— Ты сам-то хоть понимаешь, что это значит?
— Убийство, — просто ответил он.
— Ты что, рассчитываешь доказать это в суде? Думаешь, Скиннер на это купится?
— В данный момент на Скиннера мне наплевать. Сейчас главное понять, кто за всем этим стоит. — Малдер наклонился вперед. — Скалли, убиты четыре человека, пропал Рэд Гарсон, и все следы ведут сюда. Если мы не поймаем убийцу, будут и новые жертвы.
Скалли долго смотрела на него и молчала.
Малдер сколько мог выдержал ее взгляд, вздохнул и, опустив голову, увидел свое смутное отражение в темном полированном дереве.
— Сиола, — сказала вдруг Скалли. Малдер взглянул ей в глаза.
— Леон Сиола. — Достав из сумочки лист бумаги, она протянула его Малдеру. — По дороге ты так вдохновенно пудрил мозги шерифу Спэрроу, что у меня не было никакой возможности сказать тебе об этом. — Скалли постучала пальцем по бумаге. — Предварительный отчет результатов осмотра дома Донны Фолкнер. Сняли множество отпечатков пальцев. Ее собственные, само собой разумеется, Ланаи — тоже ничего удивительного: ведь он был ее партнером, и Леона Сиолы. — Она приподняла бровь. — В том числе и в спальне.
Малдер бегло просмотрел отчет и чуть не закричал.
— Конечно, после одного-единственного разговора делать выводы сложно, — продолжала Скалли, — но я не могу избавиться от ощущения, что финансовые махинации Донна проворачивала под чьим-то чутким руководством. Не исключено, что ее подбил Сио-ла. Миз Фолкнер занималась подобными делами четыре года. Последние два года Сиола сидел в тюрьме. — Скалли вновь постучала по бумаге. — Малдер, она приходила к нему в тюрьму. И часто приходила. Наверное, это из-за нее он подрался в баре и убил человека.
Малдер задумчиво подпер рукой подбородок и продолжил:
— Она стала богатой и жадной. Выйдя из тюрьмы, Сиола узнал об этом и убил ее. Сгоряча.
Молчание.
Подняв глаза, Малдер увидел, что Скалли хмурится.
— Мы ведь только делаем предположение, верно? Чисто гипотетически?
Малдер кивнул.
— Ну а при чем тут Пол Дэвен? А супруги Констелла?
Малдер уже об этом думал и ответ знал.
— Практика. — Он опустил глаза на стол. — На них убийца просто набивал руку.
Скалли взяла отчет и, пробежав его глазами, спрятала в сумочку. Откинувшись на высокую спинку стула, она приоткрыла губы и сосредоточенно посмотрела в потолок, словно вдруг увидела там какой-то замысловатый узор.
— Малдер, не надо искать убийцу среди старейшин. Сиола…
— Браво, chica! — раздался с порога голос Сиолы. — Каждый раз, когда я тебя вижу, ты говоришь обо мне.
Глава 21
За кукурузным полем, в пустыне, зашевелились песчинки…
Размахивая руками и нарочито громко стуча каблуками, Сиола развязной походкой подошел к столу. Он был без шляпы, в новенькой рубашке и джинсах. Распущенные волосы разметались по спине.
— Ну и как вам тут, нравится? — спросил он, поводя руками.
Малдер и Скалли молчали. Сиола скорчил гримасу.
— Вот здесь они и заседают каждый месяц. Все думают, как меня отсюда выдворить. — Он засмеялся и притопнул ногой. — Я для них обуза, господа ФБР. Ведь я сидел в тюряге. Наверное, они считают, что я их позорю.
Выдвинув стул во главе стола, он уселся на него и перекинул ногу через подлокотник.
Не меняя позы, Скалли повернула голову и молча уставилась на него.
