сегодня мне самой не хотелось затягивать утренние процедуры. Чем раньше выйду, тем раньше вернусь и смогу напечь блинчиков к завтраку.
Я наскоро сжевала пирожок с мясом, почти на ходу запила чаем и схватила корзинки – по одной в каждую руку. В этот раз из ворот выходила уверенно, зная, что могу войти обратно без каких-либо проблем. А с ясной погодой дорога до Лостейна показалась совсем короткой. Небо хмурилось только у самого горизонта, и я надеялась, что Грейс не ошиблась, и у меня в запасе еще есть время до сбора тыквенного урожая.
– Дэйна Мортон! – Булочник улыбнулся и протянул руки, помогая мне с корзинками. – Ждал вас вчера, но, видно, вы решили напечь побольше. И правильно сделали! Меня уже спрашивают, откуда я достал тыкву и как мне удается такое чудо. Вот, держите ваш заработок за первую партию.
Он ссыпал мне в ладони звонкие серебряные монетки. А потом продемонстрировал еще десяток мистардов, которые убрал уже в свой карман:
– Как и договаривались – по пол-мистарда за предварительный заказ. Так что не уходите далеко, ваши пирожки уже нашли покупателей.
– Что, все? – Поразилась я, глядя на полные корзинки. В них было ровно полсотни пирожков.
– Ну, может, не все, но двадцать штук точно сейчас же отправятся к покупателям. – Он повернулся к помощнику, что дремал в телеге. – Колби, пора работать!
Парень тут же поднялся, спрыгнул на землю и стоял навытяжку перед булочником, пока тот фасовал пирожки по бумажным кулькам.
– Эти отнеси Камилле Дуглас, а эти – дэйне Мидлтон. И не перепутай!
Колби зажал в руках по кульку и быстрым шагом направился прочь с рынка.
– Я даже не стану ждать, когда остальные разлетятся. Сразу с вами расплачусь. – Уверенно заявил Майлз и отсчитал мне еще четыреста мистардов. Мой мешочек для денег основательно распух, но я уже знала, на что потратить деньги. Я попросила Майлза придержать одну корзинку, чтобы не ходить с двумя наперевес, и направилась в алхимическую лавку.
Беловолосого алхимика сегодня заменяла тихая девушка, которая, кажется, даже глаза на меня боялась поднять. Бесцветным, еле слышным голосом она спросила, чего мне угодно, а когда я спросила какой-нибудь настой для того, чтобы кожа на руках оставалась бархатной, выставила передо мной три жестяные баночки с ароматным содержимым.
– Фиалка, ромашка и есть карамель для самых взыскательных. – Прошелестела она. Я взглянула на содержимое баночек внимательнее и нахмурилась. Это не было похоже ни на крем, ни на мазь. Скорее на прямоугольный брусочек мыла.
Видя мое замешательство, девушка понимающе улыбнулась и уже чуть громче сказала:
– Нужно достать из коробочки и провести по руке. Она только кажется твердой, но станет мягче, когда прикоснется к коже.
Ага. Что-то наподобие массажных плиток. Знаем, плавали. На Восьмое марта однажды всем дамам нашего цеха вручили подобные. Мне еще пришлось уточнять у более молодых сотрудниц, как ими пользоваться. Тогда я еще посмеялась, что проще было бы подарить обычный крем в тюбике. А вот теперь это знание неожиданно пригодилось.
Отвалив целый голдор за увлажняющую плитку с ароматом карамели, я решила, что другие снадобья оставлю на потом. И так уже задержалась в Лостейне. А мне ведь еще Софи нужно выпустить из поместья, раз она собиралась закупиться продуктами.
Сперва я думала облегчить ей работу, но потом подумала, что уж точно не дотащу все сама, а снова пользоваться добротой Майлза было неудобно.
Я заглянула к прилавку молочника, где взяла целый кувшин молока и горшочек с маслом, у мясника прихватила еще бекона – видела краем глаза, как кто-то у прилавка с хлебом нахваливает мясной пирожок, даже не прожевав до конца. Заодно купила еще десяток яиц. А когда вернулась к Майлзу, тот был слишком занят, накладывая пирожки очередному покупателю, так что просто махнул мне, мол, зайди за прилавок сама.
Я подошла к внутренней стороне прилавка, наклонилась за корзинкой и тут увидела то, что совсем не ожидала увидеть. По нижней части прилавка, где стояли пустые короба и лежали салфетки, были рассыпаны кофейные зерна! Не веря своим глазам, я взяла одно зернышко и поднесла к носу. В ноздри ворвался щекочущий горький запах. Настоящий кофе!
– Майлз!
Булочник, хоть и был раза в два пышнее меня прошлой, подпрыгнул на месте, обернулся и посмотрел с укором.
– Дэйна, чего же вы так пугаете!
– Что это? – Я сунула ему под нос кофейное зерно.
– Так кофе же. Вы не волнуйтесь, здесь оно у каждого имеется. Ни один вредитель не сунется.
– Что? Вредитель?
– Ну а как же. Где есть еда – там всегда полно желающих. Мыши, крысы, вся их братия.
– А при чем тут кофе?
– Вернейшее средство против паразитов.
Я стояла, пытаясь осмыслить его слова. Кофе, драгоценный кофе, о котором я мечтала каждое утро, используется здесь в качестве отравы? Ну и дела!
– Майлз, мне нужно две горсти кофе!
– Вам-то оно зачем?
– Мышей выводить! – Уверенно ответила я, в мечтах уже наслаждаясь чашечкой капучино. – Только мне свежий нужен. Чтобы запах посильнее был.
– За свежим – это вам к Делвину. Молочнику. – Пояснил Майлз. – У него к сыру так и норовят подобраться.
Готовая расцеловать булочника, я, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег, снова подошла к молочнику. Пара минут на объяснения, что я просто жить не смогу без мешочка с кофе, и я уже торопилась домой.
Кофе и тыквенные оладьи! Все, о чем я могла думать за время короткой прогулки. Съеденный перед выходом пирожок давно испарился, и желудок напоминал, что пора уже как следует позавтракать.
Вот только стоило мне переступить порог дома, как на меня обрушился не самый приятный сюрприз.
– Это так вы выполняете свою часть договора? – Пророкотал Джеспар, появляясь в прихожей со скрещенными на груди руками.
12. О вкусах, о которых не спорят
Я спокойно прошла на кухню и поставила корзинки на стол. Судя по тяжелым шагам, Джеспар проследовал за мной.
– И в чем же я нарушила договор? – Я доставала продукты из корзины, не глядя на супруга, и старалась говорить спокойно.
– Где вы были? – Не сбавляя тона, спросил Мортон.
– В Лостейне. – Я обернулась через плечо. – Разве наш договор запрещает ходить на
