Ты не уйдешь.
В ней вспыхнул гнев. Уйти лучше, чем пережить ужасное унижение.
— Ты не имеешь права управлять моими решениями.
Каллум внезапно оказался рядом с ней, будто готовый остановить ее, если она еще дальше поднимется по лестнице.
— Дорогая, нам нужно потанцевать. Улыбнись и поговори с журналистами. С тобой не случилось ничего такого, чего не случилось с каждой звездочкой Голливуда. У тебя произошла авария с гардеробом. Это не конец света.
— Не твоя грудь будет завтра во всех газетах, — прошипела она в ответ.
Глаза Каллума стали арктическими холодными.
— Черт возьми, нет. А теперь перестань вести себя как мальчишка, или я брошу тебя через колено и дам прессе реальный повод.
Оливер стоял у подножия лестницы, наблюдая за ними.
— Хотя это может быть забавно, я думаю, мы должны отшлепать ее наедине. У меня есть право голоса? Мы не говорили об этом. Это демократический менаж?
О чем Оливер говорит?
