Читаем без скачивания Пикник на Лысой горе - Дарья Калинина

Мало того, что он не пускал Инну в глубь квартиры, он еще и норовил выпихнуть ее вон. Неизвестно, чем бы это все закончилось, если бы из комнаты не раздался громкий стон. Услышав его, Эдгар в отличие от Инны растерялся. Инна же рванула на стон, словно охотничья собака. Она стремительно ворвалась в комнату, где явно лежал больной человек. Повсюду были разбросаны окровавленные бинты и пахло лекарствами. На кровати лежало нечто белое.

Обмотанная бинтами мумия села на постели и уставилась на Инну огромными темными глазищами и пробормотала ее имя.

— Ох! — выдохнула Инна. — Что это?

Мумия немедленно рухнула на кровать и снова жалобно застонала. Забыв про оставленного в тылу Эдгара, Инна поспешила к кровати. Эдгар кинулся к ней, крича, чтобы она не смела прикасаться. Что и без нее разберутся.

— Кто это тут у вас? — строго спросила Инна, останавливаясь возле кровати.

— Будто бы сама не знаешь! — недовольно буркнул Эдгар.

— Это Сильви! — поражение ахнула Инна. — Что вы с ней сделали? Вы ее изуродовали! — с ужасом догадалась девушка. — Изуродовали, чтобы Дюша не захотел на ней жениться. Вы изверги!

— Нет, — закричал с неменьшим ужасом в голосе Эдгар. — Нет. Не Сильви это! Еще чего не хватало. Женщина в моей кровати! Нет, только не это!

— А кто же это тогда? — еще более строго спросила Инна. — Кого вы тут пытаете?

— Ты рехнулась, — мрачно сказал Эдгар. — Или ослепла, глупая курица. Это же Дюша. Я не знаю, что с ним случилось. Это лучше у вас спросить. Мы нашли его вчера ночью в жутком виде. Он валялся прямо на улице. И если бы мы с Робертом его не подобрали, то замерз бы насмерть.

— А что с ним? — спросила Инна. — Почему вы не отправили его в больницу?

— Зачем? — раздался голос из-под бинтов. — Я и так знаю, что со мной. У меня сотрясение мозга.

— Ой! — испугалась Инна, отпрыгивая в сторону. — Он все слышит.

— Конечно, слышу, — разматывая бинты с нижней половины лица, сказал Дюша. — Со мной все в порядке. Просто Эдгар немного увлекся лечением. Он обожает лечить, а я решил доставить ему это удовольствие. В благодарность за свое спасение.

— Ничего не увлекся! — возмутился Эдгар. — Тебе голову проломили. Удивительно, как ты вообще остался жив после такого удара. Должно быть, мои молитвы помогли. Ну, теперь ты убедился, что женщины до добра не доводят?

Дюша ничего не ответил. Он был занят, снимая с себя часть бинтов, которыми его обмотал заботливый Эдгар.

— Кто-нибудь мне скажет, что тут происходит? — спросила Инна.

— Скажет, скажет, — успокоил ее Дюша. — Раз уж нашла меня. Слушай, а как ты меня нашла? Вроде бы я никому не давал этого адреса. Да, точно не давал.

— Сначала расскажи, что с тобой случилось, — ушла от прямого ответа Инна. — И давай пустим сюда Наташку.

— Как, и она здесь? — поразился Дюша. — Ты с ума сошла тащить ребенка сюда. Она же бог весть что подумает. Эд, скажи Роби, чтобы он хоть приоделся. Все-таки невинный ребенок в гостях. Нужно подумать о ее нравственности.

— Не надо, — возразила Инна. — Если Наташу что и могло смутить в Роберте, то это уже произошло. Потому что, пока мы тут препираемся, они стоят перед дверью. Неужели ты не слышишь, как они ломятся?

— Действительно, теперь слышу, — сказал Дюша, снимая последние бинты с ушей. — Это все Эдгар виноват. Замотал меня совсем своими бинтами.

— Так пустить их обратно? — спросил Эдгар.

— Пусти, — сказал Дюша.

— А я могу оставить тебя наедине с ней? — подозрительно глядя на Инну, спросил Эдгар. — Это не будет опасно?

— Можешь идти совершенно спокойно, — заверил его Дюша.

Ничуть не успокоенный Эдгар все же пошел отпирать двери. Вернулся он почти мгновенно, скача галопом. Следом за ним слышался дружный топот еще двух пар ног. Первой финишировала Наташа. Она ворвалась в комнату, на секунду опередив Роберта.

— Ты жива! — обрадовалась Наташа. — А я уже начала волноваться. Ой, Дюша! Ты тоже жив!

И Наташа кинулась на шею своему кузену.

— Вот тетя Ида будет рада! — щебетала Наташа. — Она прямо чуть с ума не сошла, когда ты утром ушел.

— Я ушел не утром, — удивился Дюша. — Я ночью ушел.

— А кто же включил магнитофон в твоей ванной? — удивилась Наташа.

— Так, все по порядку, — решительно сказала Инна.

И Дюша начал рассказывать. Оказывается, с ним случилось вот что. Вечером он, как послушный сын, лег спать. Но сон упрямо не желал идти к нему. Дюша прямо весь извертелся на кровати.

