— Ага, шикарно. Мысленно тебе аплодирую. А по делу все элементарно. Груз мы притащили. Но вы же не просто так, вы хотите Пампу под себя подмять. А там сейчас идеальные условия. Национально-освободительная борьба легко соединяется с социал-демократическими преобразованиями, ну или как вы там замыслили. Эмансипация еще, наверняка. Начнете девок вербовать в свои ряды Сопротивления жестоким захватчикам.
— Ты так говоришь, словно иронизируешь.
— А как еще? Вы же политики. Не обманешь, не продашь. Если бы честно и просто для людей старались… Но такого даже в сказках не бывает. Так что я в целом не против, хотя, кидануть вы меня собирались жестко. А я вам вместо этого еще и пять лямов докинул сверху. Не слишком умно, как считаешь?
— Ты поступил честно и разумно. Очень тебе за это благодарна.
— Да не за что… обращайтесь…
— Поэтому я здесь. В ином случае приехала бы команда ликвидаторов…
— Ага, это понятно. Вы, конечно, и сами можете корабль купить. Но не факт, что у вас есть пилоты. И карты с координатами порталов в небе. А еще ваш Вебер не дурак. И рисковать только что приобретенным баблом не захочет. Страховку-то ему никто не даст. Вот вы и решили, что выгоднее нанять приватиров. Пусть они голову в огонь суют. Им не привыкать. А тут ты такая вся нарядная, есть у меня на примете один. Шибко грамотный. Но затребует дорого и вообще вредный. Зато точно довезет и вернется. И ему можно доверять. Проверен, только больше никаких обманов и подстав, тем более он теперь не одиночка, а полноправный гаванец. Угадал?
— Слово в слово… почти… ну ты и дошлый, Вахрамеев, если так дальше пойдет, я могу даже в тебя влюбиться.
— А вот с этим надо бы поосторожнее. Мало ли… Нет, секс без обязательств по мне так оптимален.
Девушка ничуть не смутилась и лишь загадочно улыбнулась в ответ.
— Ну так что? Ты согласен? Туда повезешь оружие и снаряжение, обратно раненых и Груз, какой успеем собрать.
— Интересно, откуда у вас появится аструм в таких условиях? Неужели импы совсем мышей не ловят.
— Это не твое дело, милый. Скажем так, на войне, как на войне…
— Ага, экспроприируете экспроприаторов? Так вы там и воевать не собираетесь, а благородным искусством грабежа заниматься намерены? Грамотно…
— Всему свое время. Нас слишком мало для больших операций. Да и сокращение доходов врага будет бить по нему сильнее всего.
— Да я и не спорю. А что будете делать с теми, кто вам не подчинится?
— Ты о ком?
— На Пампе около тысячи кланов и еще куча народа рангом пониже. Часть могут и к врагу переметнуться. Ничуть не удивлюсь такому. Ничего личного, просто бизнес. Часть к вам откачнутся. Особенно работяги, технари, изгои. У вас деньги, технологии, оружие, спецы. Сила, одним словом. Но многие будут сами по себе действовать. Воевать с врагом, прятаться, но под вашу руку не пойдут. С ними как?
— Если не захотят с нами соглашаться, будем объяснять, убеждать, делая упор на агитацию молодежи. Попробуют противодействовать — применим силу. Чаще всего хватает простой замены лидера на более вменяемого.
— Жестко и цинично, но я тебе признателен за откровенность.
— Я обещала быть с тобой честной…
— Да, помню это и ценю. Теперь вот чего. Условия мои простые. За рейс туда и обратно — неважно, с грузом или пустой, я получу восемьдесят тысяч марок. За каждую тонну фрахта еще пять тысяч. Загрузка борта не должна превышать четыре тонны. Вы оформляете мне страховку местную. То есть гаванскую. Она должна покрывать повреждения на сумму до трехсот тысяч. И еще вы оплатите мне закупку партии оружия. Для моего «Бурана». Управляемые ракеты, скажем, шесть штук и три тысячи снарядов для пушки с дистанционным подрывом по номенклатуре. Вроде все… А, да, и еще. Мне никто ничего не указывает. Я сам решаю, что и когда делаю. И никто даже дышать не смеет в сторону клана Вахрамеевых, это, надеюсь, понятно?
