Там чудесно. И в воздухе витает совершенно неповторимый аромат.
Я оглянулась по сторонам. Тут и там можно было заметить красивые рыбацкие домики в пастельных тонах.
– Прогуляемся по пляжу? – предложила я.
Алекс согласно кивнул, и мы направились к лестнице, ведущей на пляж. Сначала я почему-то начала в уме считать ступеньки, пытаясь угадать, сколько же их впереди, но потом бросила это занятие. Я наслаждалась каждой секундой этого дня. Мне нравилось всё: чудесный, почти сказочный город, яркое солнце, ласкающее открытые плечи теплыми лучами, шум моря и шагающий рядом Алекс. С ним рядом даже молчать было приятно. Я перестала волноваться, дергаться и переживать. Лишь только чувство нереальности происходящего периодически врывалось в моё сознание, как ветер в тихую гавань.
Скинув с ног босоножки, я с удовольствием ступила босиком на теплый песок. Алекс тоже разулся и закатал штанины.
Маневрируя между отдыхающими, расположившимися в хаотичном порядке по пляжу, мы направились к морю. Женщины читают, сидя под зонтиками, дети играют во фрисби и строят песочные замки. Вот кто-то запускает воздушного змея.
Я невольно вспомнила, что когда была маленькой, мы с папой на даче запускали воздушных змеев на поле. Мой дедушка часто ездил в Китай в командировки и однажды привез в подарок воздушного змея. Вот радости-то было!
– Ты когда-нибудь запускала воздушного змея? – проследив за моим взглядом, спросил Алекс.
– Да, в детстве часто. С папой.
– А я ни разу. Видимо, у меня было неправильное детство.
– А какое у тебя было детство? – поинтересовалась я, втайне надеясь узнать о нем нечто большее, чем то, что я миллион раз читала в статьях, посвященных его жизни.
Алекс немного помолчал.
– Не знаю. Обычное, наверное. Папа часто был занят на винодельне, поэтому ему было не до меня и Элены. Сестра, кстати, пошла по его стопам, переняла управление бизнесом. В том плане, что для неё и Ричи бизнес невероятно важен. Ты и сама можешь это видеть по обстоятельствам. Они очень любят Ким и Нейта, но не так часто бывают с ними, как детям требуется. Ким и Нейт живут сейчас так же, как жили я и Элена, когда мы были в их возрасте.
– А чем они занимаются?
– Мой отец в прошлом винодел. У нас несколько виноградников в разных районах Италии. Есть винодельня в Пьемонте. Элена переняла управление делами после института. А у Ричарда несколько гастро-баров в Лондоне и Нью-Йорке. По сути, они вместе управляют обоими бизнесами. Сейчас в Нью-Йорке два бара под угрозой закрытия. Сразу в двух местах произошли отравления среди посетителей. Начались проверки. Они могут понести серьезные убытки, если что-то найдут. Пока непонятно, то ли проблема в поставщиках, то ли проделки конкурентов.
– А ты никогда не хотел заниматься вином?
– Нет, – он улыбнулся. – Мне больше нравится его пить, чем делать.
Я рассмеялась и невольно подумала сразу о двух вещах: первое – как оказывается, перевирают факты из жизни звезд (ведь я точно помню, как читала о «невероятно дружной и благополучной семье Алессандро Кавальери, где мать и отец с детства проводили с ними много времени»). И второе – лишний раз убедилась, что увиденная нами в детстве модель отношений в будущем становится нашей собственной моделью. Очевидно, Элена думает, что такая семья – это норма. Хотя, может, это её способ развивать в детях самостоятельность. А как же бесконечная череда нянь? Судя по моему последнему разговору с Ким, они привыкли быть брошенными и считают себя никому не нужными. Немного поразмыслив, я поделилась своими наблюдениями с Алексом.
– Няня, а ты не так проста, как кажешься. Хоть и блондинка, – улыбнулся он и тут же получил от меня толчок локтем в бок. – Ну, а если серьезно, то ты права, конечно. Теперь я понимаю, почему Элена считает тебя их лучшей няней.
Я зарделась от удовольствия. Я – лучшая няня!
– Да перестань, – скромно, тем не менее, заметила я, – просто это очевидно. К тому же, у меня диплом психолога, и я часто вижу то, что многие не замечают.
– О-о, и мысли, наверное, читать умеешь? – подзадорил Алекс.
– Конечно, – очень серьезно ответила я, останавливаясь и вглядываясь ему в глаза.
Алекс засмеялся, и я обратила внимание, как неожиданно иначе заблестели его глаза. О чем он думает, интересно?
– Да, и эти мысли тоже.
Алекс в притворном ужасе прикрыл глаза рукой, вызвав у меня улыбку.
Мы побрели дальше. Волны накатывались на берег, накрывая наши босые ноги теплой морской водой.
Неожиданно Алекс отошел от меня на пару шагов и, наклонившись, что-то поднял с песка. Когда он снова был рядом, я заметила у него в руках карту. Четверка бубен.
– Вот так удача, – улыбнулся он, крутя в руках карту.
Я озадаченно на него смотрела. Найти четверку бубен – к удаче?
Очевидно, понимая, что я теряюсь в догадках, Алекс взглянул на меня и проговорил:
– Обещай, что не будешь смеяться!
– Конечно, – я сгорала от любопытства, понимая, что сейчас узнаю о нем нечто новое.
Некоторое время Алекс молчал, а потом проговорил:
– Я с детства собираю найденные в разных местах карты. У меня уже почти собралась целая колода. Не хватало только четверки и дамы бубен. Теперь не хватает только дамы.
– Сколько тебе было лет, когда ты начал собирать карты?
– Около одиннадцати. Кажется, я увидел нечто подобное в каком-то фильме, а потом гулял по Риму, и мне попалась первая карта. Лежала посреди улочки. Как сейчас помню, это была трефовая шестерка. С того дня всё и началось. Ты не представляешь, в каких местах я порой находил карты. Благодаря моей работе я очень много путешествую по миру, и у меня есть карты, которые ассоциируются с определенными местами и событиями. Вот эта, например, у меня всегда будет ассоциироваться с амальфийским побережьем и тобой, – он улыбнулся.
Я улыбнулась в ответ и, взяв карту из его рук, покрутила её. Она была немного истрепана, но, наверное, именно в этом было её очарование. А ещё, было приятно осознавать, что ему теперь что-то будет всегда напоминать обо мне.
– А что будет, когда ты соберешь всю колоду? – поинтересовалась я, возвращая ему карту.
Алекс убрал её в задний карман и пожал плечами.
– Не знаю, но мне почему-то кажется, что всё будет хорошо, – он улыбнулся. – А вообще, у меня когда-то давно была идея сделать либо стенд со всеми картами, либо альбом. Чтобы под каждой картой подписать место, где она была найдена и событие, если карта у меня с чем-то ассоциируется. Знаешь,
