глубокой ночью, около часа Тигра (три-пять ночи). Второй мягко толкнул, сладко сопящую рядом девушку и когда она подняла голову, кивнул на хижину. Через просеку к ней шли трое. Шли медленно, часто останавливаясь, настороженно прислушиваясь. Сидевшие в засаде сторожа Второго отряда тоже заметили чужаков, потому что напали сразу с трех сторон.
— Ни шагу отсюда, — резко приказал Ли Мин Пэн Хэн. — Мы быстро с ними управимся и я должен найти тебя здесь, когда вернусь.
Она сонно кивнула, не сомневаясь, что Второй отряд тут же повяжет сумеречных, ибо превосходил их вдвое если не втрое. Поэтому с удивлением наблюдала, как возле хижины, где были окружены ночные лазутчики, образовалась какая-то свалка. Слышались приглушенные вскрики, звон мечей, шум ожесточенной битвы, в лунном свете мелькали клинки. Ли Мин силясь разобраться, что же там происходит, вылезла из орешника, не взирая на строгий запрет Пэн Хэна. Только отсюда ничегошеньки не было видно. Интересно же самой убедиться, что побеждают, конечно наши, к тому же, могла понадобиться ее помощь медика. Но подбежав к ожесточенной схватке, Ли Мин с удивлением обнаружила, что врагов стало больше. «Как так-то⁈» — изумилась она, крутанувшись на месте. Причем непрошенные гости не только не уступали мастерам мечного боя Второго отряда, а превосходили их, ощутимо тесня от хижины к лесу.
Лица чужаков ожидаемо закрыты кожаными масками. И тут Ли Мин увидела невероятное — один из безликих, увернувшись от удара наседавшего на него воина Северного Ветра, вдруг раздвоился. Они что… клонируются⁈ Что за бред⁈ Она оглянулась на хижину чье окно и дверной проем освещался неверным светом свечей. Гадство! Это все из-за колдовского ритуала, который все-таки проводится! Не долго думая, Ли Мин обежала схватку, влетела в хижину и, чудом увернувшись от безликого, что защищал вход. Поднырнула под его рукой, когда тот занес меч, встречая атаку налетевшего на него воина клана, кажется, Пэн Хэна, увязавшегося за ней. От волнения вместо: «Стоять!», Ли Мин выкрикнула: «Замри!»
Сидевший над триграммой человек в мешковатом балахоне, замер, оборвав свое бормотание на полуслове и медленно поднял к ней темное безликое лицо.
— Встал и вышел! — властно велела Ли Мин, хотя у нее душа ушла в пятки от его мутного рыбьего взгляда. Но она понимала, что сейчас важно не останавливаться и прессовать колдовавшего дальше, не давая опомниться и сосредоточиться на заклинаниях. — Ты! Свалил, сказала! Хорош дурью маяться, а то язык сотрешь магические глупости перевирать! Встал живо! — вовсю хамила она, пытаясь вывести колдуна из себя, хотя под его взглядом разгорающихся пожаром глаз, просто умирала от страха, спрашивая себя поскуливавшим внутренним голосом: что это она делает?
Но чем сильнее боялась, тем громче фестивалила. Меж тем глаза колдуна над темной кожаной маской разгорались багровой яростью, он медленно поднял руки и Ли Мин не сомневалась, что сейчас в нее полетят какие-нибудь горящие файерболы и потому начала хватать то, до чего могла дотянуться, швыряясь в колдуна безликих.
— Ну что, нечисть, станцуем джигу⁈ — бормотала она, подбадривая себя и щедро осыпая колдуна лесным сором, который пригоршнями собирала с пола, не обращая внимания на его недовольные возгласы и ругательства, главное не заклинания.
В, конце концов, когда Ли Мин угодила ему мелким камешком в глаз, он вскочил, а она тут же плюхнулась животом на землю и начала стирать с земли триграмму. С яростным рыком безликий кинулся на нее, но был остановлен Вторым мастером, вставшим на его пути.
Соединив перед собой ладони, безликий начал подниматься над землей, тогда как меч Второго мастера, словно наткнулся на невидимую преграду. Напряженные движения колдуна выдавали то невероятное усилие с которым он собирал и концентрировал свою магическую мощь, готовясь шарахнуть ею по Второму мастеру и несносной девке. Но, похоже, удержание магической защиты, которым он окружил себя не давая возможности Второму мастеру приблизиться, оттягивало половину его силы и энергии, отсрочивая для Ли Мин и Второго гибельный момент.
К тому же, перепачканная девчонка упрямо возилась на земле, стараясь дочиста стереть с нее триграмму, чуть ли не перепахивая животом весь пол. Колдуну очень досаждали эти двое и он, пожертвовав своей безопасностью, снял магическую защиту. Ли Мин резво вскочила, швырнув в колдуна землей, одновременной с кинувшимся на него с другой стороны с мечом Пэн Хэном. Но колдун ловко подался назад, откинувшись так, что принял в воздухе лежачее положение, и предназначенная ему пригоршня земли попала во Второго мастера, что затряс головой, бестолково махая перед собой клинком.
— Гад! — досадливо ругнулась Ли Мин. — Прости! — первое восклицание относилось к колдуну, второе к Пэн Хэну.
Колдун, приняв в воздухе сидячее положение, скрестив ноги, поднял и раскрыл ладони в которых потрескивали вспышки, становившиеся все ярче. В их проблесках угадывались молнии способные испепелить все живое на несколько ли вокруг и направлены они были на Ли Мин и Пэн Хэна. Вместо того, что бы разбежаться в разные стороны, не дав колдуну уничтожить их одним ударом, Ли Мин бросилась к Пэн Хэну, решив стать его глазами, схватила парня за руку, потянув к двери в которых встал один из безлицых, не выпуская их из хижины. Удары Второго мастера ожидаемо проходили впустую и били мимо безлицего, который словно предчувствуя следующие выпады, ловко уворачивался от них. Даже то, что Ли Мин пыталась отвлечь его на себя, не помогало.
Узрев одним глазом, что назойливым противникам уже не выбраться из хижины и они обречены, колдун поднял руки, приготовившись атаковать молниями, не смотря на то, что мог убить своего помощника. Словом ученица лекаря и Второй мастер попали в ловушку. К тому же, безлицый с глухими вскриками начал яростно теснить Пэн Хэна под «прицел» колдуна молниеносными взмахами меча. И только многолетняя выучка, как и муштра, помогала молодому офицеру избегать разящего клинка безлицего. Однако ему не хватало мастерства, что бы самому перейти в наступление, к тому же его беспокоила Ли Мин, которую он прикрывал, тогда как безлицый все ускорял выпады, ужесточая свой натиск.
Еще немного и кто-то из них будет либо нашинкован безжалостным мечом безлицего, либо сожжен молниями колдуна, который уже сделал свой выбор в пользу чумазой грубиянки, старательно целясь в нее одним глазом.
Но случилось непонятное. Что-то белое, привидением промелькнуло между безлицым и Вторым мастером и безлицый начал оседать, схватившись за перерезанное горло, а в углу хижины, опираясь на меч, стоял на колене, тяжело переводя дыхание Глава. Ли Мин таращилась на него, не понимая, откуда это он тут вообще взялся. Второй мастер
