Он тяжело вздохнул.
— Я выбросил мусор в контейнер и услышал, как подъезжает фургон. Если честно, я не обратил внимания. Я просто хотел лечь в постель, — он умолк, и в его глазах появился отрешённый блеск. — Я не думал, что мне может грозить опасность. Мне и в голову не приходило, что я могу быть жертвой. Я вампир, — горько сказал он. — Я должен быть сильным.
— Это не твоя вина.
Он кивнул, но я не была уверена, что он мне поверил.
— Повернувшись, чтобы вернуться в дом, я услышал позади себя шаги, а потом что-то ударило меня сзади, — он непроизвольно поднял ладонь к затылку и вздрогнул.
— Доктор сказал, что у него была трещина в черепе, — сказал мне Лукас.
Я поморщилась. Удар получился знатным; тот, кто на него напал, обладал внушительной силой.
— Очнувшись, я уже был вниз головой, — его голос надломился. — Мои клыки уже исчезли. Я пытался высвободиться, — он всхлипнул. — Я так старался. Но там был мужчина… — он стиснул челюсти, пытаясь найти слова, чтобы объяснить. — Он резал меня. Всюду по моему телу, — прошептал он. — Он резал меня всюду.
— Ты видел его лицо?
— Да, — он посмотрел мне в глаза. — Так я понял, что он меня убьёт. Он не пытался скрыть, кто он. Он всё время смеялся и повторял мне, что он победит. Что у него припасён фокус, и что он победит.
Видео. Вот о чём он говорил. Хладнокровный ублюдок.
— Он показал мне мои клыки, — подавленно произнёс Кристофер. — Он держал их на ладони. Сказал, что оставит меня одного, потому что надо отдать их кому-то. И тогда он ушёл. И я знал… я знал, что умру там.
Всё его тело дрожало. Я протянула свои руки.
— Можно мне?
Он кивнул. Я потянулась к нему, взяла его ладони и крепко сжимала, пока дрожь не унялась. На это ушло больше времени, чем хотелось бы всем нам. Когда к нему вернулась способность говорить, Кристофер поднял голову. Он смотрел не на меня, а на Лукаса.
— Он вампир, — прошептал он. — Он один из нас.
Глава 21
Фотография Маркуса Лайонса лежала на столе между Мюрреем и мной. Колкахун стояла в углу, с мрачным лицом и скрещенными на груди руками. Лайонс улыбался с фото лукавой, мальчишеской улыбкой, которая говорила о бесшабашных ночах, весёлых проделках и большом сердце. Он не выглядел как хладнокровный убийца, но мы все знали, что нельзя судить по внешности. Убить мог любой, и неважно, выглядел ли он милым и ангельским или коварным и опасным.
Мюррей удовлетворённо причмокнул губами.
— Убийца Дуролом, — объявил он. — Наконец-то.
— Вы его знаете? — спросила Колкахун.
— Его лицо кажется смутно знакомым, — сказала я. — Я видела его где-то.
Это мало что значило. В Лондоне было всего около тысячи вампиров, и не считая нескольких нарушающих закон исключений, большинство из них жило в Сохо и поблизости. Рано или поздно я видела лица их всех.
— Я, наверное, проводила с ним какое-то время, но я мало что о нём знаю, — я подняла картонную папку. — Однако у Лукаса было полно информации.
— Как он воспринял новости, что за это ответственен вампир? — спросила Колкахун.
Я поджала губы.
— Его предал его сородич. Для него это худший сценарий из возможных.
Лукас был не просто потрясён, он был сокрушён. Он разражался тирадами и бушевал; в первую очередь ему хотелось знать, зачем. Что заставило Маркуса Лайонса убивать и пытать?
— Ммм, — на лице Колкахун промелькнуло сочувствие. Я гадала, может, те колоссальные подвижки, которых нам удалось достичь в объединении с человеческим сообществом, исчезали у нас на глазах. Кем бы ни был другой убийца, очевидно, что Маркус Лайонс, чистокровный вампир, был хладнокровным и безжалостным убийцей.
Мюррей скрестил руки на груди.
— Твой бойфренд знает, где Лайонс?
Я встретила его взгляд. Как только Кристофер опознал Лайонса, Лукас послал своих людей найти его и не ждал, когда полиция Лондона раскачается и начнёт действовать. Он имел законное право сделать так, и это было логично. Кто лучше поймает вампира, чем другой вампир?
