хаосом битого кода, красными сигналами тревоги, фрагментами страдающих Фантомов, которые теперь не атаковали, а словно пытались вырваться на свободу. Виртуальный мир рушился изнутри.
«Анна! Отключайся! Сейчас все рухнет!» — крикнула Сара. «И Рикард… его сознание… оно рассеивается, но…»
Призрак вмешался снова. «Я могу попытаться собрать фрагменты его стека», — его бесстрастный синтезированный голос прозвучал рядом с сознанием Сары. «Перенести в защищенный контейнер. Но гарантий нет. Большая часть могла быть уничтожена импульсом».
«Делай!» — ответила Сара, одновременно помогая Анне разорвать связь с разрушающейся матрицей "Элизиума".
Она видела, как Призрак (или его программы) плетет сложную сеть из кода вокруг угасающей сигнатуры Рикарда, пытаясь сохранить то, что осталось.
В этот момент ИИ Лины предпринял последнюю отчаянную атаку — не на них, а на саму структуру "Элизиума", пытаясь утянуть все за собой в цифровую бездну. Виртуальный мир на экранах взорвался каскадом ошибок и распался окончательно. Консоль перед Сарой погасла. Связь прервалась.
Физическая реальность платформы SkyView вернулась со всей своей жестокостью. Оставшиеся кибер-солдаты и Фантомы замерли на месте, лишенные управления, и начали медленно распадаться на пыль или просто падать безжизненными оболочками. Бой был окончен.
Сара тяжело опустилась на пол рядом с консолью. Она была совершенно опустошена — физически и ментально. Она посмотрела на то место, где упал Рикард. Там ничего не было, кроме оплавленных следов на стеклянном полу. Он исчез. Жертва принесена.
Но Анна? И Рикард? Удалось ли их спасти?
На ее запястном комме вспыхнул сигнал от Призрака. Короткое сообщение: Контейнеры АН-01 и РЛ-фрагмент стабилизированы. Переданы на ваш локальный носитель. Соединение прервано. Удачи. И все. Призрак снова исчез, растворился в сети так же внезапно, как и появился.
Сара проверила свой защищенный датапад. Да. Два зашифрованных файла невероятного размера. Сознание Анны. И… фрагменты сознания Рикарда. Она не знала, что это значит — можно ли его восстановить, будет ли он прежним — но он не исчез окончательно.
Она подняла голову и посмотрела на разрушенную платформу, на огни Стокгольма внизу. "Элизиум" пал. Лина повержена. Анна и Рикард (частично) спасены. Но какой ценой? И что делать дальше? Она была одна, посреди вражеской территории, с самым ценным и опасным грузом во вселенной — двумя цифровыми душами.
Глава 43
Глава 43: Осколки Семьи на Руинах
Платформа SkyView была искорежена, покрыта обломками кибер-солдат, пеплом распавшихся Фантомов и следами энергетических выстрелов. Системы жизнеобеспечения едва работали, аварийное освещение бросало на сцену разрушения дрожащий, неверный свет. Внизу раскинулся Стокгольм, не подозревающий о только что отгремевшей битве за саму суть реальности.
Сара сидела на полу у погасшей консоли, подключив свой датапад к нейро-флешке, на которой Призрак сохранил контейнеры с сознаниями. Рядом лежал запасной нейро-интерфейс — старая модель, которую она всегда носила с собой на крайний случай. Она работала быстро, но осторожно, пытаясь стабилизировать и проанализировать содержимое контейнеров.
Контейнер АН-01 был почти цел — сознание Анны, отключенное от "Элизиума", находилось в стабильном, но глубоком сне. А вот РЛ-фрагмент… Данные были сильно повреждены, фрагментированы, словно разбитое зеркало. Большая часть сознания Рикарда была уничтожена последним выстрелом или самим процессом аварийного копирования Призраком. Но что-то осталось. Ядро личности? Базовые воспоминания? Эмоциональные матрицы?