— Ты слишком много хочешь, — убежденно отозвалась Роза, нахмурившись.
— Ничуть. Передай Веберу все, что я сказал. Уверен, он согласится.
— С чего бы? Ты думаешь, один такой нарядный?
— Попробуйте пообщаться с другими. Уверен, там будет еще покруче тариф…
— Хорошо, пусть будет по-твоему.
— Тогда пошли перекусим, а то я что-то люто проголодался.
Глава 17
Засада требует большого терпения. Это вам подтвердит любой охотник. Ждать, затаившись среди зарослей и неотрывно наблюдать — испытание для привыкшего к решительным действиям человека. Налетевший ранним утром с моря штормовой ветер с ливнем оставил после себя буреломы поломанных веток и стремительно высыхающие под жарким солнцем лужи. А еще удушливую влажность, от которой не было никакого спасения. Он мгновенно вспотел и промок насквозь даже под надежным прикрытием дождевика. Больше всего сейчас ему хотелось выцеливать врага в оптику крупнокалиберной снайперской винтовки, а не следить через сугубо мирный монокуляр.
Когда «Иван» появился в воротах, Вальдов смог впервые отчетливо рассмотреть его лицо. Правильные черты, прямой нос, буйная шевелюра, уверенный взгляд, все в нем было для Манни отвратительно. «Это он, с-с-с, убийца!» прошипел в его голове бесплотный голос Сунга. Волна единой для симбионтов — человека и золотой гадюки — слепящей ярости охватила Вальдова, он даже поднялся и сделал несколько шагов вперед, но затем голос разума погасил импульс.
— Не сейчас. Надо все продумать и подготовить. А затем обязательно уничтожим и самого русского, и его чертового кота! Шайсе! Помни, мы выжили, чтобы отомстить!
Март в эту минуту также ощутил на себе чей-то навязчивый и тяжелый, полный злобы взгляд. Оглянувшись по сторонам, он отмахнулся от взревевшей белугой чуйки, списав все на причуды психики, и просто сел в машину. Предстоял важный разговор с Шурави и отвлекаться на невнятные предчувствия было просто некогда. Да и что прикажете делать в такой ситуации? Но в памяти полученное предупреждение все же отложилось.
Вальдов, теперь уже не сомневавшийся в том, что смог отыскать своего личного врага, объявленного к тому же самим императором врагом нации, задумался о плане дальнейших действий. Самым простым было бы просто вернуться в Аустрайх и доложить о выполнении задания. Но этого было слишком мало. Шанс получить награду и лично расквитаться с виновником гибели его боевых товарищей-панцерегерей заставлял искать иные варианты.
Когда после безрезультатных поисков в ущелье он вернулся с отчетом к своему новому начальнику — губернатору Пампы фон Дасселю, тот, сходу оценив итоги, едва дослушав до конца по-военному краткую речь своего порученца, сходу принялся формулировать новое задание.
— Что ж, этого следовало ожидать. Отрицательный результат тоже результат. Все, с этим закончили. Вальдов, у меня цейтнот. Дел очень много, времени нет совсем. Я бы и рад с вами побеседовать, но некогда. Уж простите, — слова барона звучали непривычно для слуха молодого служаки. Такую манеру общения он отнес на сугубо штатское происхождение и долгое пребывание среди рахдонитов. — Потому сразу к сути вопроса. Вы должны отправиться в Ханзу и найти этого шустрого негодяя. Отыщите его во что бы то ни стало. Его преступления перед райхом не могут остаться безнаказанными! И кроме того, нам важно понимать, кто за ним стоит. Это важно, Вальдов!
— Меня учили убивать. Я ничего не понимаю в оперативной работе и розыске.
— Это в данную минуту не имеет ровным счетом никакого значения. Научитесь. Просто найдите его и все! Я дам вам денег и распоряжусь, чтобы борт доставил вас, Вальдов, до ближайшего хаба. Дальше сами справитесь. Купите билет. Вижу в вас потенциал, Манфред. А я очень редко ошибаюсь в людях. И лучше бы вам меня не разочаровывать, фенрих фон Вальдов. Вам все ясно? — мгновенно сменив тон, уже в приказном порядке закончил фон Дассель.
— Яволь, герр Эксцеленц! — подскочив так, что едва не опрокинул стул, проорал бывший панцерегерь.