— Потом ко мне зашел пожелать спокойной ночи дядя Алексей. И сказал, что вполне меня понимает.

Что жизнь Сильви и в самом деле под большим вопросом. Но сейчас я все равно ей ничем помочь не могу.

Поэтому должен поспать. Разумеется, после его ухода остатки сна у меня улетучились. Я встал, оделся и осторожно спустился в гараж.

— Ты поехал к господину Яунайсу? — спросила Наташа.

— Да, я так решил. Только никуда я не поехал, — ответил Дюша. — Не прерывай, пожалуйста. Мне и так уже немного осталось рассказать. Так вот, как только я спустился в гараж, как кто-то дал мне по затылку.

И я вырубился. Все!

— Все? А кто это был? — спросила Наташа. — Ты узнал руку?

— Господи, ну обыкновенная рука! К тому же он стоял сзади. Ничего я не видел, только тень на стене гаража.

— А чью тень? Мужскую или женскую?

— По-моему, мужскую, — задумался Дюша. — Да, определенно. Тень был мужская.

— И что было дальше?

— Откуда я знаю? — огрызнулся Дюша. — Очнулся я уже у Роберта. Они с Эдгаром вдвоем поливали меня нашатырем и причитали, как над покойником.

— Ты и был вылитый покойник! — сказал Роберт. — Бледный, в крови и грязный. Должно быть, тебя выкинули из машины. Мы нашли тебя в квартале от этого дома.

— Тот человек, который тебя ударил, взял машину дедушки и отвез тебя подальше, — сказала Наташа. — А потом вернулся и поставил машину обратно в гараж. Это должен быть кто-то из наших. Или кто-то, у кого был ключ от дверей гаража.

И она в упор посмотрела на Эдгара.

— Что ты уставилась, маленькая дрянь! — взвизгнул тот. — Я не брал ключей. Можешь проверить, они так и лежат у меня в комнате.

— Хорошо, — сказала Инна. — Предположим. Но ты мог их сам положить туда. Поставил «Шкоду» обратно в гараж, положил ключи в комнату и ушел.

— А зачем? Зачем мне нужно было бить по голове Дюшу? — спросил Эдгар.

— Чтобы он не мог пойти на поиски Сильви, — объяснила Инна. — И чтобы он лежал вот так, в твоей постели. А ты бы менял ему бинты и носил теплый шоколад в постель.

— Звучит вполне логично, — вынужден был отметить Дюша.

— Много ты о себе вообразил! — возмутился Эдгар. — Да я, если хочешь знать, даже тебя и не узнал, когда мы тебя на дороге подобрали. Это Роберт под слоем грязи разглядел, что это ты. Его и благодари.

К тому же у нас есть свидетели, которые видели, как мы тебя нашли. Помнишь тех двоих парней, которые еще изображали дракона на дне рождения Роберта?

Вот мы с ними и шли, когда на тебя наткнулись. Мы возвращались из ночного клуба.

— Ладно, верим мы тебе, верим, — поморщился Дюша, должно быть, голова у него все-таки болела.

Инна по себе знала, как это неприятно, когда тебе здорово по башке врежут. Лежишь потом, а перед глазами все кружится. И мутит просто жуть.

— Ну а почему сразу же после твоего исчезновения пропала Сильви? — спросила у Эдгара Инна.

Она решила не сдаваться.

— А почему я должен это знать? — разозлился Эдгар. — Что я, нянька этой девке? Я не обязан за ней следить. А ушел я сам по себе. Просто не хотел смотреть, как эта мерзавка окручивает Дюшу. Решил, что с меня довольно терпеть унижения. В конце концов у меня есть дела и поважней. Не скрываю, что я выдал себя за шофера только из желания побыть с Дюшей и попытаться объяснить ему, какую ошибку он совершает, собираясь связать свою жизнь с Сильви. Я это попытался, мне это не удалось. И я удалился. Вот и все.

— Нет не все, — упорствовала Инна. — Следом за тобой пропала Сильви. А это уже не шуточки. Уверена, что и полиция придерживается такого же мнения.

Тебе, Эдгар, лучше сразу признаться, где ты держишь Сильви. Тогда, так и быть, я тебя не выдам полиции.

— Вы только послушайте, что она говорит! Не трогал я Сильви! — закричал Эдгар. — Сколько раз тебе нужно повторять. Недаром говорят, что глупей баб на свете существа нет. Как вобьют себе что в башку, так колом не вышибешь.

— Раз тебе так неприятно наше общество, мы сейчас уйдем, — сказала Инна, стараясь показать, как глубоко она оскорблена его словами.

И сестры с гордо задранными носами вышли из квартиры Роберта.

— Сообщите маме, что я тут! — крикнул им вслед Дюша. — Пусть не беспокоится.

— Зачем ты ушла? — набросилась на сестру Наташа, как только они оказались на улице. — Мы же еще ничего не узнали про Сильви.

— Для того и ушла, чтобы узнать, — сказала Инна. — Эдгар бы нам ни в чем не признался. И правильно бы сделал. Против него нет никаких доказательств.