После пылкого выступления рядового Котовского собравшиеся попросили его оставаться работником в комитете, и он согласился. Однако уже 7 октября 1917 года Григорий Иванович вновь заявил об отказе в участии в работах полкового комитета и всех организаций полка. В дальнейшем документы фиксируют его отсутствие на заседаниях комитета.
А 25 октября 1917-го, во второй половине дня, В. И. Ленин, впервые появившись перед народом на сессии Петроградского Совета, заявил: «Рабочая и крестьянская революция, о необходимости которой все время говорили большевики, свершилась. Угнетенные массы сами создадут власть. В корне будет разбит старый государственный аппарат и будет создан новый аппарат управления в лице советских организаций».
6
В конце ноября 1917 года в небольшом румынском городке Галаце проходил 2-й съезд Советов VI армии. И в эти же осенние дни по городам Бессарабии прокатилась волна еврейских погромов. Член армейского комитета армии Л. С. Дегтярев припомнит, как Григорий Иванович объявился в Болграде в самый разгар страшных событий. Некий офицер из штаба армии, пытавшийся остановить погром, был зверски убит. Другой вывел отряд солдат и приказал им открыть огонь, но те отказались выполнить приказ и сами бросились грабить. И вот на грузовике с группой в семь человек подъезжает Котовский и тут же обращает все внимание на себя:
— Остановись! Товарищи! Слушай мою команду!
— А ты кто такой выискался? — спрашивают из толпы.
— Я Котовский! Именем армейского комитета приказываю немедленно разойтись!
В ответ звучат выстрелы.
— Пальба взводом! Взвод… — командует Григорий Иванович. Щелкают затворы. Толпа затихает…
Громким голосом Котовский отдает приказ:
— Вот этого арестовать и этого. Остальным немедленно разойтись!
Дело сделано, и люди мирно расходятся.
В январе 1918 года в Кишинев вошли румынские войска, и советская власть, продержавшаяся чуть более 10 дней, пала. В это время и начал формировать свой первый Тираспольский революционный отряд Григорий Иванович. Первоначально отряд создавался как пеший, но позже в него влился конный партизанский полк. Всего 127 конников и 160 пехотинцев. Уже в двадцатых числах января этот отряд принял участие в боях с петлюровцами в Одессе. За эти бои Котовскому была вручена и первая награда: знак Одесской Красной Гвардии (№ 1443). Следующим событием в жизни нашего героя стало вручение ему мандата: «Котовскому Григорию Ивановичу, как испытанному и боевому товарищу, поручается организация боевых частей для освобождения Бессарабии от гнета мирового империализма».
Как пишет Б. Соколов, атака на местечко Кицканы на правом берегу Днестра стала первой крупной боевой операцией отряда Котовского: «16 февраля отряд Котовского предпринял набег на румынские батареи, обстреливавшие Тирасполь из села Кацканы. «По полученным в Одессе сведениям, — сообщила 20 февраля газета «Одесская почта», — партизанский отряд, организованный Григорием Котовским, сильно тревожит румын. Котовский, пользуясь своим прекрасным знакомством с топографией Бессарабии, где он родился и жил, часто заходит к румынам в тыл, совершает на них время от времени набеги и всегда с той стороны, откуда его меньше всего ожидают. (…)»
18 февраля вторжение на Украину австро-германских войск, призванных правительством Центральной рады, вынудило советские войска отступить с левого берега Днестра. Румыны, готовые еще 8 марта подписать договор об отводе своих войск из Бессарабии в течение двух месяцев, уже 9 марта возобновили наступления и заняли Аккерман и Шабо.
В марте отряд Котовского, который находился в Дубоссарах, был отрезан от других наступающих частей, но ему удалось с боем прорваться через Раздельную на Березовку и присоединиться к Тираспольскому отряду. В Вознесенске этот отряд был переформирован. Котовский возглавил конницу отряда (главным образом из бывших 5-го и 6-го Заамурских полков) и бронеотряд и двинулся походным порядком на Кривой Рог — Екатеринослав. Действовавший теперь отдельно от отряда Котовского пеший отряд под командованием И. П. Годунова был разбит в арьергардных боях в районе станций Корсавка — Пятихатка, а сам Годунов погиб. Так же и конный отряд Котовского почти полностью рассеялся на пути к Екатеринославу, и здесь Котовский стал работать в штабе Тираспольского отряда. По некоторым данным, в Екатеринославе под началом Котовского осталось всего 25–30 человек. В апреле на пути к Луганску Котовский заболел «испанкой» и получил отпуск для лечения. Это его спасло. Основные силы Тираспольского отряда, переименованного во 2-ю революционную (или социалистическую) армию Южного фронта, отступили в Донскую область, где были частично уничтожены восставшими казаками, а захваченные в плен переданы немцам».
7 апреля 1918 года на Котовского было выписано удостоверение за № 1250: «Предъявителю сего — члену штаба отряда т. Григорию Котовскому разрешается 10-дневный отпуск для лечения, что подписью и печатью удостоверяется. Начальник штаба. Старший адъютант». Однако позднее сам Котовский попросит занести в свою послужную карту следующую запись: «Был захвачен в плен конным отрядом Дроздова в Мариуполе во время отступления Тираспольского отряда на Дон. 1918, апреля, 6 числа». Это противоречие до сих пор дает повод историкам уличить Григория Ивановича во лжи, чтобы скрыть якобы последующее его дезертирство…
Например, Б. Соколов рассуждает просто: «Получается, что на следующий день после 6 апреля Котовский все еще пребывал в своем отряде и ни в какой плен к полковнику М. Г. Дроздовскому (очевидно, он имеется в виду под фамилией Дроздов) не попадал. Тут не помогает даже оговорка, что Котовский мог датировать свое пленение по старому стилю, тогда по новому стилю это — 19 апреля. Но отряд М. Г. Дроздовского, направлявшийся с Румынского фронта на Дон, прибыл в Мариуполь только 27 апреля 1918 года. Очевидно, Григорию Ивановичу просто захотелось присочинить для своей биографии еще один подвиг — побег из белого плена… В тот момент он заболел тифом, но после окончания отпуска в свой отряд не вернулся, а подался в Одессу. Чтобы как-то оправдать свое дезертирство, Котовский и придумал историю о том, как он оказался в плену у белых».
Сам же историк в своем разоблачении путается, называя болезнь Котовского то «испанкой», то «тифом». А ведь «испанка» тогда была эпидемией гораздо страшнее тифа. Начавшаяся в последние месяцы Первой мировой войны, она быстро затмила по своему масштабу жертвы кровопролития той бойни. Симптомы «испанки» — это синий цвет лица, пневмония и кровавый кашель. Заразившиеся ей люди могли умереть уже на следующий день. Необходимых лекарств не было.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
