приостановки пропагандистской войны между Тираной и Белградом, основное внимание в ходе которой было сфокусировано на проблеме статуса албанского национального меньшинства в Югославии.
Глава 6
Сближение Югославии с Западом и международное положение Албании (1951–1955 гг.)
После конфликта с СССР и странами Коминформа Югославия оказалась в трудном положении. Так как ранее ее экономика была ориентирована на торговлю со странами восточного блока, одностороннее расторжение торговых соглашений или отказ от продления срока их действия странами народной демократии нанесли весомый урон югославской экономике, которая с трудом восстанавливалась после войны. К тому же сельское хозяйство пострадало от засухи, что грозило стране голодом. В это же время вдоль югославских границ концентрировались вооруженные подразделения Советского Союза и его восточноевропейских сателлитов. Экономически ослабленная страна столкнулась с угрозой вооруженной агрессии.
При таких обстоятельствах югославское правительство стремилось найти решение, которое позволило бы стране предотвратить экономический коллапс и успешно защититься от любого вторжения. После длительных дипломатических переговоров в 1950 и 1951 г. Югославии удалось подписать ряд экономических и военных соглашений с США, Великобританией и Францией, которые помогли ей преодолеть экономический кризис, повысить уровень жизни населения страны, оснастить армию современным вооружением и позволили надеяться на помощь со стороны НАТО и США.
Конфликт Югославии с Коминформом и вынужденное расширение связей с западным миром оказали значительное влияние на отношения между западными государствами и Албанией.
Убедившись в серьезности конфликта между ФНРЮ и странами советского лагеря, а также в свертывании югославского присутствия в Албании, Соединенные Штаты и Великобритания, которые с 1946 г. не имели регулярных дипломатических отношений с этой страной, начали пересматривать отношение к региону. Италия, имевшая традиционные интересы в Албании, окрепнув в экономическом и военном отношении и освободившись от статуса проигравшей во Второй мировой войне, вновь активизировала свою политику. Франция, единственная из западных стран имевшая дипломатические отношения с Албанией, стремилась в новой ситуации не только защитить свои интересы в этой стране, но и выступить в качестве своего рода западного форпоста. Греция после окончания гражданской войны и поражения Демократической армии теперь уже как часть западного блока начала строить отношения с Албанией с совершенно новых позиций.
После начала югославско-албанского конфликта первой извлечь выгоду из него попыталась Италия. После нескольких лет отсутствия в Албании итальянцы посчитали этот конфликт удачной возможностью для восстановления прежних позиций. Экономическое сотрудничество Албании со странами восточного блока вследствие территориальной удаленности, отсутствия прямых транспортных путей и слабых экономических интересов восточноевропейских стран не принесло ожидаемого результата. Сложная экономическая ситуация вынудила Энвера Ходжу весной 1949 г. пойти на восстановление дипломатических отношений с Римом как основы для складывания более тесного экономического сотрудничества. Вновь установив отношения с Албанией, итальянская сторона сохраняла осторожность, продолжая изучать глубину конфликта между Югославией и Албанией и влияние СССР в НРА.
Посол ФНРЮ в Риме Младен Ивекович[477], стремясь разобраться в сложившейся ситуации, вскоре выяснил, что главная цель восстановления отношений — албанский экономический интерес, особенно использование итальянского нефтеперегонного завода в Бари, который и раньше перерабатывал албанскую нефть, имевшую специфический химический состав, из-за которого другие заводы не брали такую нефть на переработку[478]. Албанскую заинтересованность в использовании этого завода в разговоре с югославским посланником в Тиране Якшом Петричем подтвердил и посол Франции в НРА Жак Шартье[479].
Складывалось впечатление, что итальянцы пытаются вернуть утраченные позиции в Албании, но подходят к этому с осторожностью и сдержанностью. Они не спешили открывать дипломатические представительства и не требовали репатриации своих граждан, которые во время Второй мировой войны оказались в Албании[480]. В то же время Тирана спешила подписать торговые соглашения с Римом[481]. Однако итальянцы наоборот затягивали заключение торговых соглашений. Они были подписаны без афиширования лишь в июне 1950 г.[482] Ни одна из сторон не объявляла о достигнутых договоренностях до их вступления в силу, видимо, опасаясь реакции своих союзников. Узнав об этом, посол Ивекович немедленно оповестил Белград. Во время разногласий с Италией из-за Триеста руководство Югославии опасалось возможного повторного итальянского проникновения на Балканы, которое препятствовало укреплению югославских позиций на Адриатике, ослабляло возможность восстановления влияния в Албании и затрудняло усилия по решению вопроса о Триесте в пользу Югославии.
На территории Италии жили представители многочисленной албанской антикоммунистической эмиграции. Осознав остроту конфликта между Югославией и Албанией, британская разведка собрала убедительные доказательства того, что Белград не будет вмешиваться в албанские дела в случае возникновения беспорядков. Такое вмешательство могло осложнить внешнеполитические позиции Югославии и привести к столкновению с западными странами, с которыми югославы стремились развивать отношения для получения экономической и военной помощи. Сделав такие выводы, англичане приступили к подготовке албанских эмигрантов в Италии, которые в удобное время должны были поднять восстание в Албании и свергнуть режим Ходжи[483]. Под руководством британского полковника Ф. Маклина, часть войны проведшего в Албании, в августе 1949 г. был сформирован Комитет свободной Албании, в котором видное место заняли Абае Купи, Саит Круезию, Зеф Пали, Нуца Хоти и Хасан Дости[484]. Югославская дипломатия быстро узнала о создании этого комитета и его задачах через свое посольство в Вашингтоне[485] и сообщила об этом посланнику в Тиране Петричу, надеясь, что эта информация укрепит югославские позиции в Албании[486]. Между тем хотя комитет собрал самых радикальных представителей албанской антикоммунистической эмиграции, он так и не смог активно и эффективно противодействовать режиму Ходжи.
Конкретную информацию о подготовке албанской эмиграции к свержению Энвера Ходжи югославская дипломатия получила от своего посланника в Ливане Лазаря Лилича. На территории Сирии сразу после окончания Второй мировой войны оказались 125 албанских политических эмигрантов, среди которых многие по происхождению были из Македонии и Косова и Метохии. Среди албанцев, эмигрировавших из Югославии, особенно выделялся бывший народный депутат от Югославского радикального союза и председатель злокучанской общины Адем Души (Мармулаку) из села Душевице в Источком уезде. С середины 1949 г. он установил контакт с югославским посланником в Бейруте Лазарем Лиличем[487], пытаясь через него получить разрешение на переправку группы албанских иммигрантов с Ближнего Востока через югославскую территорию в Албанию для свержения режима Ходжи. Более того, Души предложил за деньги свои услуги по добыче разведданных.
Лилич, действуя в соответствии с инструкциями из Белграда, предостерегавшими от возможных международных последствий в связи с конфликтом со странами Коминформа, посчитал подобные комбинации невозможными, но использовал контакт с Души для получения подробной информации о ситуации, принципах организации и численности албанских эмигрантов на Ближнем Востоке, которые в основной массе являлись бывшими членами
