его счастливым, но нет, его сердце разрывалось от боли.
Просто любви ему было недостаточно. Он любил свою мать, но это не помогло спасти ее. Мать сильно любила его, но так и не смогла выбрать своего сына. Она не решилась покинуть Винсента даже после того, как он сломал руку Джулиану. Она выбрала не сына, а мужа.
Винсент на протяжении многих лет обзывал его по-всякому. Джулиан считал, что отчим прав. В молодости он был слабаком. Он, безусловно, был эгоистом. Иначе зачем бы ему была нужна любовь Лили, когда он знал, что между ними никогда ничего не может быть? И теперь она ответила ему взаимностью, но он собирался расстаться с ней.
Он должен был.
Не она выбрала эти отношения. Он втянул Лили в свой план, воспользовавшись ее отчаянием. Он собирался заработать миллионы на их договоренности, а она взамен получит только жизнь, которая причиталась ей по праву рождения.
В нем была одна тьма. Его душа не видела света. И он втянул ее в свою темноту.
Теперь Джулиан не беспокоился о своей компании так сильно, как о Лили. Он не знал, когда это произошло. Он просто знал, что его матери больше нет, но он может защитить Лили, даже от самого себя. Он уйдет и заставит ее сделать то же самое. Она найдет счастье и без него. Его сердце сейчас разрывалось на части, но он сделает это. Ради нее.
Джулиан крепко прижал ее к себе. Она навсегда останется в его душе, никому другому там больше нет места.
Поцеловав ее в голову, он молча попрощался с ней.
Он принял душ и переоделся в темный костюм в одной из комнат для гостей, прежде чем спуститься вниз, где ему предстояло сделать звонок, который, как он надеялся, не придется делать. После ужина в «Зените» ему звонили несколько бизнесменов, которые никогда раньше не проявляли желания работать с ним. В результате с «Ирэс» было подписано несколько сделок. Но Джулиан знал, что в тот момент, когда он расстанется с Лили — в тот момент, когда он разобьет ей сердце, — сделка с «Арумом» будет потеряна.
Ему было все равно. Вот только его сотрудники этого не заслужили. И, что еще более важно, он не сможет обманом вынудить Лили оставить его.
Их договоренность заключалась в том, что они будут притворяться, пока сделка не будет подписана. Что ж, сейчас у него был только один способ добиться этого.
Он поднес телефон к уху и подождал три звонка, прежде чем в трубке раздался полный неприязни голос:
— Чего ты хочешь, Форд?
— Харрисон. Я хочу заключить договор с «Арумом», и ты на это согласишься.
— Почему? — спросил Линкольн.
— По двум причинам, — ответил Джулиан. — Во-первых, ты знаешь, что я хорош в своем деле. Ты уже провел расследование и знаешь, что было бы глупо сбрасывать со счетов «Ирэс».
Линкольн молчал.
— И во-вторых, я тоже провел свои расследования. И я уверен, ты не захочешь, чтобы то, что я узнал, стало достоянием общественности.
Из трубки послышался смех.
— Ты шантажируешь меня? Ты ничего не можешь мне предъявить, Форд.
— Я побуждаю тебя сделать правильный выбор, потому что мы оба знаем, что я могу уничтожить твою репутацию. Ты действительно хочешь заставить меня сделать это, Харрисон?
Последовала долгая пауза, прежде чем Линкольн заговорил снова:
— Похоже, ты думаешь, что потеряешь остальные пятьдесят процентов голосов. Интересно, почему это так?
Каждый хороший бизнесмен принимает в расчет непредвиденные обстоятельства. Я не оставляю ничего на волю случая.
— Если ты потеряешь поддержку остальных, ты поймешь, что мой голос составляет ровно половину от голосов всех акционеров.
Конечно, Джулиан знал это.
— Да, и я также знаю, что у тебя есть право решающего голоса. Так что же? Заключить сделку с «Ирэс» или столкнуться с расплатой? Если хочешь, я могу перечислить твои преступления. Посмотрим… взяточничество, разбойные нападения разной степени, за что, я уверен, ты должен отблагодарить своего отца. Еще…
— Достаточно. Ты заключишь сделку, Форд, но я тебе этого не забуду.
— Я уверен, что нет.
Джулиан сунул телефон в карман и, обернувшись, увидел Лили, спускающуюся по лестнице и готовую отправиться на работу.
«Не просто уйти на работу», — напомнил себе Джулиан. Это будет последний раз, когда он увидит ее.
— Это была новость, которую мы ждали. Правление проголосовало за «Ирэс», — сообщил Джулиан.
Она подошла к нему и легко поцеловала его в щеку. У него перехватило дыхание. Он знал, что никогда больше не испытает этого прикосновения, но ему нужно было сделать хотя бы одно хорошее дело в своей жизни.
— Это замечательные новости.
Она улыбнулась, но улыбка быстро исчезла, когда она заметила выражение его лица.
— Джулиан, что случилось?
— Все в порядке, — заверил он, делая шаг назад. — Мы достигли того, что намеревались сделать.
— Я не понимаю…
— Ты получила от нашей договоренности то, что хотела, и я теперь тоже.
— Иными словами… Ты расстаешься со мной?
Он будет ненавидеть себя всю оставшуюся жизнь за ту боль, которую увидел на ее лице.
— Расставание означало бы, что с самого начала было что-то настоящее. Тебе пора уходить.
Сердце Джулиана разрывалось на части.
«Не уходи! Ты мне нужна!»
Но он никогда не произнесет эти слова вслух.
Лицо девушки приобрело решительный вид.
— Я знаю, что ты делаешь, — сказала она. — Я не оставлю тебя.
— Я хочу, чтобы ты ушла.
Его кольцо было на ее пальце, и все же он отталкивал ее. Это казалось неправильным. И все же… Он никогда не сделает ее счастливой — он не способен
