— Не понял, — теперь сглупил Архип.
— Если бы ты про свет не ответил, она бы в мысли полезла. Все, давай спать.
— Точно. Это единственное, что ее интересовало. Ну все, спокойной ночи.
Попутка встретилась за полдень, во вторую дневную четверть.
Чик сидел рядом с трассой в тени небольшого куста, отдыхал и страдал от жажды. Ужасно хотелось пить. Жара стояла неимоверная, будто середина лета, а не ранняя весна. Ни облачка, ни ветерочка, солнце палило нещадно. Как назло, родники вдоль дороги не попадались. Редколесье — почти степь, с водой проблема.
Из-за ближайшего поворота на буром единороге медленно выехал всадник, одетый в кирасу и шлем, с длинным изогнутым мечом на поясе, с щитом и луком, притороченными к седлу. Резко остановил животное.
— Кеней, — крикнул он, одновременно закрываясь от Чика щитом и ловко выхватывая меч, — внимание! Незнакомец на дороге! Кто таков?! — Это уже Чику.
Над невысоким холмом с одиноко стоящим деревом, закрывавшим вид на дорогу, давно висела пыльная дымка, слышался далекий скрип колес и топот борков с единорогами. А может, и лошадей, таких тонкостей Чик не различал. Собственно, поэтому он и присел в тени куста, решил подождать, когда сами подъедут.
— Пить, — попросил бывший раб.
— Чего? Кто таков, я спрашиваю? — Охранник внимательно огляделся и медленно подъехал к незнакомцу.
На того было страшно смотреть. Лицо опухло от многочисленных порезов, через лохмотья проглядывали рубцы с ссадинами по всему телу.
— Не помню. Пи-и-ить.
В это время подскочил второй всадник на единороге зеленой масти, одетый в латы богаче, чем у первого, и выглядевший гораздо представительней. Сразу перехватил инициативу:
— Кто таков, оборванец, чего расселся!
— Пить дайте, ради всех богов! Не помню, кто я…
— Кто тебя избил, кого поджидаешь, — продолжил гнуть свою линию начальник, — где твои дружки! — С этими словами, не слезая с животного, стукнул Чика длинным мечом по голове. Плашмя, не сильно. Так, для профилактики.
Чик потер темечко:
— Здравствуйте, господа! Вот это прием! Я просто прошу пить, и я один, клянусь всеми богами! И ничего не помню, дарки вас раздери!
Оба всадника замерли, уставившись на незнакомца. Здесь очень серьезно относились к клятвам любым богом, а всеми сразу — тем более. Клятвопреступника могло покарать немедленно, могло позже, но покарает обязательно.
— Слышишь, Кеней, похоже, не врет, — сказал первый охранник, помоложе.
— Не тебе решать, — пробурчал второй, — дай ему попить, а я к хозяину. Пусть сам решает. — С этими словами ловко развернул единорога на задних копытах и скрылся за холмом. Шум большого каравана слышался уже очень громко. С секунды на секунду должна появиться первая повозка.
Первый охранник подал керамическую фляжку. Разрисованную каким-то мифическим сюжетом мини-амфору, заткнутую деревянной пробкой. Чик с жадностью присосался к горлышку. Вода показалась неимоверно вкусной.
— Как тебя угораздило? — безразлично поинтересовался охранник.
— Говорю же, не помню. — Напившись, Чик вернул флягу.
— Архип, — послышался голос Кенея, — двигай вперед, я сам им займусь.
Охранник, что-то буркнув под нос, поехал дальше, а Кеней лихо тормознул возле Чика. В это время из-за холма показалась первая повозка, кибитка, крытая тканью на дугах. Рядом ехал вооруженный всадник на единороге.
— Вставай, беспамятный, пойдем к хозяину, он решит, что с тобой делать.
Зачем идти, если можно подождать, когда этот самый хозяин сам подъедет? Но Чик не спорил, пошел вслед за ускакавшим всадником.
Караван из шести крытых тентом подвод и не подумал останавливаться ради Чика, тому приходилось быстро шагать, почти бежать рядом со средней кибиткой, внешне неотличимой от других, но внутри богато убранной коврами, с мягкими пуфиками и красивыми тумбочками. Хозяин сидел на пуфике перед откинутым с одной стороны тентом.
Звали его Дигон Богатый из Эритреи. Эритрея — местечко на юге княжества Пирена, которое на западном побережье Гелинского моря. Лет десять назад нелегкая судьба занесла торговца на восток ойкумены. Он прочно обосновался в Кафарии, в городе Горгона — торгово-ремесленном центре царства. Прозвище Богатый получил уже здесь благодаря умению пускать пыль в глаза, чем особо гордился. Прозвищем, не пылью. На самом деле бизнес шел совсем не блестяще, и этот караван с грузом тканей, кож и еще кое-чем совсем незаконным — его надежда на возвращение былого величия.
Рискнул, вложил почти все деньги, выбрал заброшенный маршрут, нанял солидную охрану, но со временем, как оказалось, не подгадал. Лооски раньше срока начали охоту за своими сокровищами. Согнали к пятну войска (боги, зачем им столько!), в итоге пришлось раскошеливаться. Две заставы поставили на забытой богами дороге, досматривали на предмет любых ценностей из леса (по давнему соглашению, на время операции «Лотос» пятно юридически становилось принадлежащей им), от этих досмотров и пришлось откупаться. Своя голова дороже. Если бы нашли «носители Силы», то голова с плеч — без вопросов. Повезло, как сказал ему по секрету гвардеец, берущий золото, что проезжал сегодня. Через день-два ни за какие деньги не откупился бы, сами жрицы на заставах встанут. Так что настроение от потери круглой суммы было соответствующее, а тут еще и оборванец. Кеней уверил, что засады нет, не приманка. Андрей проверил через астрал — подтвердил.
— Говоришь, не помнишь ни дарка? — переспросил, дабы оттянуть время решения судьбы незнакомца.
Не дослушав возмущенный ответ: «Да сколько можно!» — наклонил свое грузное тело к молодому парню, скрытому от глаз оборванца опущенным тентом. Он только-только очнулся из второго транса. «Ну?» — спросил одним взглядом. Тот, пожимая плечами, ответил шепотом:
— Чист. Меток нет, склонности к Силе тоже.
Андрей, ученик ордена Текущих, был нанят в поездку с целью магического сопровождения, а больше для солидности. На настоящего мага купец денег пожалел, чего скрывать, а этот задолжал круглую сумму, вот и пришлось ему прокатиться за списание долга. Наставники, у Текущих, пожалуй, самые либеральные из всех орденов, отпустили с радостью. Какая-никакая, а все же практика.
— А что у тебя в свертке? — спросил просто так, соображая, забирать его к себе в рабы или не стоит. Без метки, значит, полностью свободный, но кто знает, о чем вспомнит. А если архей? Мало ли что в лохмотьях.
Мысль промелькнула со скоростью молнии. Додумать не успел, ахнул. Два бивня ягодника солидных размеров! Да они стоят треть его официального груза! Бродяга останется здесь навсегда, решено.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
