кулачком глаза, и при этом с неё сползло то одеялко, что она приватизировала себе. И оказалось, что она тоже, как бы так сказать, в костюме Евы.
Тут уж я и вовсе перестал сдерживаться.
— И что ты делаешь голая в моей постели?
В ответ на мой, отнюдь не риторический вопрос, она как заорала мне прямо в ухо:
— Олег! Ира! Он очнулся!
— Ты чё орёшь? — меня аж передёрнуло от громкого звука, от которого у даже заложило левое ухо. — И объясни мне, что вообще происходит?
В этот момент в комнату ворвался Олег, почти неодетый, в одних только шароварах. А следом за ним примчалась и Ирина. Она успела на себя накинуть что-то типа ситцевого халатика. Но явно было заметно, что оба только-только проснулись и выскочили на Машкин крик прямо из своих постелей…
— Максим! — бросилась ко мне Ира. — Ты как? Тебе лучше?
Ну а я, немного смутившись своего вида, натянул на себя край одеяла, прикрыв лишнее. Но этим я ещё больше оголил Машку. Теперь уже она почему-то застеснялась. И это было странно. Ведь мы несколько раз купались всей компанией абсолютно голые, при этом не стесняясь друг друга. Тогда почему у меня сработал инстинкт стеснения. Я ведь раньше таким не был.
В общем, у нас с Машкой прошла небольшая борьба за края одеяла, в результате которой я всё-таки прикрылся, а Машка спряталась за моей спиной, прижимаясь ко мне своей небольшой, но всё-таки очень аппетитной грудью.
Наконец, я задал вопрос, который продолжал меня мучить с самого момента пробуждения.
— Может кто-нибудь всё-таки объяснит мне, что тут происходит?
— А ты что, сам не помнишь? — спросил Олег, и при этом глядя мне прямо в глаза.
— Ну-у… — я задумался.
И тут на меня накатили воспоминания предыдущих событий. И как я, понадеявшись на свои силы, рванул через море к Турецким берегам, и про парочку уничтоженных мною кораблей Османской империи. А потом я вспомнил, что с трудом встав с кровати после этого, вырубился прямо на пороге своей комнаты.
— Я долго так провалялся?
— Вторые сутки уже. — ответил Олег. — Но и это не самое главное. Мы нашли тебя на полу. Ты был холоден, как покойник и дышал еле-еле.
— Сам виноват. — покаялся я. — Переборщил. Не рассчитал сил.
— Не расскажешь нам, где ты так перетрудился? — продолжил князь.
— Только если мне кто-то пояснит, почему я тут голый лежу в обнимку с ней? — киваю на Машку.
— Дурак! — тут же наградила меня обидным эпитетом подруга, а потом сразу же горько расплакалась
— Почему это я дурак? — удивился я.
Адвокатом, а вернее адвокатессой тут же выступила Ирина.
— Потому что она о тебе заботилась всё это время, задницу тебе подтирала, своим телом согревала. А ты… Неблагодарный!
— Я вообще ничего не помню. Просыпаюсь. А тут она… голая. Я тоже в неглиже. И ещё… — я сделал паузу, сглотнув липкую слюну. — Дайте попить чего-нибудь. А то так в горле пересохло…
Олег тут же умёлся отдавать распоряжение. А мог бы и сам поднести другу чарочку ледяной колодезной водички, морда княжеская. Машка же тем временем стала одеваться. Её одежда нашлась тут же, на стуле, рядом с кроватью. Я, наконец-то завладел одеялом в полном объёме, сел на кровати. От этого, лёгкого вроде бы движения, у меня немного закружилась голова, но я переборол слабость. И в конце концов, дождался всё-таки того момента, когда мне в руки попала чашка с мутным содержимым. Разглядывать долго я не стал, и сразу начал жадно пить. Оказалось, что это тёпленький бульончик, скорее всего куриный. Живительная влага понеслась вниз по пищеводу, но чашка уж слишком быстро закончилась.
— Ещё! — попросил я.
— Обожди пока! — посоветовал Олег. — Ты как себя чувствуешь?
— Если честно, то как лопнувший воздушный шарик.
— Это заметно. — сыронизировал князь. — А теперь, рассказывай!
Ира и Маша тоже смотрели на меня с интересом. И хотя в глазах моей рыжей подруги по-прежнему ещё были видны следы от недавних слёз, но в них не было какой-то злости или другого негативного чувства в мой адрес.
— А чего говорить?
— Что говорить? — внезапно возбудилась Машка. Я тут с ума схожу, а он… Мы думали, что ты умрёшь…
— Не дождётесь! — буркнул я.
— Максим! — сурово поглядев на меня, сказала Ирина. — Ты действительно выглядел так, что краше в гроб кладут. Бледный, холодный и дышал через раз. Доктор, которого вызвал Олег, не смог ничего путного сказать…
— Ну ещё бы. — на этот раз ирония в моих словах была неприкрытой. — А что бы он сказал, если бы…
— Максим! — спокойно обратился ко мне Олег. — Мне кажется, что ты уходишь от ответа. Расскажи, что случилось!
— Да, ничего особенного. Я просто попытался долететь до Турции, но слегка не рассчитал своих сил.
— И всё?
— Ну-у… До турецкого берега я немного не долетел. Но зато по пути утопил пару военных кораблей.
— Что ты сделал?
— Утопил два корабля…
Ира и Маша смотрели на меня с удивлением, но и только… За то глаза у князя реально полезли на лоб.
— Как ты это сделал?
— Сперва я закинул пару бомбочек в топку небольшого военного корабля. Он через некоторое время потерял ход, и болтался на волнах, пока я разбирался с его более большим собратом.
Я стал подробно пересказывать князю что и как я делал. Периодически он задавал всякие наводящие вопросы. Какие пушки были, какого размера был большой корабль… Я, как мог, пытался отвечать. Подводило меня лишь то, что я существо сухопутное, и в сортах плавающего бронированного железа не разбираюсь ни фига. У меня сразу же возникла мысль, что этот пробел в моём образовании надо бы как-то исправлять.
— Послушай, Олег! А есть какой-нибудь альбом или умная книга, где описаны и нарисованы всякие дредноуты и прочие бронированные монстры. Это бы мне пригодилось на будущее.
— Я найду такую литературу для тебя. Ведь я и сам кавалерист. А кавалерия с флотом не воюет. Но как тебе удалось выжить, если ты говоришь, что взрывал корабль изнутри?
— Так я же сам там не был. А моя призрачная бестелесная сущность не