— В его доме никаких признаков его присутствия, его соседи не видели его в последние сутки или около того, — сказала я. — Все вампирское сообщество знает, что Кристофер выжил, а значит, Маркус Лайонс тоже знает. Он понимает, что его песенка спета, и каждый вампир в городе ищет его. Я бы очень удивилась, если бы он сунул нос в Сохо или Лиссон Гроув.
В таком случае я сомневалась, что он прожил бы хоть час.
Мюррей нахмурился.
— Его ищет не только каждый кровосос. У меня есть его личность — ему не удастся долго скрываться от меня.
Оставалось лишь надеяться.
Колкахун пролистала бумаги, лежащие перед ней.
— Он много раз бывал в «Фетише», — мрачно сказала она. Мы переглянулись.
— Записи камер скажут нам больше, — продолжил Мюррей. — Я поручу команде найти даты. Может, что-то на записях камер клуба сможет помочь.
— Может, мы сумеем опознать второго убийцу из числа людей, с которыми взаимодействовал Лайонс, — тихо сказала я.
Мюррей кивнул.
— Я сделаю это приоритетом.
— Что ещё вы знаете о нём? — спросила Колкахун. — Что в этой папке? Зачем он это делает?
Я убрала свои волосы от лица.
— Я не могу говорить о причинах. В его прошлом нет ничего такого, что указывало бы на мотив. Его обратили в вампа примерно сорок лет назад, когда ему было двадцать девять, — я показала на фото. — Теперь он выглядит лишь на несколько лет старше. Его родители скончались несколько лет назад, братьев и сестёр нет. Любые близкие контакты, которые у него имелись до превращения в вампа, уже не актуальны. Я поговорила с несколькими людьми, которые хорошо его знали. Они упоминали, что он склонен к беспечности, но шокированы тем, что он убивал.
— Мы знаем, кто Дуролом. Есть ли свидетельства, что Убийца Купидон — тоже вампир?
Я опустила взгляд. Боже, ради Лукаса я надеялась, что это не так.
— На данном этапе возможно всё. Учитывая количество крови в квартире Пиковера, это маловероятно. Вампиру сложно было бы сохранять контроль, крася весь пол квартиры человеческой кровью. Но я не могу с уверенностью сказать, что второй убийца не вамп.
Мюррей поджал губы.
— Хорошо. Мы немедленно обнародуем фото Лайонса, и может, это принесёт что-то насчёт Убийцы Купидона. Как минимум лицо Убийцы Дуролома будет мелькать по всему городу. Я поймаю его ещё до заката.
Может, Маркус Лайонс и правда окажется в наручниках через считанные часы, но это не Мюррей будет бегать по улицам в поисках его. Если его не найдёт другой сверх, если это сделает человеческий офицер полиции или, упаси Боже, гражданский, то ситуация может принять очень неприятный оборот.
— Маркус Лайонс — вампир, — сказала я. — Он сильнее и быстрее любого человека. И мы знаем, что он не побоится калечить, пытать и убивать. Он опасный сверх.
— Принято к сведению, — скупо отозвался Мюррей.
Он проследит, чтобы общественность была предупреждена насчёт Лайонса. Он не мог допустить такой удар по своей репутации, если кто-то погибнет, преследуя его или пытаясь поймать; а остальные из нас не могли позволить, чтобы оборвались ещё чьи-то жизни.
Если Лайонса как можно скорее задержат, и больше никто не пострадает, то всё остальное не будет иметь значение.
***
Можно было бы подумать, что вампиру сложно спрятаться в городе, когда его лицо мелькает на каждом канале и во всех социальных сетях, но это не так. Спустя несколько часов после моей встречи с Мюрреем и Колкахун, Маркуса бл*дского Лайонса до сих пор не было видно. Вампиры Лукаса прочесали все закоулки сверхов, а полицейские команды Мюррея поговорили с сотнями людей, но этого проклятого мужчины нигде не было видно. Он словно растворился в воздухе.
Камеры в «Фетише» тоже не дали ничего полезного. Люди Мюррея выделили все записи, на которых мелькал Лайонс, но там не оказалось очевидного второго подозреваемого. Интервью продолжались, но я не питала особой надежды.
Невероятно уставшая, с ноющими ногами, я встретилась с Лукасом на краю Лиссон Гроув. По меркам мужчины, который обычно гордился своей внешностью, он выглядел ужасно. Волосы взъерошены, одежда помята, а щетина на щеках была не столько стильной, сколько отражала его ментальное состояние. Мне не нужно было спрашивать его, есть ли какие-то зацепки по местонахождению Лайонса. Всё очевидно читалось по его поджатым губам и усталым глазам.