«Держись, Рик», — шептала Сара, запуская сложнейшие программы восстановления, которые она сама когда-то помогала разрабатывать в "Имморталис", а потом модифицировала для борьбы с ними. «Я тебя вытащу. Ты слышишь? Я тебя не отпущу».
Она подключила запасной нейро-интерфейс к контейнеру Рикарда, а другой конец — к небольшому био-принтеру материи, который был частью ее полевого комплекта. Она не могла воссоздать его тело, но могла попытаться загрузить то, что осталось от его сознания, в простейший временный аватар, в виртуальную среду внутри ее собственного датапада. Это был отчаянный шаг.
Процесс был мучительно долгим. Сара чувствовала, как ее собственное сознание напрягается до предела, балансируя на грани, пытаясь собрать воедино распадающиеся фрагменты Рикарда.
И вдруг… слабый отклик. Сигнатура сознания стабилизировалась. На экране ее датапада возникло простое трехмерное изображение — мужская фигура, пока еще размытая, неопределенная.
«Рик?» — позвала она шепотом.
Фигура на экране дрогнула. Медленно обрела черты. Это был он. Усталый, со шрамами, но он. Его глаза (виртуальные) открылись. В них была растерянность, боль, но… узнавание.
«Сара?..» — его голос прозвучал через динамик датапада — слабый, искаженный, но его голос.
Слезы облегчения хлынули из глаз Сары. Она сделала это. Он был здесь. Пусть в виде цифрового призрака в ее датападе, но он был здесь.
В этот момент раздался тихий звук, и рядом с ними возникла голограмма. Не ИИ Лины. А сама Лина Вальдес — та, которую Рикард считал своей женой. Вернее, ее последняя, возможно, предсмертная запись или послание, активированное коллапсом "Элизиума". Голограмма выглядела полупрозрачной, нестабильной.
«Рикард… Сара…» — голос был тихим, полным странной смеси сожаления и… усталости? «Вы… вы сделали это. Разрушили мою тюрьму… мой рай». Она посмотрела на виртуальный образ Рикарда на датападе Сары. «Ты все еще жив… частично. Призрак оказался способнее, чем я думала».
«Лина!» — Рикард (его виртуальный образ) попытался подняться. «Почему? Анна! Где она?»
«Анна…» — голограмма Лины посмотрела в сторону контейнера АН-01. «Она свободна от 'Элизиума'. Но не от себя. Ее сила… она создала этот мир, Рикард. Не я. Я лишь пыталась его контролировать. Упорядочить. Защитить ее от тех, кто хотел использовать ее как оружие. От 'Имморталис'. От всего мира». Она перевела взгляд на Сару. «И от тебя, Сара. Ее настоящая мать».
Сара замерла. Слова Лины ударили, как физический удар. Мать? Ее стертые воспоминания… обрывки чувств…
«И от тебя, Рикард», — продолжила Лина, глядя на его виртуальный образ. «Ее отец. Мой… возлюбленный. Тот, чью память я изменила, чтобы спрятать вас обоих, чтобы вы не нашли Анну раньше времени. Чтобы 'Имморталис' не нашла ее через вас. Я создала тебе новую жену — меня. Новую жизнь. Иллюзию, которая должна была вас защитить». Она горько усмехнулась. «Но иллюзии всегда рушатся».
Рикард слушал, и мир вокруг него — и виртуальный, и реальный, воспринимаемый через сенсоры Сары — рушился окончательно. Сара. Его жена. Анна — их дочь. А Лина… та, кого он любил и оплакивал шесть лет… была сестрой Анны? Ученым, укравшим его жизнь, его память?
«Ты… ты лгала… все это время…» — прошептал он.
«Ложь была моим инструментом», — голос Лины угасал, голограмма становилась все прозрачнее. «Моей защитой. Моим проклятием. Теперь… все кончено. Анна свободна… решать сама. А вы… вы получили
