Она была влажной, горячей и такой чёртовски нуждающейся. Восхитительные эндорфины затопили мозг и пронеслись по телу. Неукротимая сексуальная энергия захлестнула её, увлекая туда, где не было места логике или рациональному мышлению.
Она откинула голову назад, когда он схватил её за задницу и прижал свой толстый член к её клитору. Сексуальная агрессия исходила от него волнами, и он продолжал издавать негромкие рычания, которые полностью заводили её. Гортанные звуки пробудили в ней кошачью потребность.
Мила прикусила его губу.
— Трахни меня.
Его рот ухватился за её пульс и пососал. Она растаяла в нем, шёпотом указывая дорогу к своей спальне, пока он нёс её дальше в квартиру. В тот момент, когда он опустил её на матрас, она потянула его за рубашку.
— Сними.
Он подчинился ей, и, да, она была почти уверена, что почти кончила. Крепкие плечи, твёрдая грудь, пресс как стиральная доска. Каждый дюйм отточенных мышц. И когда он сбросил остальную одежду, обнажив ещё более подтянутую кожу, чётко очерченный V-образный торс и чёртовски впечатляющий член, она, возможно, слегка застонала от чистого удовольствия.
Когда он стягивал с неё джинсы и стринги, она воспользовалась моментом, чтобы полюбоваться очень подробной татуировкой красного китайского дракона, которая располагалась над его сердцем, проходила по плечу и обвивалась вокруг бицепса.
— Скажи мне, почему ты…
— Позже, — сказал он, стаскивая с неё лифчик.
Доминик скользнул взглядом по ней, впитывая каждую линию и изгиб. Она была стройной и подтянутой, с самой дерзкой грудью и изящными бёдрами. Её кожа была гладкой и блестящей… чёрт, ему захотелось укусить её.
— Красивая, — пророкотал он.
Обхватив ладонями её мягкие, как лепестки, груди, Доминик наклонился и втянул сосок в рот, наслаждаясь её текстурой. Её когти царапнули его спину достаточно сильно, чтобы ужалить, но не настолько сильно, чтобы разорвать кожу. Его волк недовольно зарычал, желая её метку на своей коже.
Доминик глубже втянул её сосок в рот и позволил ей почувствовать кончики его зубов. Она зашипела, но звук превратился во вздох, когда он вцепился в другой сосок. Он уделял ему такое же внимание — посасывал, лизал и ласкал её своим языком.
Выгнувшись навстречу ему, она схватила его за прядь волос.
— Доминик. Во мне. Сейчас.
— Типичная кошка. Любит мгновенное удовольствие.
Он прошёлся поцелуями по её телу, ненадолго остановившись, чтобы исследовать интригующую татуировку из павлиньих перьев на её боку, а затем опустился на колени в ногах кровати. Он широко раздвинул её ноги и глубоко вдохнул запах её желания в свои лёгкие. Рычание сотрясло его грудь.
— Чёрт, ты вкусно пахнешь. — Доминик уткнулся носом в её припухшие, блестящие складочки. — Это заставляет меня задуматься…
Она приподнялась на локтях.
— О чём?
Раздвинув большими пальцами её складочки, он подул на её клитор.
— Такая же ты вкусная? — Он провёл языком по её расщелине, собирая весь сок. — Определённо. — Он обхватил ртом её лоно.
Глаза Милы закрылись.
— О Боже, — прохрипела она, сжимая в кулаке простыни.
Его невероятно умелый язык лизал, прослеживал, прощупывал и кружил, эксплуатируя каждую эрогенную зону, которую он находил. Её дыхание участилось, когда внутри неё нарастало трение. Горячие искры желания танцевали по разгорячённой коже, и её сердцевина жаждала наполнения.
Находясь на грани мощного оргазма, она прикусила губу почти так сильно, что пошла кровь.
— Я собираюсь кончить.
И ублюдок остановился. Верхняя губа её кошки раздраженно задрожала, и Мила прошипела сквозь зубы.
— Доминик.
Лениво лаская её лоно, Доминик напевал.
— Просто потерпи ещё немного.
Она была чёртовски хороша на вкус, издавала самые потрясающие, дымные, возбуждающие стоны. Он потягивал, лизал и смаковал, прижимая её тело все крепче и крепче, не доводя её до оргазма. Она ругалась, извивалась и издавала звук, подозрительно похожий на всхлип. Он нуждался в ней такой. Нуждался в том, чтобы она забыла обо всём и так отчаянно хотела кончить, что не могла бы мыслить здраво. Не могла думать ни о чем, кроме него.
Он погрузил язык в её влажное тело, ища ещё её сливок, и её стенки затрепетали вокруг его языка. Да, она была близко.
— Вот и все, кончай.
Он обхватил губами её клитор, нежно пососал его и погрузил два пальца в её тело. Она кончила сильно и громко, впившись когтями в простыню, внутренние стенки сжали его пальцы. И Доминик должен был знать, как она будет сжимать его член.
Тяжело дыша, с дрожащими бёдрами, Мила обмякла на матрасе. Слухи о сексуальном опыте этого парня явно не были преувеличены. Потрясающе.
Когда его вес опустился на неё, она открыла глаза и обхватила его за плечи. Она подумала, что под всей этой гладкой загорелой кожей скрывается столько сдерживаемой силы. Для её кошки это был афродизиак.
— У тебя определено есть кое-какие навыки, GQ.
Его рот изогнулся в томной улыбке.
— Рад, что ты так думаешь. — Просунув руку под её задницу, он наклонил её бедра. — Обхвати меня ногами, Мила. Вот и все.
Он засунул толстую головку члена в неё и услышал свой стон. Чёрт возьми, она была такой горячей. Такой тугой. Это борьба, чтобы не врезаться в неё одним плавным, агрессивным толчком.
Мила закусила губу, когда дюйм за дюймом медленно он погружал член в неё. Её тело горело, когда растягивалась вокруг него, но ей было наплевать на боль. Её не волновало, что она чувствовала себя настолько наполненной, что могла лопнуть. Ей нужно было, чтобы он двигался.
Доминик зарычал ей на ухо.
— Я собираюсь трахнуть тебя сейчас, Мила. Собираюсь трахнуть тебя так сильно, что это останется в твоей памяти. Я всегда буду здесь, — добавил он, постукивая её по виску. — Ты никогда не забудешь ощущения от меня. Никогда.
Он вышел одним медленным движением, скрипя зубами, когда её лоно попыталось засосать его обратно. А затем он ворвался в её тело, рыча от её резко вцепившихся когтей в кожу на спине.
— Чёрт возьми, да.
Доминик