Сиола махнул рукой в сторону двери:
— Сегодня в пуэбло только о вас и говорят, агент Скалли. Наверное, все дело в ваших рыжих волосах. Я так понял, вы приехали, чтобы со мной поговорить? Ну вот я и пришел. Говорите.
Скалли чуть заметно кивнула.
— Где вы были вчера вечером, господин Сиола?
Тот печально покачал головой:
— А вы разве не в курсе? Я докладывал офицеру, под чьим присмотром нахожусь, как это прекрасно — вновь обрести свободу.
— Как вы узнали про убийство Донны Фолкнер? Ведь вы были у нее вчера.
— А у меня в грузовике полицейский сканер, — ухмыльнулся он. — Полезная штука.
— Сканер? — усомнилась Скалли. Ухмылку сменил оскал.
— Я индеец, агент Скалли, а не дикарь.
— Вы чуть не отрезали человеку голову, — заметил Малдер. — Чем не достойный дикаря поступок?
Покосившись в его сторону, Сиола повернулся к Скалли.
— Что еще?
— Кража.
Он спустил ногу с подлокотника.
— Я убийца, агент Скалли, а не вор. А насчет кражи советую поговорить с Ником-Угодником.
— О чем вы с ним спорили? Вчера, у дома Донны Фолкнер.
— Знаете что, агент Скалли? Я все ломаю голову: как это такая женщина, как вы, может заниматься подобными…
— Сиола! — повысив голос, одернул его Малдер.
Тот молча вздохнул и принял вид невинно угнетенной жертвы.
Малдер достал свое удостоверение.
— Вам будет небезынтересно узнать, что полномочия Федерального бюро расследований распространяются и на индейские резервации, независимо от того, нравится вам это или нет. Значит, господин Сиола, я не нуждаюсь ни в чьем разрешении — ни шерифа, ни вашего Совета, — чтобы допросить вас по делу об убийстве Донны Фолкнер. А также Пола Дэвена. И Мэтью и Дорис Констелла. — Он сунул удостоверение в карман. — Хватит морочить нам голову. Извольте отвечать на вопросы агента Скалли.
У Сиолы был такой вид, будто он вот-вот взорвется. А Малдер, заметила краем глаза Скалли, «взял след».
— Ланая сказал, что разговор был личный, — сказала она и с облегчением заметила, что Сиола несколько расслабился.
— Да, личный.
— Насколько личный?
— Мы друг друга терпеть не можем, миз Скалли. Я бывший заключенный, а он святой. Меня выперли из колледжа, а он весь в дипломах и степенях. — Сиола положил ладони на стол и, выдержав паузу, спросил: — Насколько наш разговор конфиденциален? Если я кое-что вам скажу, вы не упечете меня в каталажку?
— Посмотрим, — уклончиво ответил Малдер.
— Кто посмотрит?
— Ну я, например, — сказала Скалли и, заметив удивление в его глазах, с трудом сдержала улыбку.
— Я… я должен подумать.
— Ну а пока вы думаете, — продолжил Малдер, — расскажите-ка мне, как это вам удалось уцелеть в Сангре-Вьенто?
От неожиданности Сиола приоткрыл рот и машинально провел левой рукой по изуродованной щеке.
— Как вы узнали, черт побери? Малдер молчал.
Скалли тоже догадалась: теперь, когда она как следует рассмотрела шрамы на шее и лице Сиолы, она не сомневалась, что это поработал Кровавый Ветер.
— У меня был пони, — тихо начал Сиола. — Когда я был еще совсем маленьким, умер жрец, один из шести. Во время обряда никто не покидает Месу и не ходит в пустыню. Разве что полные идиоты. Придурки вроде Ника-Угодника. Но тогда я был маленький и глупый, и мне очень хотелось вернуть пони. Она убежала из загона, и я целый час за ней гонялся. Я чуть ее не поймал, как вдруг она понесла… Сначала я не понял, в чем дело, но потом оглянулся и увидел… Прямо за спиной. Я тогда свалился в арройо, только это и спасло мне жизнь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
