ним становилось невыносимо.
— Тупой головушкой своей подумай. Разве может изуродованное лицо быть красивым? Девушка убивала их за ложь.
— Согласен. Очень неприятно, когда тебя обманывают, — мужчина почесал затылок, замолчал, а затем вдруг с осененным выражением лица выдал. — Я понял! Получается, чтобы выжить им нужно было сказать, что она уродина?
Уродина? Глаза Элизабет закатились сами собой, убежав куда-то под верхние веки. Этот бестолочь был действительно безнадежен.
— В этом случае думаю, их смерть оказалась бы еще мучительнее. Я бы тоже за такое убила.
— Тогда я совсем не понимаю вас, девушек. Зачем задавать такой вопрос, если на него нет правильного ответа? Скажешь «да» — убьют, скажешь «нет» — тоже убьют, — с недоумением произнес Джулио.
— Ты не прав. Правильный ответ существует, но мужчинам этого скорее всего не понять. Женская логика, — загадочно произнесла Элизабет, посмеявшись над помощником.
Они вместе вышли из подворотни, покинув место преступления, и направились в Отдел по особо тяжким преступлениям Службы безопасности Луноцвета.
По пути она всерьез задумалась над словами Джулио. А ведь он был прав. Зачем перед убийством задавать такой вопрос? Возможно на ситуацию нужно смотреть с точки зрения девчонки-подростка.
Уродливая девочка спрашивает красивая ли она, а затем убивает. Хм… Убивать за такое, не слишком ли сильно она перегибает палку? Хотя если это ребенок… Дети ведь не понимают границ. Поведение убийцы походило на поведение обиженного ребенка. Глубоко обиженного ребенка. Обиженного? Элизабет вдруг озарило.
Девочку кто-то изуродовал, но она получила не только физическую травму, а и психологическую. Должно быть тот, кто ее обидел, был мужчиной. Убивая мужчин, она мстит им. Тогда возникает еще один вопрос, зачем она лишает их крови?
Проклятье. Одни вопросы в голове порождали другие, которые запутывали еще больше. И чем дальше шла цепочка умозаключений, тем больше была вероятность идти не в том направлении. Так нужно, отвлечься. Освободить голову, переключить внимание. Может быть после этого появится ответ. Например, заняться делом об убийстве Гилберта Найта и поиском Джино. Кстати… Элизабет тут же кое-что вспомнила.
— Джулио, как твои успехи? Надеюсь глава Дома Грейс уже ждет нас в отделе? — на ходу спросила она напарника.
— Я сегодня ходил в лазарет. Его не было там, — развел руками Джулио.
— С чего ты это взял?
— Так сказала помощница целителя, сидевшая перед входом в его кабинет. Она сказала, главный целитель отлучился в город по неотложным делам. Вернется только на следующей неделе. Не переживайте, мисс, через неделю я еще раз схожу туда, — безоружно и как ни в чем не бывало ответил Джулио.
— А кабинет проверить ты не догадался?
— Нет, а зачем? — удивленно переспросил Джулио. — Медсестра же сказала, что его нет на месте.
Идиот… Ой, идиот… Элизабет прижала руку к лицу. За что ей такое наказание? Где она так провинилась в прошлой жизни, что вынуждена терпеть такого олуха?
— Ты понимаешь, что тебя развели, дурик? Наверняка, он сидел через стену и, услышав про приход сотрудника СБ, сказал чтобы тебя выпроводили. Кто ж добровольно захочет встречаться с дознавателем? — разочарованно покачала она головой. Ругаться уже не было сил.
— Что? Неужели меня обманули? — Джулио замер на месте. На его лице царило выражение глубочайшего шока. Через несколько секунд словно придя в себя, он воскликнул. — Ах, они гады! Тогда я немедленно вернусь туда и разберусь с ними.
— Ну уж, нет. Горе ты, луковое. Доверяй тебе после такого. Завтра я сама пойду к старому Грейсу, — недовольно проворчала Элизабет. Этот дурак наивный как дите малое. Придется ей самой все делать.
Всю дальнейшую дорогу она шла молча. Чтобы не разочаровываться еще больше в способностях Джулио, решила больше не говорить с ним.
Несколько минут спустя они прибыли к зданию СБ Луноцвета. Войдя в Отдел по особо тяжким, Элизабет первым делом запросила сведения о членах Дома Крулл в возрасте пятнадцати-восемнадцати лет, после чего прошла с Джулио в свой кабинет.
Как и полагается организации, осуществляющей безопасность, в СБ имелось досье на каждого аристократа в городе. Разумеется там не было сведений об их тайных техниках и иной тщательно скрываемой родами информации, но самые общие данные, такие как имя, внешность, родословная и прочее имелось. На слабые Дома информации больше, на древние и сильные — меньше. Их секреты оберегались строже.
Старушка-архивариус принесла в кабинет дознавателя и с грохотом обрушила на стол груду камней. Стол натужно прогнулся, но выдержал. Это были кристаллы памяти — творения чароплетов с записанными на них образами.
— Здесь сведения обо всех членах рода, в том числе о побочных ветвях, — буркнула недовольно старуха, из-за того, что ее дернули, когда она клевала носом и собиралась уже на боковую.
Находясь за столом, Элизабет быстро по очереди просмотрела каждый кристалл. На лбу собрались тонкие складки. В записанных образах хранилась информация о восьми девушках из рода Крулл, но никого с обезображенным лицом среди них не было.
— Здесь точно все?
— Разумеется здесь все. За исключением господина Девиана, его жены и детей. Сама знаешь почему, — проворчала старуха. Собирать сведения о правящей семье Великого Дома было оскорблением, за которое могли отправить на стену.
Она сгребла камни в охапку и унесла назад в закрома архива.
— Что? Что-то не так? — непонимающе спросил Джулио, сидевший на стуле для посетителей по другую сторону стола.
— Среди них нет девушки с изувеченным лицом, — озабоченно ответила Элизабет. Ее пальцы отбивали чечетку об поверхность стола. Должно быть она что-то упустила. Вот только что?
Может ли быть так, что об изувеченном лице одной из девчонок Крулл никто до сих пор не знает? Хотя, постой. Она ведь еще не проверила Алисию.
Семнадцать лет. На лице постоянно совиная маска. Никто не видел ее лицо уже несколько лет. Неужели… В памяти Элизабет всплыло старое воспоминание, а за ним хлынуло неожиданное прозрение.
Пять лет назад она занималась одним загадочным делом. Тогда пропал один из высокопоставленных членов Дома Крулл, брат главы Дома. На следующий день после пропажи Алисия вышла в свет в белоснежной совиной маске, и с того времени ее без этой маски больше не видели.
Впоследствии Элизабет сняли с расследования, а дело закрыли по указке лорда Крулл. Причем сам Дом какой-либо излишней заинтересованности в раскрытии пропажи не проявлял.
В одно и тоже время пропал второй член Дома Крулл
